Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 

->

Сябры это уже проходили

Знаете, чем долгие годы отличалось восприятие денег россиянами и белорусами? Белорусы любую сумму в национальной валюте тут же мысленно переводят в доллары. Именно в долларах подсчитывают доходы и затраты, да и при появлении любой свободной от немедленных трат суммы в белорусских рублях тут же идут в обменный пункт, чтобы купить доллары. Россияне же много лет все подсчитывали именно в рублях и на вопросы белорусов «а сколько это будет в долларах?» задумывались, путаясь в цифрах, и не понимали, зачем белорусу лишние подсчеты. Просто у белоруса конвертер валют давно уже встроен в мозг, россияне же обходились без этой утилиты. Теперь, похоже, не обойтись. Ничего, к этому привыкаешь быстро.

Просто так сложилось исторически, что белорусская валюта никогда не была собственно деньгами. Это была масса цветных картинок, имеющих мало общего с реальностью. В девяностые, когда банковский курс и курс черного рынка сильно отличались, валютчики в Беларуси продавали и скупали купюры трех стран: доллары, немецкие марки и российские рубли. То есть российский рубль всегда воспринимался белорусами как стабильная и свободно конвертируемая валюта. И тем не менее жители Беларуси, зарабатывающие деньги в России, по привычке покупали на свои зарплаты доллары. Правильно, кстати, делали. Потому что человек с долларом куда больше уверен если не в завтрашнем дне, то хотя бы в сегодняшнем вечере. Человек с рублем уже не может быть уверен даже в этом.

Весь тот обвал национальной валюты и ажиотаж вокруг валюты иностранной, который россияне переживают сейчас, в Беларуси уже пережили, и не раз. Была, к примеру, девальвация новогодняя, праздничная. Это когда вечером 31 декабря Александр Лукашенко поздравлял белорусов с Новым, 2009 годом и клялся, что девальвации не будет, а рано утром 1 января белорусский рубль стал на 20% дешевле: 31 декабря доллар стоил 2200 рублей, а 1 января — 2650 рублей. Вместо новогоднего расслабленного пьянства белорусы тогда дождались открытия магазинов и рванули скупать мебель и технику: цены в первые январские дни еще оставались прежними.

Потом два с лишним года девальвация была ползучей: с 2650 рублей доллар дорос до 3000 в 2010 году. Зато весной 2011 года белорусский рубль рухнул по-настоящему — втрое. Я очень хорошо помню ту весну и тот обвал. Я сидела под домашним арестом с двумя кагэбэшниками в квартире. Девальвация еще только начиналась, и они уверенно говорили о стабильности и о том, что на днях все выровняется. А потом я поняла, что обвал неотвратим и необратим: кагэбэшники начали по одному уходить из моего дома. По инструкции им было строго запрещено оставаться со мной один на один. И вдруг — грубейшее нарушение инструкции. Оказалось — бегают по очереди по обменным пунктам моего района в надежде купить доллары.

После освобождения из-под стражи, казалось, я попала в какой-то другой город. В этом новом для меня городе зайти в банк было страшно: на скамейках и стульях сидели, а вдоль стен стояли люди. В этих очередях каждому был присвоен номер. Несколько раз в день устраивались переклички: не пришел — вылетел из очереди на покупку валюты.

В Беларуси обменные пункты находятся, как правило, или в крупных магазинах, или на вокзалах, или собственно в банках. На вокзале можно дежурить и всю ночь. А вот обменники в магазинах и банках работают по тому же графику, что и сами магазины и банки. И в конце весны и начале лета хитроумные очереди избирали на каждую ночь дежурного. Он должен был провести ночь со списком очередников возле запертой двери, чтобы утром, к открытию обменника, не набежали чужие и не вторглись в очередь. Дежурные приходили нести службу у дверей со складными стульчиками, термосами и бутербродами. Иногда договаривались и сменялись несколько раз за ночь. У очереди были свои жесткие правила.

Такие же очереди со списками существовали в трудовых коллективах, предлагающих всевозможные услуги: в медицинских центрах, ресторанах, автосервисах и т.д. Учитывая, что был конец весны и начало лета, очередь формировалась по принципу: кто раньше уходит в отпуск — тот забирает валюту. Счастливый обладатель долларов или евро уже не должен был тратить время на поход в обменник, чтобы расплатиться за услуги белорусскими рублями. Платишь долларами, а по чеку пробивают рубли, которые тут же кладет в кассу тот, кто раньше уходит в отпуск. Заветная зеленая бумажка достается ему.

В то время купить доллары было невозможно — то есть теоретически возможно, если встанешь в ту самую очередь с перекличками и ночными дежурствами и несколько дней в ней простоишь. Зато продать их можно было где угодно.

Достаточно было вынуть одну зеленую бумажку и где-нибудь в кафе или на заправке спросить: «А где тут ближайший обменный пункт?» Сотрудник объекта тут же говорил: «А зачем вам обменный пункт? Не нужен вам никакой обменник, я сам куплю у вас доллары по хорошему курсу». И покупал — дороже, чем купил бы любой банк.

Тогда же, летом 2011 года, белорусы стали выходить на молчаливые акции протеста. Выходили на центральные улицы городов — и аплодировали. Просто молча хлопали в ладоши. Вроде и арестовывать их не за что — гуляют себе люди, прохаживаются, аплодируют летнему вечеру. А все равно арестовывали. И сажали на 15 суток. Просто чтобы страху нагнать. Но выйти прогуляться да поаплодировать — это было как истерический смех: все ужасно, а ты смеешься.

Если разгонять молчаливые акции приезжал ОМОН, то бил жестоко. Омоновцы тогда зверствовали не только по велению сердца. Всю зиму они чувствовали себя хозяевами жизни. Незадолго до выборов 19 декабря 2010 года Лукашенко повысил им зарплаты, чтобы уж точно не вздумали перейти на сторону народа. Повысил до трех миллионов рублей «с хвостиком» — до тысячи долларов. И вот прошла зима, настало лето — а омоновцы зарабатывают всего-то триста баксов и чувствуют себя обманутыми. Ну как тут не озвереть окончательно?

Потом Москва, как всегда, помогла союзнику и подбросила деньжат. Курс рубля сначала держался на уровне 9 тысяч за доллар, потом медленно дополз до 11 тысяч. Но доллары постепенно вернулись в обменники.

Банки тогда пытались привить белорусам доверие к национальной валюте простым способом: проценты по валютным депозитам беспощадно снижали, а по рублевым повышали подчас до 50%. И выходило, что со ста долларов в банке ты получишь два с половиной доллара годовых, зато если переведешь эту сотню в рубли, то получишь пять с половиной миллионов.

И некоторые потихоньку начинали открывать рублевые депозиты в банках (впрочем, большинство все равно предпочитало всякий свободный миллион обратить в доллары или евро). Четвертую годовщину президентских выборов и репрессий белорусы встретили курсом 11 300 рублей за доллар. А днем прозвучала новость: отныне Нацбанк вводит 30-процентную комиссию за покупку валюты. Так власть замаскировала падение белорусского рубля еще на треть. Вроде как официальный курс — 11 300 рублей за доллар, а в действительности платишь за него 15 тысяч.

Народ, естественно, снова рванул покупать телевизоры и пылесосы. В магазинах тем декабрьским вечером стояли очереди, как в СССР, когда «выбрасывали» туалетную бумагу или еще какой-нибудь дефицит. А я все пыталась найти ответ на вопрос: зачем белорусу столько телевизоров, пылесосов и холодильников? Он ведь скупал их и в январе 2009 года, и весной 2011 года, и в конце 2014 года. Он и сейчас этим занят: 6 августа с.г. доллар стоил 15 700 рублей, 17 августа — 17 000, 25 августа — 18 000. Вчера во многих банкоматах закончились отечественные рубли: люди сняли наличные. А «зеленые» снова в дефиците.

Я не знаю, дойдет ли обвал российского рубля до ситуации, сходной с белорусской. Не знаю, будут ли в России круглосуточные очереди в обменники с перекличками и дежурными. Не знаю, будут ли обладатели зеленых бумажек самыми почетными клиентами любых заведений — от ресторанов до клиник. Не знаю, выйдут ли россияне на свои молчаливые акции.

Но из нашего белорусского большого непрекращающегося обвала я вынесла два урока. Первый: при обнаружении в кошельке свободных денег всегда покупай доллары.

И пусть носители скреп пугают детей скорым испепелением диавольской валюты — она всегда будет прочнее любой другой, как бы ни молились за ее упокой старцы. Второй урок: подобные катастрофы очень полезны для организмов тех, кто много лет назад забыл выключить телевизор. Потому что в таких ситуациях вместо телевизора начинают работать мозги.






Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2017.08.16 16.34.11ENDTIME
Сгенерирована 08.16 16:34:11 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/2039842/article_t?IS_BOT=1