Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 

Приглашаем на Семинар ГЛОБАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА: новая реальность и переформатирование мира (МОСКВА, 09 сентября - 10 сентября 2017) Cкидка 500руб.

->

Как не поддаваться террору и избегать стрессу

— Можно ли распознать чужую агрессию и как-то защититься от ее проявлений? Я имею в виду террористов.
— К сожалению, нет. Это беда спецслужб, потому что они всегда реагируют на предыдущее. Вот в следующий раз истории, которая сейчас произошла, скорее всего, не будет. Террористы — это люди не скованные ни субординацией, ни службой; они более творческие. Поэтому они все время будут на полшага впереди. Конечно, мы будем бороться, мы вводим всякие там металлоискатели. А потом выдумывается что-то новое террористами. Поэтому заранее предсказать, когда, где и какой теракт будет — очень трудно.

— Некоторое время назад снова заговорили о страхе войны. Да, мы полтора года жили по соседству с войной в Украине, но она была не на нашей территории. А тут вдруг возникло ощущение, что война придет сюда. Из Сирии в Россию.
— Понимаете, это легендирование, которое делают СМИ, — о том, что «мы влезли в Сирию, и вот...» — надо хорошо понимать, что с тех пор, как начались проблемы с Афганистаном: притом не столько наше участие в войне, сколько сопутствующие события. Вот как только американцы создали террористические организации в Афганистане — «Талибан» и прочее — дальше остановиться было нельзя. И весь мир сейчас будет жить в этой угрозе. Без всяких вариантов. Англия, Франция, Америка, все остальные. Это лишнее доказательство тому, что мы являемся цивилизованной страной. Начали бы мы бомбить в Сирии, не начали бы бомбить — ощущение того, что война у дома, террористическая война, — было бы.

Время от времени начинается абсурдирование: турки одновременно готовят ИГИЛ и пытаются с ними бороться. Создали хаос и думали, что им можно управлять. Сейчас становится ясно, что никто и ничем управлять уже не может.

Поэтому не надо такую большую роль отдавать бомбардировкам в Сирии. Все, что началось, уже никто не может остановить. Никто уже не может определить, какая страна финансирует какую организацию. Время от времени начинается абсурдирование: турки одновременно готовят ИГИЛ и пытаются с ними бороться. Создали хаос и думали, что им можно управлять. Сейчас становится ясно, что никто и ничем управлять уже не может. И я отлично понимаю наших граждан, которые начинают нервничать. Потому что на какой-то момент мы свои проблемы с терроризмом локализовали. И как-то несколько лет жили спокойно.

— Можно ли победить эти страхи? И как вообще жить с этим?
— Есть несколько способов. Один из них — вообще не участвовать в этих разговорах. На некоторое время отключить интернет, не влезать в дискуссии на фейсбуке и так далее. Есть замечательная фраза о том, что боже упаси читать советские газеты. Она сейчас становится более значимой, но только с мощным расширением: боже вас упаси участвовать, или читать, или писать в СМИ. Газеты, телевидение, интернет — все плохо. Хорошо бы не заражаться от людей, которые нервничают. Люди делятся на группы стрессоустойчивых и стрессонеустойчивых. К сожалению, заражают всех стрессонеустойчивые. Они свои собственные страхи, которые на порядок выше того, чего нужно бы бояться, — а это реальные угрозы — начинают проецировать на окружающих, и те заражаются. Чтобы остановить заразу, время от времени нужно просто прекращать такое общение. Это первое.
Второе: не можешь с этим сам справиться — обращайся к психологу. Потому что, вообще говоря, большая часть населения прекрасно с этим справляется. Примерно через неделю-полторы, если терактов не будет и никаких новых самолетов не упадет, все уйдет в песок и все успокоятся. Так было и после московских взрывов. Мы проводили исследование, и американцы проводили исследование: в момент теракта — и не только теракта, а вообще катаклизма (наводнения и еще чего-то) все возбуждаются, начинают бояться, а потом успокаиваются и дальше живут. Вы же не отмечаете никакого всплеска страха в Москве по поводу наводнения или торнадо? Хотя видят эти катаклизмы и сопереживают. Но жизнь идет дальше, люди выходят на улицу и идут себе спокойно на работу. В Москве после теракта в метро все восстановилось где-то через полторы недели, все снова стали на нем ездить.

Мы с вами заговорили об интернете. Если смотреть по соцсетям, страх разных людей проявляется двумя способами. Одни говорят, что нужно всем держаться вместе, обняться и противостоять большому злу. А вторые пишут, что необходимо, напротив отгородиться, спасать себя. Почему такая кардинально противоположная реакция?
— Люди все разные. Есть люди, которые бегут к опасности, а есть люди, которые бегут от опасности. Есть люди, которые просто уничтожают источник угрозы. Одна часть, довольно большая, которая да— «объединиться, обняться, почувствовать плечо друга»: эффект «мы все вместе» снимает напряжение. Другой вариант — отсоединяться и то, о чем вы говорили. Это не столько агрессия, сколько некоторый эгоцентризм: если я запрусь у себя дома, в стране и прочее — меня никто не заметит и не прибьет.
Бывает три реакции на стресс: бегство, атака и ступор (вдруг меня не заметят, посчитают за веточку?). Агрессивый вариант: немедленно все уничтожить к чертовой матери! Какой ИГИЛ, атомную бомбу на Азию, выселить всех подозрительных!

Когда расстреляли Charlie Hebdo, люди ломанулись на улицы, к французскому посольству, и были всей душой за. А когда вдруг выяснилось, что можно острить по поводу нашего самолета, то у большого количества людей пошло отторжение.

Другое дело — то, почему я сказал про «выключить все и ни на что не обращать внимание». А потому что внимания и хотели добиться террористы. Они хотят, чтобы о них много говорили. СМИ делают для них рекламу, большая часть населения либо в страхе, либо в негодовании. Не нужно забывать, что достаточное количество людей будет теперь стремиться присоединиться к ИГИЛ. Участие СМИ в размусоливании этого акта — это работа на пропаганду и на агитацию за ИГИЛ. Самое страшное, что мы готовы поддаться на эту уловку. Еще один неприятный момент — в том, что мы готовы отдать любому государству или там негосударственной структуре — НАТО или кому то еще — свои личные демократические свободы, и нам не страшно, что за нами подслушивают, подсматривают и прочее. Вот что произошло в США? Какая-то ползучая власть разведсообществ над человеком. Они это допустили добровольно после 11 сентября.

— Вообще, конечно, очень интересно было наблюдать за реакцией россиян. Как написала Юлия Иоффе «не все, кто приносил соболезнования парижанам — сочувствовал им». Откуда это вообще? Реплики о том, что «сами виноваты», «довела толерантность» и подобные.
— У Льва Толстого была притча о том, как мальчик кричал: «Волки!». Вот когда расстреляли Charlie Hebdo, люди ломанулись на улицы, к французскому посольству, и были всей душой за. А когда вдруг выяснилось, что можно острить по поводу нашего самолета, то у большого количества людей пошло отторжение. «На наше горе они так отреагировали, а на их мы должны сочувствовать? Тогда извините». Это вполне понятная реакция. Либо мы все вместе участвуем, либо нет. Как вы ко мне относитесь, так и я к вам отношусь. Таких людей можно понять.

Но ведь если так рассуждать, получается, что люди, которые в первый раз поддержали Charlie Hebdo, не совсем понимали, что именно они поддерживали. Тогда они отстаивали право людей смеяться над любыми темами, а как только посмеялись над ними — им это не понравилось. Это какие-то двойные стандарты.
— Это не двойные стандарты. Просто люди не очень умные. Они не считают на несколько шагов вперед. Они думали, что да, европейцы имеют право шутить над мусульманами. Шутить по этому поводу можно. В каком-то смысле и мы можем посмеяться над Христом и так далее. Но потом возникает вопрос: есть ли этические границы для смеха? Charlie Hebdo говорят, что никаких границ нет. У нас даже была международная конференция по поводу чувства юмора. И мы там обсуждали, есть ли этические границы для шуток.

До каких пор я могу шутить? Я не хочу обелять наших сограждан или, наоборот, ругать. Просто когда Charlie Hebdo обсуждались в первый раз, гражданами не было осознано, что Charlie, вообще говоря, не ставят перед собой никаких границ.

Однозначного ответа нет. Но разговор был вполне серьезный. До каких пор я могу шутить? Я не хочу обелять наших сограждан или, наоборот, ругать. Просто когда это было в первый раз, то не было осознано, что эти люди (Charlie Hebdo. — Открытая Россия), вообще говоря, не ставят перед собой никаких границ. Сейчас речь идет не о Charlie Hebdo. Но сейчас пошла генерализация: теперь, с точки зрения кого-то, оказалось, что у французов нет моральных устоев, — и тогда чего к ним серьезно относиться? Хотя к беде, конечно, нужно серьезно относиться.

Есть еще один интересный момент — он отчасти связан и с Charlie Hebdo, и с терактами в Париже. После теракта получилось так, что язык прокремлевских телевизионных новостей почти стопроцентно стал массовым языком людей. Если до терактов даже у людей, которые черпают информацию только из государственных СМИ, могли быть сомнения по поводу войск в Сирии или других смежных тем, то сейчас все полностью на стороне российских властей. Как так получилось, почему это вдруг легло на общественное сознание?
— Во-первых, не нужно считать, что первый, второй или десятый канал — это пропагандистские каналы. Они точно такие же, как все. Если вы посмотрите украинские, американские или какие-то еще — это такое же дерьмо, как и наши. Все одни одинаковы. Это не столько пропаганда — так они могут быть названы с большой натяжкой. Они пытаются отразить и отражают взгляды определенного большинства. Не очень продвинутого. Людям с высоким коэффициентом интеллекта смотреть эти передачи скучно и они раздражают, людям кажется, что это пропаганда. А на самом деле это как раз взгляды таксиста или любого человека из толпы, который как немая публика, не умеющая говорить. Но когда вы начинаете к ним прислушиваться, то выясняется, что они говорят так же, как вот это радио и телевидение.
Шаг в сторону: объясню, почему я так думаю. Много лет назад, больше тридцати, я пытался собирать в колониях фольклор. А мне приносили тетради, набитые Высоцким и Есениным. И когда я возмутился, то старый вор, который сидел еще до войны, сказал, что они уже лепят нового человека, глину замесили. Через 10-15 лет то, что будут петь по радио, то и здесь будут записывать. Он немного ошибся по времени, но когда я сейчас слушаю радио «Шансон», то понимаю, что разницы никакой. Это и есть отражение общественного мнения. А радио «Шансон» — не пропаганда, а просто констатация. Здесь то же самое. Пока мы будем к первому или десятому каналу относиться как к пропаганде, то так мы и будем враждебными. «Это не мое размышление» — тогда я должен идти и дружить со своим кругом яйцеголовых, и нечего под ногами у нормальных людей путаться. Вкусы яйцеголовых отличаются от наших вкусов. Я с трудом переношу радио «Шансон», а оно популярно. Так кто из нас победитель?

Еще немного об агрессии и конфликтах, но другого порядка. То, что происходит сейчас между людьми — близкими людьми, друзьями, родственниками — напоминает больше всего спор о том, наш Крым или нет. Тогда тоже ссорились семьи и друзья. Сейчас эти споры, может, и не такие активные, но у них гораздо больше очагов: мы соболезнуем французам, а соболезновали они так же, когда упал наш самолет? Почему мир реагирует на одни теракты сильно, а на другие не так сильно? Сами они виноваты или нет? Charlie или не Charlie? Ставить флаг на аватарку или нет? Как вести дискуссию с близкими людьми, не разделяющими твою точку зрения, и остаться при этом вместе?
— Самый умный должен молча выслушивать, не лезть в бутылку, давать человеку выговориться. На самом деле большинство людей, которые так остро реагируют, не имеют никакого отношения ни к Крыму, ни к Парижу. Они за себя переживают. Это их собственные страхи. Все кризисные ситуации одинаковы. Наиболее испугавшемуся надо говорить — пускай говорит. Он выговорится, структурирует свои проблемы. Умный должен помолчать. А когда он начинает спорить... Знаете, была такая старая фраза: из двух спорщиков один дурак, другой подлец. Какую сторону вы выбираете?
 

Это споры бессмысленные. Этим трепом вы не вернете Крым, не вернете жизнь погибшим людям. Любой конфликт, который вне нашего решения, — бессмысленный.

— А если два дурака или два подлеца встретились и не могут остановиться?
— Два подлеца — «ворон ворону глаз не выклюет», а два дурака могут расшибить лоб. Вот это грустно. Лучше бы, чтобы кто-то из них хотя бы на какое-то время решил, что он умный. Спорить не надо. Это споры бессмысленные. Этим трепом вы не вернете Крым, не вернете жизнь погибшим людям. Любой конфликт, который вне нашего решения, — бессмысленный. Я могу с вами поспорить, если я что-то конкретное могу изменить. А спорить о том, есть ли жизнь на Марсе, подраться из-за этого или развестись, стоит? А это примерно одно и то же, я не утрирую: потому что ничего не изменить. Вот во время украинского конфликта меня поражало все это бездействие. Все, кто хотел действовать, поехали воевать. А все остальные сводили счеты с окружающими. И для тех, кто расстался, во многом это было последней каплей их внутреннего конфликта. Это нам казалось, что это дружные семьи и прочее. Да развелись бы по другому поводу.

Просто так сложилось общественное мнение: как будто ты обязан занять какую-то сторону.
— Вот это вот как раз и показатель. К сожалению, приходится о соотечественниках думать плохо. Умные так не ставят вопрос. Ни с Украиной, ни с чем. Почему эти люди не думают о том, как кого-то убивают или взрывают в других странах? В ближневосточных странах ежемесячно гибнут сотни человек. Вот почему никто не выходит на митинг с лозунгом «мы не хотим, чтобы арабов убивали!»? Поскольку это арабы, никто не спрашивает друг друга: «А какую позицию вы занимаете по Ираку?». Я понимаю, почему это происходит: Украина нам ближе. Мы как бы считаем, что они свои. Но вообще говоря, не ближе. А по общечеловеческим меркам мы почему-то не меряем себя. Нам бы что-то близкое такое.






Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2017.08.24 00.40.50ENDTIME
Сгенерирована 08.24 00:40:50 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/2131055/article_t?IS_BOT=1