Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 

Приглашаем на Семинар Михаила Хазина "Итоги выборов в США, мировые и страновые перспективы " (Санкт-Петербург, 10 декабря 2016) Cкидка 500руб.

-> Материалы М.Хазина   Идеология  


М.Хазин, "Второй ответ Фукуяме"

Михаил Хазин
5677 дней
 8211.45
Михаил Хазин [khazin]  
30.06.2014 08:42
Дублировано с khazin.ru
Темы: "конец истории" , идеи , либерализм , фукуяма

Комментарий к очередной "программной" статье американского политолога и философа Ф.Фукуямы.


Первый ответ касался предыдущей программной статье Фукуямы «Будущее истории» (http://worldcrisis.ru/crisis/949319 ) . Вообще, как видно из этой, предыдущей, статьи, Фукуяма очень тонко чувствует, так сказать, «движение исторических пластов». Именно по этой причине в ней он отметил, что либеральная мысль зашла в некоторый тупик, и как-то не очень понятно, как именно она будет на практике осуществлять то самый «конец истории», который прославил Фукуяму четверть века назад. 

Он пытался нащупать, какой могла бы быть эта мысль и вот здесь обнаружилось, что при всей тонкости своих ощущений, в экономике и социологии он жестко ограничен теми самыми табу, которые не дают современной «мэйнтримовской» экономической мысли разработать теорию современного кризиса. В частности, он категорически не понимает, что тот самый «средний класс», на котором он строит свои надежды, в рамках этого кризиса сохраниться не сможет ... А потому - не родит этот класс и никаких идей о «свободе» и «демократии», которые и должны были бы, по мысли Фукуямы, организовать «конец истории».

Прошло два года и, судя по всему, Фукуяма понял, что новых интеллектуальных  прорывов либерального толка ждать не приходится. Но в этом случае возникает серьезная проблема - что делать с «концом истории»? Признавать то, что концепция оказалась некорректной? И появилась новая статья (текст взят http://perevodika.ru/articles/24874.html(отсюда) ), в которой уже есть прямые оправдания за допущенные ошибки, которую, собственно, я и собираюсь обсудить.

Итак, Фукуяма пишет: «25 лет назад я написал для небольшого журнала под названием National Interest статью «Конец истории?» (The End of History?). На дворе была весна 1989 года — потрясающий момент для всех, кто был причастен к политическим и идеологическим спорам холодной войны. Мой текст вышел за несколько месяцев до падения Берлинской стены, примерно тогда же, когда сторонники демократии протестовали на пекинской площади Тяньаньмэнь, и в разгар череды переходов к демократии в Восточной Европе, Латинской Америке, Азии и Тропической Африке.

Я доказывал, что история (в широком философском смысле) пошла совершенно другим путем, непохожим на тот, о котором говорили левые мыслители. Процесс экономической и политической модернизации — вразрез с заявлениями марксистов и Советского Союза — приводил не к коммунизму, а к тем или иным формам либеральной демократии и рыночной экономики. История, писал я, по-видимому, в итоге приходит к свободе: выборным властям, правам личности и экономикам, в которых капитал и рабочая сила циркулируют в условиях сравнительно скромного госконтроля

».

Здесь уже нужно сказать несколько слов. В соответствии с нашей экономической теорией, после 1945 года в мире остались две системы разделения труда и победить должна была одна из них. При этом явного преимущества не было ни у одной из них - победить могла любая, что хорошо видно по ситуации начала 70-х годов, когда казалось, что СССР выиграл «соревнование двух систем» (подробнее см. http://worldcrisis.ru/crisis/188291 ).  В этом смысле победу «Западного» глобального проекта конца 80-х не следует преувеличивать, тем более, что та же самая наша теория показывает, что он неминуемо должен был после своей победы попасть в новый кризис, по механике, точно совпадающей с кризисом СССР конца 80-х. Собственно, сегодня мы это кризис и видим.      

«Возвращаясь сейчас к этой статье, начнем с очевидного: в 2014 году ситуация выглядит совсем иначе, чем в 1989 году.

Россия стала грозным электоральным авторитарным режимом, подпитываемым нефтедолларами, запугивающим соседей и стремящимся возвращать себе территории, которые она потеряла, когда в 1991 году был распушен Советский Союз. Китай остается авторитарным, однако обзавелся второй в мире по величине экономикой и территориальными амбициями в Южно-Китайском и Восточно-Китайском море. Как недавно писал специалист по внешней политике Уолтер Расселл Мид (Walter Russell Mead), старомодная геополитика вернулась с большим шумом и теперь глобальная стабильность находится под угрозой с обоих концов Евразии.

Проблема современного мира заключается не только в том, что авторитарные державы на подъеме, но и в том, что у многих демократических стран дела идут не лучшим образом. Возьмем Таиланд, изношенная политическая структура которого в прошлом месяце поддалась военному перевороту, или Бангладеш, где политическая система порабощена двумя коррумпированными политическими машинами. Многие страны, казалось бы, успешно перешедшие к демократии — Турция, Шри-Ланка, Никарагуа, —скатываются к авторитарным практикам. Многие другие — в том числе такие новые члены Европейского Союза, как Румыния и Болгария, — по-прежнему поражены коррупцией.

У развитых демократий тоже есть некоторые трудности. В последнее десятилетие США и Евросоюз столкнулись с жестокими финансовыми кризисами, приводящими к низким темпам роста и к жестокой безработице, особенно среди молодежи. Хотя экономика США снова начала расти, плоды этого роста распределяются неравномерно, а расколотая межпартийной борьбой политическая система Америки явно не выглядит привлекательным примером для прочих демократий».

Ну, про авторитарность мы говорить не будем - поскольку с точки зрения здравого смысла США сегодня куда более авторитарная страна, чем, скажем, Россия, не говоря уже о СССР. Одно увольнение главного редактора «Нью-Йорк Таймс» за упоминание о том, что на стороне ополченцов Юго-Востока Украины воюют местные жители чего стоит! «Свобода слова», однако! А вот упоминание про «начавшийся» экономический рост оставляем на совести Фукуямы - тут явно попытка сделать хорошую мину при плохой игре, поскольку реальная ситуация явно ухудшается. Впрочем, к смыслу текста эти замечания отношения не имеют - просто показывают, что Фукуяма вполне находится в рамках идеологической матрицы Запада, что, естественно, сильно ограничивает его возможности как аналитика.

«Не опровергает ли это мою гипотезу о конце истории, и если нет, то не следует ли ее, в любом случае, серьезно пересмотреть? На мой взгляд, ее основная идея остается, При наблюдении широких исторических тенденций важно не преувеличивать значение краткосрочных факторов. Признак прочной политической системы — это ее устойчивость в долговременной перспективе. Показатели каждого конкретного десятилетия не так уж важны. 

Для начала рассмотрим, как сильно за последние два поколения изменились политические и экономические системы. На экономическом фронте в мировом масштабе резко возросло производство, увеличившееся за период с начала 1970-х годов до финансового кризиса 2007-2008 годов в четыре раза. Хотя кризис сильно ударил по экономике, уровень процветания в мире в целом заметно повысился — причем на всех континентах — благодаря глобальной либеральной системе торговли и инвестиций. Даже в таких коммунистических странах, как Китай и Вьетнам, господствуют законы рынка и конкуренции в сущности, правильной, однако теперь я также понимаю о политическом развитии ряд вещей, которые я не столь ясно видел в бурном 1989-м.».

Главное тут - фраза «резко выросло производство». Только маленькая ошибка - не с начала 70-х, а с начала 80-х, в 70-е годы на Западе был серьезный спад (в СССР еще продолжался рост). И эта ошибка не случайна - «мэйнстримовская» теория тщательно уводит взгляд от 1981 года, когда, в рамках «рейганомики», началась политика стимулирования частного спроса, которая и позволила обеспечить значительный экономический рост. Разумеется, в четыре раза - это номинальные цифры, разумеется, в реальности рост, все-таки, существенно ниже. А вот с точки зрения реально располагаемых доходов граждан картина выглядит несколько иначе ...

Максимум реально располагаемых доходов домохозяйств в США был достигнут в 1972-73 годах. Затем он довольно сильно упал - к 1980 году до уровня начала 60-х. А затем, после начала «рейганомики», стал расти уровень расходов (за счет роста долгов), а вот доходы домохозяйств (с учетом реальной инфляции!) с тех пор *не росли!* Тут, конечно, можно не верить и ссылаться на официальные цифры МВФ и ФРС, которым, впрочем, не верят даже вполне официальные эксперты, но я сошлюсь на два источника. Первый - расчеты авторитетного отечественного аналитика Сергея Егишянца (http://worldcrisis.ru/crisis/wc_market_review ), второй - книга Роберта Райха «Послешок» (М.,»Карьера Пресс», 2012), как раз посвященной вопросу доходов американских граждан. 

Весь рост экономики с 1981 года был связан с ростом кредитного долга! И, соответственно, увеличивалась роль банковской и финансовой системы в экономике, поскольку имено они обеспечивали этот рост. И в процессе рассуждений о развитии политической системы отдельных стран и всей геополитической системы это обстоятельство необходимо учитывать. Как и то, что кредитный механизм стимулирования экономики себя исчерпал, поскольку принципиально зависел от снижения стоимости кредита, которая (в виде учетной ставки ФРС США) упала с 19% в 1980 году до, практически, нуля в декабре 2008 года. Но вернемся к тексту Фукуямы: 

«В политической сфере также произошли огромные перемены. По словам специалиста по демократии из Стэнфордского университета Ларри Даймонда (Larry Diamond), в 1974 году в мире было всего 35 выборных демократий, что составляло менее 30% от общего числа стран. К 2013 году их стало около 120, то есть более 60%. В 1989 году ускорилась давняя тенденция, которую покойный гарвардский политолог Сэмюэл Хантингтон (Samuel Huntington) называл «третьей волной» демократизации. Начало этой волне примерно на 15 лет раньше положили смены режимов в Южной Европе и Латинской Америке. Позднее она распространилась на Азию и тропическую Африку. 

Возникновение глобального экономического порядка, основанного на рыночных принципах, и распространение демократии напрямую связаны. Демократия всегда опиралась на широкий средний класс, а в последние десятилетия ряды процветающих, обладающих собственностью граждан растут по всему миру. Более обеспеченное и образованное население обычно более требовательно к своему правительству. Так как они платят налоги, они чувствуют себя вправе призывать власти к ответу. Многие из наиболее упорных оплотов авторитаризма — это богатые нефтью государства. В России, Венесуэле, странах Персидского залива так называемое ресурсное проклятие позволяет правительствам извлекать гигантские доходы из естественных источников, а не благодаря налогам, получаемым с населения. 

Однако даже если сбросить со счетов способность нефтяных автократий противиться переменам, мы увидим, что с 2005 года в мире проявляется тенденция, которую д-р Даймонд характеризует как глобальное «отступление демократии». По данным организации Freedom House, публикующей информацию о состоянии политических и гражданских свобод, в последние восемь лет наблюдается упадок как количества, так и качества демократий (честности выборов, свободы прессы и т.д.)».

Давайте на секунду задумаемся. «Средний» класс вырос - но в части потребления, а не в части доходов. При этом по словам самого же Фукуямы интерес к демократии испытывает только «средний класс»: богатые свои проблемы могут решать сами, бедным защищать нечего. Но если доходы не растут, а долги - растут, то представители того самого «среднего класса» не могут не ощущать рост беспокойства, чтобы не сказать ужаса. В такой ситуации запрос на «демократию» неминуемо ослабевает - зато резко растет запрос на справедливость. А справедливость в либеральной терминологии имеет ярко выраженные коннотации с автократией и тоталитаризмом.  

«Однако давайте не будем упускать контекст. Можно тревожиться об авторитарных тенденциях в России, Таиланде или Никарагуа, но еще в 1970-х годах все эти страны были несомненными диктатурами. Несмотря на захватывающую революционную атмосферу, царившую в 2011 году на каирской площади Тахрир, Арабская весна, по-видимому, не принесет реальной демократии никому, кроме той страны, в которой она началась, — то есть Туниса. Но, тем не менее, в дальнейшем она может сделать политику в арабском мире гибче. Просто не следовало ожидать, что это произойдет быстро. Мы забыли, что после революций 1848 года —европейской «Весны народов» — демократии потребовалось еще 70 лет, чтобы укрепить свои позиции и восторжествовать.

Более того, на идейном уровне у либеральной демократии по-прежнему нет реальных конкурентов. Путинская Россия и Иран аятолл на практике попирают демократические идеалы, но вынуждены воздавать им формальное уважение. Зачем бы иначе России понадобились фальшивые референдумы о «самоопределении» на Восточной Украине? Радикалы на Ближнем Востоке могут мечтать о возрождении исламистского халифата, однако подавляющее большинство населения мусульманских стран их не поддерживает. Единственная система, способная хоть как-то конкурировать с либеральной демократией, — это так называемая китайская модель, которая предусматривает авторитарный политический режим при частично рыночной экономике и высоком уровне технократической и технологической компетентности.

Однако если меня спросят, что вероятнее — что США и Европа через 50 лет будут политически больше похожи на Китай, или что Китай через 50 лет будет больше похож на США и Европу, я без колебаний выберу второй вариант. Устойчивость китайской модели вызывает серьезные сомнения. Легитимность системы и господство партии опираются на высокие темпы роста, которые невозможно будет сохранить при переходе Китая из категории стран со средними доходами в категорию стран с высокими доходами.

Китай также навешивает на себя скрытое бремя, отравляя свою почву и свой воздух. Хотя его правительство гибче большинства авторитарных режимов, когда наступят трудные времена, растущий китайский средний класс вряд ли будет готов мириться с текущей системой коррупционного патернализма. Вдобавок, в отличие от революционных дней Мао, Китай больше не пытается принести всему миру свои идеалы, а с учетом растущего неравенства и огромных преимуществ, которыми пользуются люди с политическими связями, «китайская мечта» сейчас выглядит в первую очередь путем к быстрому обогащению для сравнительно немногих».

Здесь, в общем, комментировать нечего, это чистая идеология. «Мы» - хорошие, «они» - плохие. Содержательная часть отсутствует., одни «фальшивые референдумы» чего стоят. 

«Все это, разумеется, не означает, что мы должны сложить руки и удовлетворенно смотреть, как демократия развивается в последние десятилетия. Моя гипотеза о конце истории никогда не подразумевала детерминизма и не предсказывала неминуемый триумф демократии по всему миру. Демократии выживают и процветают, потому что люди готовы бороться за законность, права человека и ответственность политиков. Общества такого рода серьезно зависят от качеств своих лидеров, от организационных способностей власти — и от чистого везения.

Главная проблема стремящихся к демократии обществ — это их неспособность дать людям то, что они, в сущности, хотят от правительства: личную безопасность, экономический рост и базовые государственные услуги (особенно, в областях образования, здравоохранения и инфраструктуры), необходимые, чтобы реализовывать индивидуальные возможности. Борцы за демократию, по понятным причинам, фокусируются на обуздании тиранических или хищнических государств. О том, как управлять эффективно, они предпочитают не задумываться. Говоря словами Вудро Вильсона, их больше интересует «сдерживание правительства, чем его укрепление». 

Именно это и погубило украинскую Оранжевую революцию 2004 года, которая в первый раз свергла Виктора Януковича. Пришедшие к власти благодаря протестам Виктор Ющенко и Юлия Тимошенко утонули в междоусобных дрязгах и сомнительных сделках. Если бы к власти пришло эффективное демократическое правительство, которое справилось бы с коррупцией в Киеве и повысило бы доверие к государственным институтам, оно могло бы обеспечить себе легитимность на всей территории Украины, включая русскоязычный восток, еще в то время, когда г-н Путин не успел накопить достаточно сил для вмешательства. Вместо этого демократические силы себя дискредитировали, что привело к возвращению г-на Януковича в 2010 году и подготовило почву для идущего в последние месяцы напряженного и кровавого противостояния».

А вот здесь уже начались оправдания. Уж если «конец» истории, то конец, а говорить о двойственности через двадцать с лишним лет после «победы» «либерализма» и «демократии» как минимум смешно. А вот если вспомнить нашу экономическую теорию, то проблема становится прозрачна и понятна: вся либеральная идеология (включая «свободу» и «демократию») работает только и исключительно в ситуации повышения уровня жизни населения и наличия того самого «среднего класса», который требует довольно много денег. Экономические реалии продолжение этого счастья противоречат - и что в этой ситуации делать тем, кто жаждет сохранения и развития этих либеральных «ценностей»? Фукуяме в том числе?

Это самая главная проблема идеологов подобных ценностей. Если они всерьез приняли ту позицию, что в конце 80-х они одержали «окончательную» победу, то сегодня их позиция выглядит крайне бледно - признать реальность в виде существенного падения уровня жизни населения и фактической ликвидации того самого «среднего класса», на котором они и строят все свои конструкции, никак невозможно. И что остается? Причем они даже готовы признать, что от резко обедневших людей ожидать поддержки либеральных «ценностей» невозможно - но они категорически отказываются верить в неизбежность такого обеднения. И здесь мы сталкиваемся именно с *верой* - а против нее, как известно, логика не работает.     

«Индия на фоне авторитарного Китая также выглядит крайне неэффективной. Тот факт, что она сохраняет демократическое устройство с 1947 года, безусловно, внушает уважение. Однако ее демократия при ближайшем рассмотрении выглядит такой же неприглядной, как колбасное производство. В системе господствуют патронаж и коррупция. Как утверждает индийская Ассоциация за демократические реформы, против 34% победивших на последних выборах кандидатов выдвинуты уголовные обвинения. Некоторые из них подозреваются в таких серьезных преступлениях, как убийство, похищения и сексуальное насилие.

Законность в Индии существует, но работает настолько медленно и неэффективно, что многие истцы успевают умереть, так и не дождавшись начала судебного процесса. Hindustan Times пишет, что в Верховном суде Индии скопилось более 60 000 нерассмотренных дел. По сравнению с автократическим Китаем самая большая демократия в мире выглядит абсолютно неспособной обеспечить своим гражданам современную инфраструктуру, а также такие базовые вещи, как доступ к чистой воде, электричеству или начальному образованию.

В некоторых индийских штатах, по данным экономиста и активиста Жана Дреза (Jean Drèze), 50% школьных учителей просто не выходят на работу. Нарендра Моди (Narendra Modi), индийский националист, который в прошлом пугающе терпимо относился к направленному против мусульман насилию, был недавно с впечатляющим перевесом избран премьер-министром. Люди голосовали за него в надежде, что он не ограничится обычной для Индии политической трескотней и сумеет хоть что-то сделать».

Ну, тут я даже не очень могу понять, для чего это написано.

«Американцы больше прочих склонны недооценивать необходимость эффективной власти. Вместо этого они фокусируются на сдержках и противовесах. В 2003 году администрация Джорджа Буша-младшего, судя по всему, была уверена, что стоит уничтожить диктатуру Саддама Хусейна, как в Ираке сами по себе возникнут демократическое правительство и рыночная экономика. Американские чиновники не понимали, что такие вещи вырастают из взаимодействия целого ряда институтов—партий, судов, собственности, общей национальной идентичности,— укрепляющихся в развитых демократиях десятилетиями и столетиями.

Проблемы с эффективностью управления, к сожалению, есть и у самих Соединенных Штатов. Наша мэдисоновская конституция, осознанно нацеленная на предотвращение тирании и предусматривающая множество сдержек и противовесов на всех уровнях, превратилась в ветократию. В отравленной поляризацией политической атмосфере современного Вашингтона правительство оказывается фактически неспособным двигаться ни вперед, ни назад. 

Вразрез с истерическими воплями, звучащими с обеих сторон, США, действительно, столкнулись с долгосрочными финансовыми трудностями, которые, тем не менее, вполне преодолимы с помощью разумных политических компромиссов. Однако Конгресс уже несколько лет не принимал бюджет в соответствии с собственными правилами, а прошлой осенью Республиканцы устроили приостановку работу правительства, не сумев договориться о выплате прошлых долгов. И хотя экономика США остается источником потрясающих инноваций, американское правительство в настоящий момент, определенно, не выглядит хорошим примером для соседей».

А это опять оправдания. Глобальные тенденции они потому и глобальные, что реализуются независимо от конкретных субъективных факторов, которые их могут ускорить илии замедлить, но никак не остановить. Ну, скажем, как ни борется государственный аппарат США (который в этом месте проявляет и эффективность управление и железную волю) с кризисом, он все равно продолжается. А тут ... В общем, логика Фукуямы тут дает резкий сбой: либо процессы «конца истории» носят глобально объективный характер и тогда не нужно искать оправдания, либо это, скорее, чьи-то «хотелки», которые могут быть остановлены совершенно случайными процессами. 

«Сейчас, спустя 25 лет, самая серьезная угроза моей гипотезе о конце истории связана совсем не с тем, что в мире появилась лучшая модель, способная однажды превзойти либеральную демократию — на эту роль не годится сделать ни исламистская теократия, ни китайский капитализм. Когда общество встает на эскалатор индустриализации, его социальная структура начинает меняться и все более широкие общественные круги начинают требовать участия в политике. Если политические элиты уступают этим требованиям, мы приходим к той или иной версии демократии.

Вопрос в том, все ли страны неминуемо попадают на этот эскалатор. Проблема кроется в связи экономики и политики. Для экономического роста необходим некий минимум институтов — защищенные судом контракты, работающие государственные структуры и т. д. Однако в условиях крайней бедности и политического раскола такие институты создать трудно. Обычно общества вырывались из этой «ловушки» благодаря прихотям истории, в результате которых такие беды, как, например, война, иногда давали полезный эффект — например, порождали современное правительство. Однако нельзя гарантировать, что звезды сойдутся именно таким образом для каждой страны».

Если перевести эти рассуждения Фукуямы на экономический язык, то выглядят они так: поскольку для повышения уровня жизни в индустриальную эпоху нужен высокий уровень разделения труда, он требует и наличия институтов, которые обеспечивают нормальное функционирование сложных производственных систем. Отметим, что «западная» демократия тут совершенно необязательна - в СССР вполне успешно строили индустриальное общество и проблемы там были не в отсутствии демократии, а в недостатке потребителей.  Но самое главное в другом: сегодняшний уровень разделения труда в мировой экономике обеспечивается за счет *завышенного* , по сравнению в реально располагаемыми доходами, спроса, для США и Евросоюза -  на 20-25%.  Частный спрос неминуемо будет падать, это вызовет существенное упрощение производственной и финансовой инфраструктуры - то есть, в соответствии с самим Фукуямой, сокращение «спроса на демократию». Наивно рассчитывать, что она в такой ситуации будет в серьезном выигрыше ... 

«Вторая проблема, на которую я не обратил внимания 25 лет назад — это проблема постепенного упадка, в который в долгосрочной перспективе приходят любые политические институты. Это связано с их негибкостью и консерватизмом: нормы, соответствующие определенному историческому периоду не всегда сохраняют актуальность, когда меняются внешние условия.

Более того, современные институты, которые должны быть безличными, со временем нередко захватываются влиятельными политическими субъектами. Естественная человеческая склонность поддерживать друзей и родных сохраняется при любой политической системе, и это постепенно заставляет свободы перерождаться в привилегии. В демократических государствах данное правило действует точно так же, как в авторитарных (достаточно посмотреть на налоговый кодекс США). В этих обстоятельствах богатые дополнительно богатеют не только по причине большей доходности капитала, как предполагает французский экономист Тома Пикетти (Thomas Piketty), но и потому, что они имеют больше доступа к политической системе и могут использовать свои связи, чтобы защищать свои интересы

».

Это уж, простите, демагогия. Подобная ситуация имеет место всю историю человечества. Управленческая структура государства до сих пор устроена вполне себе по феодальному принципу, недаром ее называют «вертикалью власти». Исторические закономерности от таких мелочей, уж простите, зависеть не должны. 

«Что касается технологического прогресса, то его плоды двойственны. Те же информационные технологии дают обществу власть, делая информацию дешевой и доступной, но одновременно подрывают занятость в сфере неквалифицированного труда и угрожают существованию широкого среднего класса.

Людям, живущим при устойчивых демократических режимах, не следует быть благодушно уверенными в том, что эти режимы обязательно сохранятся. Однако, несмотря на все краткосрочные превратности мировой политики, мощь демократического идеала по-прежнему велика. Она проявляется в массовых протестах, которые продолжают неожиданно возникать то в Тунисе, то в Киеве, то в Стамбуле и в ходе которых простых люди требуют, чтобы правительства признавали их человеческое достоинство. О ней свидетельствуют и те миллионы бедняков, которые каждый год отчаянно стремятся переехать из таких мест, как Гватемала или Карачи в Лос-Анджелес или Лондон.

Мы по-прежнему можем не сомневаться в том, какое общество лежит в конце истории — даже если пока трудно сказать, как скоро все страны до него доберутся».

А вот здесь начинаются отступления от позиции четвертьвековой давности. То, что тогда казалось неизбежным, сегодня для Фукуямы уже не очевидно! Иными словами, оправданий и поиска причин того, почему тот прогноз не реализовался, оказалось недостаточно, он прямо говорит, что для каждой конкретной страны и каждого конкретного человека результат совершенно не очевиден. И утверждение о том, что он знает, какое общество лежит в конце истории тут явно повисает в воздухе.

Я же в заключение отмечу, что наш анализ экономических процессов показывает, что победа либеральных концепций два с лишним десятка лет тому назад оказалась пирровой. Мир, скорее всего, ждет распад на достаточно независимые кластеры, в каждом из которых будет своя модель экономического развития и нас ждет еще один раунд глобального идейного противостояния. И кто в нем победит - совершенно непонятно!  

Просмотров за 24 часа 0 всего 19529
В обсуждении 64 комментария
Оценок:  150   cредняя: + 1.83


Обсуждение: 64 комментария, последний - 09.07.2014 18:27,

Просмотр и участие в обсуждениях доступно только зарегистрированным пользователям.

Регистрация на сайте так же позволит вам выставлять оценки материалам и комментариям, получать рассылки самых интересных материалов сайта, и массу других полезных возможностей!

Если вы были зарегистрированы ранее, войдите на сайт
Логин или email:    Чужой компьютер
Пароль:    Забыли пароль?


   
Если нет - зарегистрируйтесь сейчас
Логин*:
Допустимы только маленькие латинские буквы
Вас зовут*:  
(введенное имя будет использоваться для именования вас на форуме, в ваших материалах и др.)
Пароль*:    Повторите пароль:   
e-mail*:
Этот e-mail будет использован для доставки вам сообщений от сервера. Адрес скрыт от просмотра всеми, кроме вас, и не передается третьим лицам. Не рекомендуется использовать почтовые адреса сервисов hotmail.com & live.com! Эти сервисы не принимают почту от нашего сервера.
Проверочный код:

Чужой компьютер
    

Или войдите на сайт через какую-нибудь социальную сеть

вход через соцсети





Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-2016


IN_PAGE_ITEMS=1555021ENDITEMS GENERATED_TIME=2016.12.09 22.15.23ENDTIME
Сгенерирована 12.09 22:15:23 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/1555021/article_t?IS_BOT=1