Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать

Ближайший вебинар ДИСКУССИОННОГО КЛУБА

сегодня , Среда 20:00

Архив вебинаров



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 

Ближайшие мероприятие дискуссионного клуба WorldCrisis: Михаил Делягин "Спецслужбы в современном мире": сегодня  20:00 .     Вход свободный!



Тема Тезисы об общественных классах и классовой борьбе. Основы неопролетаризма.

Вадим [becck]  
12.05.2014 17:02


Особенности описания классовой структуры. Прежде чем перейти к рассмотрению современной классовой структуры, необходимо, в некоторой степени, изменить сами принципы её описания. Привычное представление классовой структуры в виде простой совокупности классов обладает значительным и, даже, критически вредным недостатком – статичностью. Различными словесными описаниями свойств составляющих её общественных классов, их целей и множеством оговорок, теоретики стараются избавиться от этой статичности. Но, словесно описанная динамичность классовой структуры и самих общественных классов, воспринимается как некое вторичное по важности свойство, а далее, часто, просто не принимается в расчёт в должной мере. А свойство это, имеет не просто высокое, а первостепенное значение. Представление классовой структуры в статичном виде часто приводит к невольной консервации составляющих её классов в состоянии на определённый момент времени. А далее и к некому сокрытию их истинных целей в классовой борьбе, к извращенному пониманию существа классовой борьбы. Классовую структуру... читать дальше...

Особенности описания классовой структуры.

Прежде чем перейти к рассмотрению современной классовой структуры, необходимо, в некоторой степени, изменить сами принципы её описания.

Привычное представление классовой структуры в виде простой совокупности классов обладает значительным и, даже, критически вредным недостатком – статичностью. Различными словесными описаниями свойств составляющих её общественных классов, их целей и множеством оговорок, теоретики стараются избавиться от этой статичности. Но, словесно описанная динамичность классовой структуры и самих общественных классов, воспринимается как некое вторичное по важности свойство, а далее, часто, просто не принимается в расчёт в должной мере. А свойство это, имеет не просто высокое, а первостепенное значение.

Представление классовой структуры в статичном виде часто приводит к невольной консервации составляющих её классов в состоянии на определённый момент времени. А далее и к некому сокрытию их истинных целей в классовой борьбе, к извращенному пониманию существа классовой борьбы.

Классовую структуру общества необходимо представить так, чтобы она наглядно, сама собой, выражала и собственную динамичность, и динамичность составляющих её классов - с их целями, и свойство классовой борьбы двигать общество вперёд. То есть, классовая структура, сама по себе, должна быть наглядным представлением существа классовой борьбы. И такое представление классовой структуры будет наглядным представлением классового общества вообще – борющегося внутри себя и, благодаря этому, идущего вперёд.

Прекрасной наглядностью будет обладать классовая структура, представленная в виде направленного вектора, где сам вектор - это движущееся в будущее современное общество, а каждая его точка есть член общества. Очевидно, что в этом обществе, каждый его член, устремлён к собственной, частной (можно сказать корыстной) цели, но устремление это не выходит за рамки общего устремления общества, а наоборот, является его неотъемлемой частью. Также, вектор этот следует рассматривать как шкалу, где начало вектора это низшие, а его вершина это высшие представители общества. Вектор этот, как и реальное общество, следует разделить по какому либо важному критерию. Критерий, по которому общество делится на классы, для каждого общественного устройства и исторического периода будет особым. В капиталистическом обществе этим критерием является исключительно капитал и отношение к нему членов общества. Он делит общество на владеющую капиталом группу людей и не владеющую им – на классы капиталистического общества.









Этот вектор есть наглядное представление разделённого на классы общества, движущегося в едином неведомом ему направлении, к неведомому будущему состоянию, где классы, в рамках единого направления движения общества, имеют собственные классовые цели, определяемые отношением к величайшей ценности этого общества – капиталу – причине развития, движения вперёд, и, в то же время, причине борьбы между классами.

В таком представлении классовой структуры общества наглядно раскрываются две главные цели и две главные классовые силы, которые движут единый, и в то же время разделённый на классы вектор общества вперёд:
- сила пролетариата стремящегося к владению капиталом.
- сила буржуазии, отталкивающейся от владения капиталом и идущей (а заодно и ведущей общество) к неведомой, ни самой буржуазии, ни обществу вообще, цели*.
_________________________________________________
*То есть это движение буржуазии не к прибылям и увеличению капитала, а через капитал и прибыль в неведомое. Как феодалы, эксплуатирующие каждый своих крепостных крестьянин и ради удовлетворения своих личных потребностей, привёли общество, как оказалось в итоге, к неведомому ранее - к автоматическому оружию, самолётам и автомобилям, и вообще к собственному свержению, так и удовлетворение капиталистами каждым своих частных потребностей ведёт всё общество в неведомое будущее, находящееся вне понимания и буржуазии и общества.

Особенности классов и классовой борьбы. Истинные цели классов в классовой борьбе.

До начала рассмотрения в подробностях двух классов капитализма и описания их частных характеристик, необходимо обозначить те главные, ключевые их особенности, отступление от которых, в дальнейших размышлениях, должны расцениваться только как уход в идеалистическую демагогию не имеющую ничего общего с реальностью. Эти особенности – фундаментальные, неуничтожимые основы классовой борьбы. Упускать их - значит извращать существо классовой борьбы в угоду наивной романтике.

Пролетариат. Меркантильность.
Наглядное представление классовой структуры, в некоей мере, делает очевидным главнейшее свойство классовой борьбы пролетариата, которое необходимо честно признавать - меркантильность. Нет в основе его классовой борьбы особой ангельской сверхчеловеческой идейности, особой высокой морали, стремления к «свободному труду» и пр. – его борьба это, в первую очередь, борьба за прибыль с капитала, это борьба за капитал, борьба за лучшую и сытую жизнь с меньшими затратами собственного труда. И только во вторую очередь (в качестве единственного и вынужденного механизма достижения основной корыстной цели) его классовая борьба приобретает идейность, высокую классовую мораль и принципы. То есть, неуёмное стремление достичь корыстной цели приводит к пониманию того, что исключительно самоорганизацией, единением представителей класса и стремлением к равенству в человеческом обществе можно добиться классовой победы – овладения капиталом и избавления от подневольного труда.
И эта меркантильность – неотъемлемое ни при каких обстоятельствах свойство классовой борьбы пролетариата, в отличие от идейности, единения класса, высокой морали, устремлённости к свободному труду и прочих свойств, которые могут быть практически мгновенно утеряны при достижении даже небольших классовых побед, при получении даже иллюзии владения капиталом.

Буржуазия. Особенности классовой борьбы. Стремление к вечности.
Некоторые представляют классовую борьбу капиталиста как прямое противодействие грозно наступающему пролетариату. Это нелепое представление. Современная буржуазия растит и бережёт работающий на неё пролетариат, хитрыми невидимыми уловками стараясь не допустить его к капиталу. Она щедрыми обещаниями манит его к капиталу, не допуская к нему в реальности. В стабильные моменты жизни капиталистического общества этот процесс где-то похож на взаимоотношения разновозрастных братьев в единой семье. - Буржуазия старается удержать в своих руках капитал, всякими ухищрениями не допуская открытой драки. И только в моменты безвыходного обострения (возникающего, к примеру, в результате взросления младших братьев) может разразиться «семейный» скандал, приводящий к некоему равенству распределения в семье имущества, обязанностей и прав.
У классовой борьбы буржуазии есть важная особенность, практически не упоминаемая теоретиками и которую следует обязательно раскрыть. - Если корыстные цели борьбы пролетариата очевидны и по человечески объяснимы, то конечные цели буржуазии, неудержимо и без всяких пределов наращивающей свои прибыли и капиталы (в размерах, превышающих все мыслимые потребности) с точки зрения простых человеческих понятий объяснимы с трудом. Говоря словами простого человека, живущего обыденными заботами – буржуазия никак не наестся. И она действительно не наестся никогда своих прибылей и никогда не удовлетворится величиной своего капитала, какой бы они величины не достигали. А значит истинные цели у неё не прибыли и не капитал (частные цели к которым обращают наше внимание теоретики), а что-то иное, более важное и более ценное. Если абстрагироваться и опустить поставленные и достигаемые каждым капиталистом эти частные цели, то можно увидеть, что за ними стоит истинная цель буржуазного класса - стремление к такому будущему состоянию, где абсолютно исключена вероятность утери капитала и прибылей, где есть полная независимость от влияния общества, где исключена любая вероятность утери капиталом его свойства экспроприировать чужой труд. За неуёмным извлечением прибылей и неостановимым наращением частных капиталов проглядывается желание буржуазии превратить себя в капиталистическое божество – бессмертное и навечно владеющее капиталом. И это стремление повсеместно воплощается в реальность. Военная машина, промышленность, медицина, наука – передовые результаты работы всех эти механизмов, принадлежащих и подчинённых буржуазии, достаются именно ей - и в ходе развития высших технологий, превращают её в подобие бессмертного и всесильного божества, становящегося сильнее общества и общественных процессов, становящегося над обществом – готового при необходимости, без особых усилий, уничтожить это общество или принудить к тому или иному действию.

Участники классовой борьбы.
Обозначив особенности и истинные цели классов необходимо рассмотреть их более подробно.

Пролетариат.
Именно с точного и единого определения того, что такое пролетариат, мы должны начать реформирование теории о классовой борьбе и развить её с учётом современной реальности. Ибо пролетариат есть тот фундамент классовой структуры, та начальная точка отсчёта в векторе общества от которой идёт построение его классового устройства.
Что же нового можно сказать о пролетариате? А собственно ничего нового сказать нельзя. Нужно всего лишь, очистив понятие пролетариата от буржуазного социологического мусора, вернуться к его истинному определению.
Определение пролетариату дано давно и очень верно Ф. Энгельсом.
- «Пролетариатом называется тот общественный класс, который добывает средства к жизни исключительно путём продажи своего труда, а не живёт за счёт прибыли с какого-нибудь капитала».
Нет более точного определения. Ни одно другое определение не даёт большей ясности о том, какой именно признак относит члена общества к пролетариату. Ясный, точный, всеми понимаемый признак пролетариата это добывание средств к жизни исключительно путём продажи своего труда. Исключительно - то есть без всяких других способов получить средства к существованию. Возникновение у пролетария каких-либо других надёжных источников существования, а это могут быть только прибыли с каких либо капиталов - частных, государственных и других, вычёркивает его из рядов пролетариата.
Пролетариат всегда стремится избавиться от вынужденной необходимости жить исключительно за счёт труда. Это его главнейшая и часто неосознаваемая цель в классовой борьбе - перестать быть пролетариатом, получить возможность существовать не только за счёт продажи труда, но и за счёт прибыли с какого либо капитала. Более того, самая глубокая цель пролетариата это вовсе избавиться от вынужденной необходимости труда – то есть стать собственной противоположностью. Как ребёнок с возрастом становится своей взрослой противоположностью, так и пролетариат стремится вырасти из своего пролетарского состояния. И именно с этой целью он объединяется и включается в борьбу, и именно поэтому, достигнув цели и едва освоив капитал, он склонен из пролетарской борьбы выйти, а там, где это касается его капиталов, противодействовать ей.

Победа пролетариата в классовой борьбе.
Когда мы говорим о классовой борьбе пролетариата, мы должны ясно представлять себе как выглядит эта победа.
Что же такое победа пролетариата? Теоретики называют победой установление диктатуры пролетариата. «Диктатура пролетариата». Какова логика этой привычной формулировки? Перевести её можно следующим образом. – «Пролетариат совершает революцию, овладевает и устанавливает контроль над капиталами, оставаясь на прежнем месте, - на месте пролетариата». То есть теоретики наделяют пролетариат новым качеством, то есть ставят управлять и владеть капиталом, но при этом оставляют его на старом классовом месте!!! Это можно рассматривать только как логическую фикцию. Сама формулировка - «диктатура пролетариата», логически крайне ошибочна, так как не может быть пролетариат диктатором – ибо он пролетариат. Ибо пролетариат, получив право диктатуры, перестаёт быть пролетариатом по определению – и по существу. То есть он, как класс, разрушается, качественно преобразуется во что-то новое, в непролетарский класс. Говорить «диктатура пролетариата», это как если бы о современном человеке сказать - «Обезьяна прямоходящая, безволосая, говорящая и читающая книги». То есть, как бы не замечая её новых, приобретённых человеческих качеств, оставлять её на прежнем, обезьяньем месте и выпихивать на пальму. Впрочем, чтобы скрыть логическую неувязку, затуманить явную фикцию, пролетариату иногда дают новое название – рабочий класс - что сути не меняет. Рабочего множеством уловок оставляют тем же, кем он и был ранее – пролетарием, живущим только за счёт продажи своего труда. И мы видели это во всех строящихся социалистических системах – без исключений. Было бы по другому, было бы гораздо вернее, если бы его назвали «руководящий, владеющий трудящийся класс» или «управляющий трудящийся класс» – это было бы верным и понятным определением для победившего в классовой борьбе пролетариата – и ему было бы яснее и понятнее, что он должен управлять и владеть полученными капиталами и прибылями в первую очередь - и только во вторую трудиться на тех условиях, какие определит сам – и даже бездельничает если это он посчитает нужным. А что показывает практика применения фиктивной формулировки «Диктатура Пролетариата»? Она показывает, что после побед пролетарских революций, со временем, понятие «диктатура» потихоньку забывается, тускнеет, а затем и вовсе вычёркивается из общественных понятий. В итоге от декларативного пролетариата - «диктатора» остаётся только жалкий классический Энгельсовский пролетариат, живущий исключительно за счёт продажи своего труда. И он, во первых пролетариат, и, только во вторых, где-то далеко, и очень теоретически, в лозунгах, «диктатор», однажды очнувшись, встречается лицом к лицу с настоящим, практическим диктатором – государственной и партийной буржуазией, скрыто откормленной во время действия обманной формулировки «диктатура пролетариата». И очнувшись, он понимает, что сохранившееся его пролетарство, сохранившееся рабочеклассовость это жутчайшее мошенничество, с помощью которого у него был отнят завоёванный и далее развитый, обновлённый им капитал и все прибыли с него.
То есть:
- победа пролетариата в классовой борьбе есть не установление диктатуры пролетариата, а разрушение пролетарского класса и всех условий, способствующих его возрождению и укреплению, - преобразование его в новый класс, в класс владеющий капиталом, управляющий им, получающий прибыли с него, создающий условия для собственного труда и трудящийся на собственных же условиях.
Любые измышления о наделении старого пролетариата новыми, дополнительными качествами и правами должны быть исключены как крайне вредные, заводящие борьбу пролетариата в тупик. Отхождение от этой простой истины, забалтывание её псевдокоммунистической демагогией, лицемерно воспевающей величие недоразвитого «пролетариата» и самоотверженность «рабочего класса» абсолютно обнуляет саму суть классовой борьбы, превращая её в бессмысленное топтание на месте. Нет в пролетариате никакого величия – есть только недоразвитая способность жить продажей своего труда и способность бестолково веруя в идейные лозунги, скатываться к самоотверженному рабству ради благоденствия вождей, владеющих капиталом. И каждый пролетарий должен понимать, что победа в классовой борьбе начинается с победы над собственным пролетарством, победы над собой, над своей недоразвитостью в части владения капиталами. И объединяясь, пролетариат должен приложить все силы, чтобы уничтожить этот пролетаризм в каждом пролетарии, выбить из голов даже мельчайшее желание оставаться недоразвитым пролетарием. И это не идеалистический призыв, не призыв вдруг взяться за ум (что бессмысленно без хороших оснований), это подсказка рабочим к тому надвигающемуся моменту, когда они хозяйственные обстоятельства сложатся так, что рабочие будут массово терять рабочие места, терять свой заработок из-за кризисов, остановки и автоматизации производства. Подсказка к моменту, когда труд пролетария будет не нужен – как не нужен будет и он сам и его дети. Освобождаясь от возможности заработать трудом достаточные средства, рабочему нужно не метаться по старой привычке в поисках работы, а осознать свою новую - правящую, руководящую суть – ухватить её без потери времени на сомнения и страхи - как единственный путь к выживанию и сформулировать в своей голове простую мысль – «не возвращайся в пролетарское рабство, туда возврата нет, бери капиталы во владение, под контроль и управление, избавься от пролетаризма». Таков простой призыв к сегодняшнему пролетарию указывающий путь к победе в классовой борьбе.

Методы борьбы буржуазии.
Как уже сказано, цели буржуазии не так очевидны как цели пролетариата.
На начальном этапе развития капитализма борьба за владение капиталом была более или менее равноправной. Работоспособность его либеральных рыночных механизмов была обусловлена простором и для создания и для производства и для реализации товаров и рвением участников к прибылям. Однако эти просторы в кратчайшие сроки были с переизбытком завалены товаром до такой степени, что многие из товаров стало невозможно продать с прибылью. А там где исчезает прибыль от производства и продажи товара, там назревает угроза капиталу, капитализму и капиталисту. Поэтому буржуазией (в том числе и бывшими пролетариями, сумевшими ухватить капитал), эти либеральные механизмы свободного рынка (свободного нерегулируемого производства любых товаров также) были остановлены. Это был первый бой между пролетариатом и буржуазией в классовой борьбе за владение капиталами. И первый метод борьбы, освоенный и применяемый до настоящего времени буржуазией в борьбе против хватающегося за капитал пролетариата - это сговор с государством и подчинение его себе. Вся государственная машина с её законами, судами, армиями, и прочими атрибутами стала обеспечивать устойчивость высших слоёв буржуазного класса и защиту их капиталов от пролетариата. С этого момента капитал стал недоступным для пролетариата без подчинения себе или снесения самого государства, состоящего на службе у буржуазии. Более того, Капитал приобрёл новое определение, получил новую составную часть, без которой не смог бы существовать как капитал - кроме средств производства и возможности эксплуатации он включил в себя и государственную власть. Власть приравнялась к средствам производства, стала равна по своей сути станку или участку земли, приобрела свойство быть покупаемой, продаваемой, передаваемой по наследству. После некоторого либерального «демократического» перерыва, власти снова стало присуще такое свойство как воспроизводство самой себя (а от обезьяны всегда родиться обезьяна, человека из неё не родится), характерное для только авторитарного строя. А общество, в то же время, потеряло возможность производить свою власть, то есть потеряло возможность каждый раз, в каждый необходимый момент, рождать её обновлённую, подстроенную под свои насущные проблемы.
То есть прекрасный, полный оптимизма и иллюзорных фантазий либеральный капитализм пал под давлением капитализма государственно-монополистического.
Но пролетарий был ещё силён и готов к слому власти. И второй метод борьбы, применённый буржуазией против пролетариата - это повсеместное и масштабное сохранение иллюзии о сохранении, честности и праведности либерализма - то есть сохранение у пролетариата иллюзии, что равноправие в возможности достичь владения капиталом сохраняется. И на это были брошены огромные силы псевдонаучной пропаганды о сохранении либерального капитализма.
Однако, игнорируя пропаганду, реальности продолжали разрушать экономику, а с ней и поддерживаемые в пролетариате надежды на возможность своим праведным трудом ухватить капитал. Чтобы возродить эту надежду в готовом к революции пролетариате, буржуазии ничего не оставалось, как только временно поделиться частью прибыли и капиталов с самыми активными пролетарскими слоями. Так был применён третий и самый радикальный метод борьбы с пролетариатом (при сохранении действия первого и второго) - создание ослабляющего силы пролетарской борьбы скрытого пролетариата, речь о котором пойдёт ниже.
Необходимо сделать выводы о коренных, а не поверхностных целях буржуазии.
Так или иначе, очевидно, что все методы применяемые буржуазией в классовой борьбе в итоге нацелены не на увеличение прибылей и капиталов, как таковых, а, через прибыли и увеличение капиталов, на обеспечение недоступности капиталов и закрытости буржуазного класса от доступа пролетариата – что есть стремление к вечности и непоколебимости буржуазного класса и его власти.
Увеличение же капиталов и прибыли (и манипуляции с ними) является не целью классовой борьбы буржуазии, а только отлаженным механизмом, с помощью которого обеспечивается неприкосновенность класса буржуазии и его капиталов.

Скрытый пролетариат как участник современной классовой борьбы.
Скрытый пролетариат это созданный буржуазией (конечно же вынужденно) временный слой пролетариата, который дополнительно, к средствам, получаемым от продажи своего труда, во временное пользование, получает часть от прибыли с капиталов или же сами капиталы (а вернее их, со временем разлагающуюся имитацию), которые в последующем, в различной форме и различными способами, буржуазией изымаются. Средний псевдокласс, временно наделённый иллюзией того, что он избавился от своего пролетаризма и достиг своей классовой цели – владения капиталом (якобы стал буржуазией), буржуазные теоретики называют «средним классом». Но если мы для лучшего понимания обществом будем применять их язык и формулировки (и для ясности будем), которые они ежечасно вбивают в головы обществу, то этот класс правильнее было бы называть «средним псевдоклассом». Среди левых широко применение и такого определения для скрытого пролетариата как полупролетарии. А что такое полупролетарий? Очевидно - наполовину пролетариат. А на вторую половину кто? Буржуазия? Тот, у кого отнимают в моменты кризисов весь имеющийся капитал это буржуазия? Нет – это временная буржуазия, иллюзия буржуазии – а что такое иллюзия буржуазии – это пролетариат. То есть оказывается, что полупролетариат вовсе не наполовину пролетариат, а целиком пролетариат – но пролетарская его сущность скрыта иллюзией владения капиталом. Поэтому верное наименование ему – скрытый пролетариат или средний псевдокласс.
К нему же следует отнести и то, что называют мелкой буржуазией, которая буржуазией уже считаться не может, ибо владеет средствами производства только в той мере, в какой ей позволяет истинная буржуазия и принадлежащая ей государственная власть (прим. «Нет власти – нет капитала, нет прибыли»). По мере изъятия средств у скрытого пролетариата (а в ходе кризисов это неизменно происходит, в отличие от истинной буржуазии) он снова переходит в состав классического Энгельсовского пролетариата, источником существования которому остаётся только его труд.
Руководствуясь очевидностью сиюминутного увеличения получаемых благ, средний псевдокласс, несмотря на отсутствие у него реальных, устойчивых капиталов и механизмов его сохранения, социально и идеологически обособляется от классического пролетариата, становясь дополнительным барьером на его пути к владению истинным, незыблемым капиталом.
Изобразить его в классовой структуре можно следующим образом.









Этот метод, применяемый буржуазией для защиты своих капиталов, действует надёжно - основная масса пролетариата теряет истинную цель борьбы. Он устремляется к суррогатным капиталам, получаемым средним псевдоклассом, а не к истинным, устойчивым, постоянным, капиталам, которыми владеет буржуазия. То есть его борьба приобретает характер мелочной драки за объедки, брошенные с барского стола, что и нужно буржуазии.
Тем не менее, несмотря на социально-идеологическую обособленность, скрытый пролетариат не является отличным от пролетариата общественным классом ввиду заведомой (даже плановой) ограниченности существования его во времени и необходимости возврата буржуазии получаемых дополнительных к его труду благ. И если не самому, временно разбогатевшему пролетарию, то его наследникам, придётся этот долг возвращать буржуазии сполна - и вероятно с оплатой «комиссионных» за пользование. И очень вероятно, что платой за эти капиталы станет сама жизнь. То есть, своей пролетарской цели – «получения» прибыли с капитала и «выхода» из рядов классического пролетариата, он достиг только на время. А его «победа» над собственным пролетаризмом не является окончательной, она только чрезвычайно дорогая для него и для следующих его поколений временная иллюзия.
Очень важно понимать, что социально-идеологическая обособленность ставит средний псевдокласс в положение союзника буржуазии в классовой борьбе и врага пролетариату. Но в моменты кризисов представители именно этого слоя пролетариата будут в первых его революционных рядах – они будут указывать пролетариату путь к истинной классовой цели, ибо им, даже потерявшим свои иллюзорный капитал достался некий опыт владения им, но более его - обострённая пролетарская жадность к капиталу (которую они конечно назовут чувством справедливости).
Сохранение скрытого пролетариата в его сегодняшнем виде и в состоянии противодействия классическому пролетариату, есть важнейшая задача современной буржуазии. С одной стороны, она старается, оторвав его от явного пролетариата, ослабить и нейтрализовать силу пролетарской борьбы (чем защищает от прямых нападок свои, истинные капиталы), а с другой, старается максимально сохранить правовые и моральные основания, по мере необходимости, изымать у скрытого пролетария переданную ему на время часть своих капиталов и прибыли - то есть с максимальной выгодой и безопасностью для себя использовать кризисы и их производные – войны.
Очевидно, что кроме прочих псевдобуржуазных представителей к скрытому пролетариату смело можно отнести и «буржуазию» слаборазвитых государств (как олигархию, так и чиновничество), так как к капиталам и различным благам она допущена истинной буржуазией только на время, за плату. Рано или поздно эти капиталы будут отняты.


Ещё раз о стремлениях и целях общественных классов в классовой борьбе.
Выстраивая классовую структуру и определяя характеристики классов, мы должны ясно понимать, что низший класс имеет стремление к качественному изменению и перерождению в высший общественный класс в рамках общественного строя, в котором он существует. Раб не просто борется с угнетением, а стремится стать рабовладельцем, крестьянин стремится стать феодалом, пролетарий стремится стать капиталистом. Капиталист же стремится к неведомой и неконкретной цели (абсолютно высшему классу) - «абсолютной власти, вечной жизни и вечному, незыблемому владению капиталом». Найдутся те, кто скажет, что это не так, что раб, крепостной и пролетарий стремятся к всемерному свободному труду и свободе вообще. И будут не правы в своих романтических размышлениях. Никто из них не может выпрыгнуть за рамки общественного строя и системы организации производства своего времени, и в любом случае будет существовать по его правилам в составе одного из классов. Те, кто вышел за пределы общественной формации, являются исключениями из правил. В устойчивом обществе они не стоят серьёзного внимания, так как в производственных отношениях не принимают участия. Это, к примеру, разбойники, революционеры, предводители народных восстаний и другие свободолюбивые граждане, не вписывающиеся в рамки устоявшегося общества. Такие люди приобретают вес и общественное значение только в кризисные моменты, в моменты обострения классовых отношений, в моменты попыток перехода к другим общественным отношениям. Именно они, отвергающие привычные для большинства устои и стандарты жизни способны поднять общество на революции и бунты. Но после революций, с переходом к новым отношениям и их стабилизацией, эти нестандартные люди исчезают, растворяясь в обыденности общественных отношений, во вновь образованных классах нового общества, или погибают под его давлением.
К слову сказать, очень многие революционные теории злоупотребляют романтическими формулировками, такими как «свобода», «братство», «любовь», «соцсоревнование», «свободный труд» и подобными. И это злоупотребление происходит именно тогда, когда теоретики не могут, а часто уже и не хотят, ясно и без обмана указать цели борьбы. И в такие моменты они сползают к высоким романтическим фантазиям и воззваниям к сверхчеловеческой морали – что ничем не отличается от лживых религиозных проповедей. И на определённых этапах классовой борьбы это крайне вредно, так как превращает любую полезную теорию в фантастическую утопию. Такие проповеди приятны на слух, но их распространение в итоге приводит к масштабному обману и краху революционных движений, ибо мешают определить участникам точные цели борьбы. Нужно смело смотреть этой меркантильной правде в глаза, и чётко усвоить истинные цели в этой классовой борьбе:
- Пролетарий стремится стать капиталистом, владеть капиталом, получать с него прибыль и не существовать за счёт продажи своего труда.
- Буржуазия, путем наращения капитала и прибыли, стремится защитить их от пролетариата таким образом и так надёжно, чтобы достичь своего вечного и незыблемого господства и вечного существования.

Эта схема целей и устремлений классов проста. Но процесс их реализации в современном капиталистическом мире имеет некоторые особенности.

О моменте перехода классического пролетариата к другому общественному классу.
Как следует из очень верного определения, данного пролетариату Ф. Энгельсом - овладение даже незначительным по величине капиталом или получение от какого либо капитала даже малой прибыли - это граница, переход которой исключает любого пролетария из рядов пролетариата.
Однако, рассматривая это определение нужно ясно понимать, что капитал можно называть капиталом (что относится и к прибылям), только если он не обременён значительной и заведомой вероятностью последующего изъятия, вероятностью потери своей стоимости, потери вообще свойств присущих понятию капитал. Всё иное, даже и в значительной степени похожее на капитал, нужно рассматривать всего лишь как неустойчивый суррогат капитала, временное и иллюзорное его подобие, теряющее свою «капитальность» в моменты разного рода кризисов или по прихоти истинного капиталиста.
То есть, применяя определение пролетариату, данное Энгельсом, нужно уточнять, что Энгельс под определением капитал подразумевал истинный капитал, а не его временный суррогат.
И это уточнение даёт ясное понимание того, что владение суррогатом капитала и суррогатными же, подлежащими возврату прибылями и обесценивающимися благами это не выход из пролетарского класса, а лишь временный переход в иной социальный слой всё того же пролетарского класса. - И очевидно, что этот слой создан самой буржуазией для противопоставления пролетариата самому пролетариату. Ведь пока пролетарии дерутся друг с другом за брошенную ему кость (от которой после съедения ничего не останется, кроме необходимости её вернуть) – истинные, крепкие, и даже вечные капиталы находятся на недоступном для пролетариата расстоянии.
Соответственно, если мы, в поиске границы перехода пролетариата в иной класс (а это, по сути, главнейшая задача которую старается решить пролетариат, задумавшийся об улучшении своей жизни), говорим о «хотя бы незначительном признаке владения капиталом (или прибыли с него) – мы должны подразумевать только владение истинным капиталом, а не полученном во временное пользование его суррогатом.
Что же происходит с пролетарием, получившим дополнительно к средствам от продажи своего труда некие капиталы и блага?
Пример скрытого пролетариата, т.е. временного «среднего класса» показывает, что, получив даже временные капиталы, пролетариат приобретает часть свойств присущих буржуазии и теряет часть свойств присущих пролетариату. Но все эти «психологические» перемены происходят только на тот период времени, на который получены эти дополнительные к его труду блага. Очевидно, что в результате этих перемен он не меняет принадлежность к своему общественному классу, а только по незнанию или по велению сиюминутных потребительских желаний изменяет этому классу на некоторое время, обречённый в последующем возвращаться к собственной пролетарской сущности. Буржуазная пропаганда поступает очень хитро, называя временный богатый социальный слой пролетариата обманчивым определением «средний класс». Она, обладая прекрасными способностями и возможностями формировать общественное мнение старается заведомо временному социальному слою пролетариата придать «научную» фундаментальность, представить его в виде особого, устойчивого, самостоятельного, навечно владеющего прибыльными капиталами общественного «класса», а главное, в виде вожделенной цели для классического пролетариата. В реальности же, проводя эту красочную и лживую рекламу общественному классу, которого не существует, буржуазия добровольно никогда не позволит ему стать истинным классом, так как это будет означать, что ей придётся по настоящему и навсегда расстаться со своими, временно переданными пролетариату капиталами без всякой возможности возврата.
Далее возникает вопрос, - а что происходит с тем пролетарием, который получит хотя бы некую часть не временного и не в долг, а часть настоящего капитала и устойчивые прибыли с него? Останется ли он пролетарием, как и временный средний псевдокласс? Нет, ибо он одной ногой переступает реальную, а не суррогатную границу, отделяющую пролетарский класс от буржуазии, он крепко и не на время, а надолго и, вероятно, навсегда ухватывает даже если и незначительную часть, но часть истинного капитала. Становится ли он истинным капиталистом? Очевидно, что нет, так как он в большей или меньшей степени продолжает существовать за счёт продажи своего труда, что не присуще буржуазии. То есть классический пролетарий, завладев частью истинного капитала, никак не может рассматриваться как какое-либо ответвление или временный слой пролетарского класса, но и не может рассматриваться как некий слой буржуазии. Но, в то же время, он обладает качествами присущими и классическому пролетариату и буржуазии. Из этого следует, что с овладением пролетариатом неких истинных капиталов формируется новый, самостоятельный, устойчивый общественный класс (такой же устойчивый как и истинные капиталы), со своими признаками, особенностями в отношениях с пролетариатом и буржуазией и своим особым местом в классовой структуре.
И этот вывод необходимо закрепить в понимании - овладение пролетариатом какими либо истинными и устойчивыми капиталами и прибылями с него приводит к формированию в классовой структуре нового, устойчивого, самостоятельного общественного класса, отличного как от пролетариата, так и от буржуазии. Это класс трудящегося собственника капитала.
Подходящее имя этому классу - «неопролетариат» – ибо он истинный потомок пролетариата классического, повзрослевший и набравшийся новых качеств.

О месте неопролетариата в классовой структуре.
Новый класс, по мере своего формирования и укрепления, занимает соответствующее место в классовой структуре. Представляется логичным его размещение в классовой структуре между пролетариатом и буржуазией – ибо на первый взгляд он нечто простое среднее. Но это слишком поверхностное, упрощённое суждение. Если в векторе классовой структуры поместить неопролетариат между пролетариатом и буржуазией и обозначить границы класса, то можно наглядно убедиться в том, что новый устойчивый класс по своим свойствам станет как две капли воды похожим на обманный средний псевдокласс и вся новизна класса рассеется как дым. Следовательно, расположение неопролетариата в классовой структуре не может быть «простым расположением» между пролетариатом и буржуазией, ибо это ведёт за собой впечатление неустойчивости нового класса, да и вовсе показывает, что никакого нового класса нет.
Следовательно этому расположению должны быть присущи новые свойства, показывающие фундаментальную устойчивость класса. - Такую фундаментальную устойчивость, которая была бы не меньшей, чем устойчивость владения этим классом истинным капиталом – и более того, не меньшей, чем устойчивость самого существования капитала. И именно укрепляющаяся «близость» неопролетариата к истинному капиталу есть особенность дополняющая его простое расположение между пролетариатом и буржуазией. И это не просто «близость» к капиталу, а в самом полном смысле слова слияние общественного класса живущего за счёт труда с капиталом до такой степени, что общественный класс сам по себе становится капиталом. Таким неопролетариат и следует представлять в классовой структуре – классом не ограждающимся границами между трудом и владением капиталом, а в виде самой этой границы сосредоточившей в себе и владение капиталом и труд, то есть в виде нового капитала.
Из сказанного можно заключить, что устойчивое положение неопролетариата в классовой структуре может быть обеспечено устойчивостью самого капитала, устойчивостью владения капиталом в сочетании с трудом. Эта устойчивость владения капиталом в сочетании с трудом в общественном классе может быть сохранена только в том случае, если общественный класс как бы впитает в себя свойства капитала, становясь по мере развития самим капиталом. То есть укрепление неопролетариата необходимо рассматривать не как изменение в принципах владения капиталом, не как «честный» передел капитала между классами, а как получение зарождающимся новым общественным классом свойств капитала – как превращение «внекапитального» общественного класса не просто в иной общественный класс, а в общественный класс - капитал. Капитал сам по себе устойчив и живуч - что ведёт за собой и устойчивость впитавшего его свойства неопролетарского класса.
За сказанным следует вывод, что с рождением неопролетариата и капитал качественно меняет свою сущность, получая некие свойства общественного класса. Капитал, с момента образования неопролетариата оживает, очеловечивается – так как меняется процесс отчуждения труда и процесс присвоения прибыли, воспроизводство капитала приобретает новое значение, которое начинает относиться не только к производственным мощностям, машинам, отчуждаемому труду, но и членам класса, т.е человеку – владельцу труда. А эта замена революционно меняет свойства капитала.
Классовую структуру неопролетаризма, где общественный класс есть капитал можно представить следующим образом.









Если смотреть на возникшую классовую структуру с точки зрения законов диалектики, то пролетариат это тезис, капиталист это антитезис, а неопролетариат это синтез – качественное изменение участников классовой борьбы. Рано или поздно этот класс должен был возникнуть и укрепить своё положение в обществе.
Классовая структура получает такой критерий, разделяющий пролетариат и буржуазию, который сам по себе является новым общественным классом и он же является новой формой капитала. Этот класс формируется из наиболее развитых представителей пролетариата и по мере овладения новыми членами истинным капиталом укрупняется. При этом он не является обманной целью, не зазывает пролетариат хвататься за временный суррогат капитала, который придётся возвращать, не мешает пролетариату видеть истинную его цель и идти к ней – он позволяет идти к овладению истинным капиталом и по мере своих возможностей избавляться от необходимости продавать свой труд.
Из этой же схемы наглядно видно, что перешагнуть эту границу, за которой освобождение от труда и существование за счёт капитала, так сказать, «проскочить» неопролетарское состояние прямиком к капиталу непросто (как это показывает в рекламных буклетах буржуазия) – но и показывает, что всякий, даже мелкий, ухваченный пролетарием капитал будет истинным, крепким, надёжным – ибо сам трудящийся пролетарий станет основой и носителем этого капитала, в том числе носителем власти.

Три общественных класса.
Очевидно, что речь идёт об образовании трёхклассовой структуры. Под этим следует понимать то, что образование неопролетриата не приводит к безвозвратному уничтожению пролетариата, буржуазии и, как следствие, к образованию устойчивого бесклассового общества.
Это означает, что и пролетариат и буржуазия, сохранившись как классы, и, даже сохранив свои характеристики, сменят свой привычный вид на иной. Пролетариат приобретает образ того нежелательного вероятного состояния, к которому неопролетариат может скатиться при утере возможности или нежелании владеть капиталами. То есть, даже отсутствие в составе пролетариата членов, не будет означать отсутствие этого класса. Потенциально он будет жив и должен приниматься в учёт при организации хозяйства и труда. Более того, каждый неопролетарий будет подспудно ограждаться от скатывания к состоянию пролетариата – что есть подтверждение существования этого класса.
Неопролетаризм не избавлен от вероятности внешних воздействий чрезвычайной силы, природных и иных, которые способны объективно столкнуть общество к расслоению на владеющих капиталом угнетателей и трудящихся – то есть неопролетаризм есть не устойчивое бесклассовое общество, а всегда сохраняющее свой классовый потенциал общество, в котором главенствующий класс - неопролетариат, - не избавляется от классовых целей, а сохраняет их, продолжая свою классовую борьбу.
Буржуазия же, её сущестование за счёт владения капиталом и получения прибылей от него при избавлении от труда для неопролетариата есть та цель, к которой он вечно и объективно стремится (хотя и в значительно меньшей степени, чем пролетариат). Избавиться от буржуазии невозможно, как невозможно отказаться от отпуска, длительного лечения, инвалидов и пенсионеров, получивших по достижении определённого возраста возможность избавиться от необходимости продажи своего труда и жить за счёт капитала и управлять им.

Причины возникновения и становления неопролетариата.
Формирование буржуазией среднего псевдокласса хоть и вынужденное, но добровольное, выгодное и управляемое ею действие. Зарождение неопролетариата начинается с того момента, где эти взаимоклассовые доброжелательные отношения прекращается и перерастают в классовую драку. Каждый рабочий протест, каждая революция – позыв к формированию неопролетариата. Каждая уступка буржуазии, сделанная под давлением протестов, забастовок и революцией это шаг к формированию неопролетарского мышления и у пролетариата и у среднего шаткого псевдокласса – такого мышления, где получение капитала есть следствие давления трудящихся, а не хитрого плана буржуазии. Там где давление трудящихся снизу сменяет хитрые подачки буржуазии – там владение суррогатными капиталами сменяется владением истинными капиталами. Эти уступки, вырванные у буржуазии, выражаются в увеличении заработных плат, улучшении социального обеспечения, упрощении доступа к фондовым рынкам, рынкам акций и прочих благах для пролетариата. Зарождению неопролетариата способствует и рост производительности, автоматизация и роботизация производств, вследствие которых пролетариат меньшее время тратит на труд и получает больше времени на собственное всестороннее развитие.
Однако освоение капиталов и получение дополнительных благ это только попытка зарождения неопролетариата. Даже успешные революции, изымающие у буржуазии и прямо закрепляющие за трудящимися право владения капиталами привели к формированию только очень неустойчивого неопролетариата. С течением времени он разрушался, разлагаясь на пролетариат и буржуазию. Следовательно, для надёжного закрепления неопролетариата в классовой структуре необходимы дополнительные условия.

Владение общественным капиталом на правах частной собственности.
Очевидно, что пролетариат в движении к неопролетаризму сталкивается с госмонопольным капиталом, - целью тяжёлой и громоздкой, ухватить которую, руководствуясь старыми представлениями о владении капиталом невозможно. Проблема старых представлений в том, что каждый пролетарий мыслит с точки зрения частного собственника капитала. Он по старому старается оторвать часть капитала в собственное владение и затащить себе в кубышку, что приводит к разрушению высокопроизводительных монополий, разрушению слаженной системы производства, потери прибыльности, разрушению системы вопроизводства и, как следствие, к разрушению всех основ существования неопролетариата. Множество же раз применяемое обобществление капиталов в виде госмонополий (якобы принадлежащих пролетариату) требует централизации управления и формирования представительных органов управления, которые неизменно перерождались во владельцев капитала – что являлось причиной возрождения, казалось бы, уже разрушенной до основания двухлассовой структуры «пролетариат-буржуазия», где нет места неопролетариату или, как это называли «диктаторе пролетариата.
Из этого следует, что неопролетариат может существовать только при условии сочетания владения капиталом на правах частной собственности и сохранения производительных обобществленных монополий. То есть, размышляя об условиях надёжного укрепления неопролетариата как класса, мы приходим к такому понятию как владение общественным капиталом на правах частной собственности.
Такая формулировка ставит в тупик, переворачивая все представления о частной собственности.
Однако если избавиться от устаревающих на сегодняшний момент представлений о том, что такое собственность и каковы механизмы владения ею, можно понять, что она верна и работоспособна.
Основа её работоспособности заключается в масштабном развитии информационных сетей и коммуникационных возможностей.
Как уже сказано, система владения обобществлёнными монопольными капиталами ранее неоднократно разрушалась по причине присвоения прав владения представительными органами, что равнозначно присвоению самих капиталов. Масштабное развитие информационных сетей и коммуникаций дало невиданную до настоящего момента объективную возможность избавиться от перерождаемости представительных органов в буржуазию и организовать такой их повсеместный контроль со стороны каждого члена общества (т.е. частный), и такое управление капиталами, что присвоение ими общественных капиталов и прибылей станет невозможным. Сила этого сетевого частного контроля и возможности управления капиталом достигает такой степени и такой силы, что нет ему иного наименования кроме как овладение капиталом, получение их в собственность.
Тут нужно ясно понимать, что в условиях развития информационных сетей, связывающих всех без исключения членов общества и одновременно открывающих их деятельность всему обществу, этот контроль и управление общественным капиталом есть деятельность частная но, в то же время открытая и принадлежащая обществу, и если она касается монопольного капитала то эта деятельность есть ни что иное как частное владение капиталом и обобществление его, превращение капитала силами частного собственника в общественную собственность и подчинение воле общества.
Овладение коммуникациями, интернетом, сетями и технологиями, закрепление каждым трудящимся за собой этого права сетевого (а также непосредственного) контроля, закрепление за собой права на доступ к любой информации о монопольном капитале (а для этого есть все технические возможности), право использования любых сетевых возможностей – есть та частная собственность, которой следует овладеть каждому пролетарию, стремящемуся в полной мере владеть общественным монопольным капиталом и прибылями с него. Участие в этом сетевом контроле и управлении есть превращение пролетария в неопролетария – в частного собственника им же обобществляемых надёжных монопольных капиталов, в том числе собственника государственной власти.
Последний бой, в котором необходимо принять участие каждому пролетарию в борьбе за владение капиталом – это обеспечить незыблемое право на неограниченное владение информацией, овладеть сетевыми технологиями, добиться снятие любых ограничений деятельности в информационной сети.
Буржуазия, понимая суть происходящих сетевых процессов, ощущая то, как капиталы уходят по сети из её рук, к этому бою уже активно готовится. И она будет вести его со звериным кровавым оскалом, до конца, невзирая ни на какие жертвы, ведь проиграть этот бой для неё означает конец. Только объединяясь и ясно формулируя для себя первичные цели и понимая их суть пролетариату можно победить в этом бою.

закрыть...

Оценок:  17   cредняя: + 0.47




>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.


Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=1495008ENDITEMS GENERATED_TIME=2019.07.17 02.39.41ENDTIME
Сгенерирована 07.17 02:39:41 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/1495008/thread_t?IS_BOT=1