Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать

Ближайший вебинар ДИСКУССИОННОГО КЛУБА

завтра , Вторник 20:00

Архив вебинаров



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 

->

Побег из Китая: с чем связаны проблемы китайской экономики


Фото REUTERS / Carlos Barria

С начала 2016 года над мировыми рынками как дамоклов меч нависает перспектива существенной девальвации юаня. Мало кто сомневается в том, что в течение ближайшего десятилетия Китай будет вынужден перейти к плавающему валютному курсу. Вопрос в том, насколько драматические события будут этому предшествовать.

Может показаться странным, что страна с торговым профицитом $600 млрд в 2015 году беспокоится из-за возможного ослабления своей валюты. Однако комбинация факторов, в том числе замедление экономического роста и поэтапное ослабление ограничений на инвестиции за пределы страны, вызвала стремительный отток капитала.

Сейчас граждане Китая могут выво­зить из страны до $50 000 в год. 

Если хотя бы один из 20 китайцев воспользуется этим правом, валютные резервы страны испарятся.

Богатые китайские компании уже активно используют все способы вывода средств. Можно, например, выдавать кредиты в юанях, а выплаты получать в иностранной валюте. 

Есть менее законный способ — выставлять поддельные или завышенные счета. По сути, это одна из форм отмывания денег. Например, китайский экспортер может отчитаться о продаже товара американскому импортеру по цене ниже реальной. Разница затем тайно размещается в американском банке на долларовом счету (который потом может быть использован, например, для покупки картин Пикассо).

Кроме того, китайские фирмы приобрели столько американских и европейских компаний, что выводить деньги можно в рамках внутрикорпоративных расчетов. Эту идею вряд ли можно считать китайской. После Второй мировой войны, когда разрушенную Европу душил валютный контроль, нелегальный отток капитала с континента часто превышал 10% объемов торговли. Будучи крупнейшим участником мировой торговли, Китай не может жестко ограничить отток капитала, если стимулы к бегству так сильны.

Поэтому, несмотря на гигантский торговый профицит, Народному банку Китая пришлось проводить активные интервенции для поддержания курса. Валютные резервы страны в 2015 году сократились на $500 млрд. При слабом контроле за оттоком капитала даже $3 трлн резервов не хватит, чтобы бесконечно оборонять эту крепость. Чем больше люди озабочены курсом, тем больше им хочется немедленно вывести свои деньги из страны. Этот страх, в свою очередь, способствует снижению китайского фондового рынка.

Некоторые ожидают, что китайцы проведут масштабную единовременную девальвацию, скажем на 10%, чтобы снизить давление на курс. Однако (помимо подбрасывания дров таким, как Дональд Трамп, уверенный в том, что Китай нечестно торгует) это очень опасно для правительства, которому не вполне доверяют финансовые рынки. Сильную девальвацию воспримут как индикатор, свидетельствующий о более существенном замедлении экономического роста в стране, чем принято думать. В этом случае деньги будут и дальше утекать.

Простых способов улучшить коммуникации с рынками не появится до тех пор, пока КНР не научится выпускать экономическую статистику, вызывающую доверие. Огромный шум вызвала новость о том, что Китай отчитался о росте ВВП на 6,9%, что было лишь чуть ниже официального целевого уровня — 7%. Такая разница не имеет особого значения, однако инвесторы посчитали ее важной, они уверены, что дела совсем плохи, если правительство не в состоянии подкрутить цифры и отрапортовать о выполнении поставленных задач.

Хорошим началом для китайских властей стало бы создание комиссии из экономистов, которые подготовят более реалистичные данные о ВВП за прошлые годы. Это дало бы возможность для публикации данных, вызывающих большее доверие. Вместо этого первой идеей правительства, стремящегося ослабить давление на курс, стала привязка юаня к корзине из 13 валют вместо одного лишь доллара США. В теории это хорошая идея; однако на практике привязка к корзине валют, как правило, приводит к хроническим проблемам с прозрачностью.

Более того, курсу, привязанному к корзине валют, свойственны почти те же проблемы, что и курсу, привязанному к доллару. Да, за последние два года евро и иена упали относительно доллара. Однако если в 2016 году доллар ослабнет, тогда, следуя за корзиной валют, юань начнет укрепляться относительно доллара, а это может оказаться не очень полезно. Кроме того, правительство заявило, что намерено ужесточить борьбу с нелегальным оттоком капиталов, но загнать джинна обратно в бутылку будет крайне трудно.

Все было бы куда проще, если бы Китай перешел к более гибкому валютному курсу еще тогда, когда дела шли хорошо. Многие из нас советовали это сделать более 10 лет назад. Не исключено, что властям удастся удержать ситуацию под контролем в 2016 году, однако более вероятно то, что юань, а вместе с ним и мировые рынки будет и дальше трясти.

© Project Syndicate






Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2017.12.11 05.12.41ENDTIME
Сгенерирована 12.11 05:12:41 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/2282563/article_t?IS_BOT=1