Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать

Ближайший вебинар ДИСКУССИОННОГО КЛУБА

завтра  20:00

Архив вебинаров



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 

->

Смысл жизни

«Каждый организм жизнеспособен настолько, насколько способен обеспечить свою жизнеспособность» (с)

Зачем мы живем?

Не буду тянуть кота за хвост, и сразу возьму быка за рога. Мы живем только для того, чтобы жить.  То есть, жизнь сама является собственной целью. Но, поскольку то, что и так уже есть, не может быть целью, то цель надо переформулировать как сохранение жизни. То есть, как выживание.

Итак, мы живем для собственного выживания. Представляю шквал возмущения и протестов. «Я не такая, я жду трамвая», «человек – это звучит гордо», и все такое прочее. Спокойствие, только спокойствие. Давайте рассмотрим варианты.

Мы живем не для своего выживания, а для пользы других. Для семьи, для детей, для рода, для общества и всей нашей цивилизации. А для чего живут они? Для себя и своей пользы, то есть, в конечном итоге, для своего выживания, либо опять для кого-то или чего-то. В первом случае, почему надо жить для того, кто живет для себя, а не жить для себя самому? Во втором, зачем жить для того, кто сам не живет для себя?

Ответ в обоих случаях один и тот же. Сохранение рода, общества и вообще любой надсистемы, в которую мы включены, служит условием нашего выживания. И это условие встроено в нас на уровне инстинкта.

И если не выдавать нужду за добродетель, то следует честно признать, что мы опять возвращаемся к исходному постулату о собственном выживании.

Но, допустим, личное выживание у нас обеспечено, а на других нам глубоко пофиг. Что остается? Прежде всего, конечно, интерес. Развлечения, познание, и все такое прочее.

Но что такое развлечение? Это гормональный стресс. Который необходим для выживания в условиях сенсорного и эмоционального голода. То есть, вернулись к отправной точке.

А что такое познание, кроме того же гормонального стресса? Это расширение базы выживания. Иначе бы оно никогда не развилось. И даже если все есть, то всегда есть и опасность какого-нибудь черного лебедя, которую следует по возможности исключить. То есть, познание служит устойчивости все того же выживания.

Но, допустим, личное выживание нам пофиг, а рулит выживание рода. Ну, как у муравьев. Только кроме инстинкта еще добровольно отдаем роду приоритет над собственным выживанием. «Жила бы страна родная, и нету других забот».

Но тогда все те же самые вопросы придется адресовать роду и стране. А они для чего? Опять только для собственного выживания, или для кого-то или чего-то другого?

Мы уже спрашивали об этом, но с точки зрения себя, нам-то это зачем. А теперь встанем на их место. И «все опять повторится сначала».

Но не до бесконечности. Потому, что в конце цепи стоит Абсолют, который есть все, что есть. И, как таковой, не может не быть. То есть, для него не стоит вопрос выживания. И у него нет вопроса «зачем», поскольку вне его нет ничего, к чему можно было бы приложить такой вопрос. Он самодостаточен. Его цель, если ее можно так назвать, в его целом, и совпадение корня слов «цель» и «целое» тут не случайно.

Но у Абсолюта нет одного – его смерти. Исчезновения. Отрицания себя. Он может стремиться к ней как к недостижимой цели. А мы, как его голограмма, в осколке которой воспроизведено всё целое, хотя и с краевыми шумами и искажениями, можем заменить свои личные цели и смыслы, обусловленные нашей ограниченностью, на приоритет его стремления.

И тогда выживание, как единственно возможная для нас осмысленная цель и мотив действий, сменяется на прямо противоположную цель уничтожения. На смерть, как единственное, что придает смысл жизни. «Мы живем только, когда нам есть за что умирать». Смерть закрывает нам глаза и открывает истину нашей жизни. И это понятно. Смысл тексту придает контекст. Мы определяемся своей границей не только в пространстве, но и во времени.

Мы можем не соглашаться, но капля не может противостоять океану. Наше выживание оказывается для нас столь же иллюзорным, как и смерть для Абсолюта, сколько бы мы за себя ни боролись.

Как, впрочем, иллюзорна любая цель вообще. Понятие цели противоречиво и несостоятельно по определению, если начать в нем разбираться. Кроме того, цели всегда несовместимы со средствами, как время и энергия в соотношении неопределенностей. И, как точно заметил Эрнестан, «средства и есть настоящие цели». Он сказал это об истории, но это справедливо для любых субъектов.

А, коли так, то настоящая цель для нас не выживание, а те методы, средства и действия, которые мы используем и предпринимаем для выживания. Деятельность сама по себе. Вот для нее мы и живем, пока живы. Экзистенциализм (по крайней мере, в варианте А.Камю) это и декларирует. Победа не предусмотрена в принципе, поэтому главное – участие. «Не догоню, так хоть согреюсь».

Или мы можем принять цель Абсолюта, и участвовать в его иллюзии. В его Игре на иллюзорное уничтожение. Эта Игра не только идет, но определяет нашу жизнь в гораздо большей степени, чем мы иногда догадываемся. И если мы хотим участвовать в этой Игре осознанно и не как пешки, то по ходу участия нам надо изменяться определенным образом. Но это уже другая тема.

Итак, имеем альтернативу в виде двух возможных целей жизни, равно иллюзорных: иллюзию выживания, и иллюзию смерти. Иллюзорных потому, что не осуществима ни та, ни другая.

Как это может быть вообще? Ведь в двоичной логике либо одно, либо другое. Но логика Абсолюта, логика сознания, логика всеобщего бытия – это не аристотелева логика исключенного третьего, действующая в мире частей и границ. Это логика не или-или, а и-и.

И в этой логике, точнее, в самом бытии, постоянство осуществляет изменения, и наоборот, время осуществляет пространство, и наоборот, и т.п. Любое событие и любая форма существуют всегда и везде, но в разных сочетаниях рядов пространства и времени. В разных упорядоченностях бесконечной фрактальной мировой голограммы.

Каждый из нас, как самосознание, есть всегда и везде. Но каждый их нас, как личность, связанная с памятью, есть только здесь и сейчас. В моменте и точке, включенных в бесконечное множество пересекающихся пространственно-временных рядов.

Вопрос лишь в том, каковы масштабы этого здесь и сейчас в мировом фрактале. Или, иначе, в мере времени и пространства нашей личности. А это опять вопрос той, другой темы о собственной трансформации.

ПС. И, кстати, для чего живет Россия?

Для своего выживания? Но тогда интересы других учитываются лишь настолько, насколько служат выживанию России. И чего возмущаться, что другие поступают точно так же?  

Для выживания человечества? Но тогда интересы России учитываются лишь настолько, насколько нужны выживанию человечества. И опять, чего обижаться, если степень этого учета определяет не Россия?

Разумеется, эти вопросы в равной степени относятся к любой стране.

ПС2. Выше речь шла о норме. Но всегда есть отклонения от нормы, патологии, исключения из правил, которые, как известно, только подчеркивают правила. Например, действия в состоянии аффекта. Или паранойя. Или месть, ревность или другие гипертрофированные эмоции. Но сбой системы потому и сбой, что не является характерным поведением и, более того, ведет к разрушению системы. И никто в здравом уме не будет выдавать дефект за норму, если только не использует это лукавство для собственного выживания))






Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2017.10.22 22.14.52ENDTIME
Сгенерирована 10.22 22:14:52 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/2775822/article_t?IS_BOT=1