Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать

Ближайший вебинар ДИСКУССИОННОГО КЛУБА

сегодня , Вторник 20:00

Архив вебинаров

Самиздатский магазин (продаёте книги без комиссий) и гонорарный журнал для профессиональных авторов: «Информаг A LA РЮС»



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 


->

Русские как существа третьего сорта: абхазские традиции




Год назад я один день был в Абхазии. Первый раз. Это конечно очень мало, чтобы сформировать какое то представление об этой стране и ее жителях, но все равно жаль, что оно получилось очень не лестным для абхазцев. В очередь машин на погранпосте перед нами попытался втиснуться абхазец на разбитой тачке (таксист наверное). И когда мы решили двигаться как двигались никого не пропуская без очереди из открытого окна нам сразу сообщили - "ты проблем хочешь, да?". Ну и кто не встречался с таким таким или вот очень показательным таким.

А сейчас читаю о том, что там вообще какой то беспредел творится. Практически то же самое что по ссылкам выше, но не на уровне попугаев. Российских бизнесменов, которые открывают в частично признанной республике заводы, торговые центры, отели, силой выгоняют из Абхазии, если они не хотят идти на уступки местным – отдавать часть доходов или делать их совладельцами.

Представители власти говорят, что нужно договариваться: это ведь Абхазия, здесь такие принципы. За такие принципы Россия ежегодно выплачивает мятежной грузинской автономии, независимость которой, помимо Москвы, признана лишь несколькими государствами, в среднем по 8 миллиардов дотационных рублей в год, но защитить своих предпринимателей не может.

Михаил Панов занимается строительным бизнесом в России с 1994 года, когда основал компанию "Соцпромстрой". В 2010 году, примерно в то время, когда в стране начался кризис и наметился спад продаж, ему предложили построить завод по производству полиэтиленовых труб на территории Абхазии. Условия выгодные – подобного предприятия там еще не было, а товар ходовой. В селе Лыхны Гудаутского района начали строительство "СПС Кавказ", вскоре запустили производство.
"Мы воевали, все наше"

– У меня есть принцип – никакого совместного ведения бизнеса, – рассказывает Михаил. – В Абхазии было так же: я сразу сказал, что владельцем завода является только российская компания. Есть руководитель, а есть наемные работники. Пока шло строительство, все так и было. Но как только начались первые продажи, обнаружилось, что подход к этому вопросу у нас все-таки разный. Один из моих наемных работников – герой Абхазии, член Избиркома Роман Герия – будучи главным инженером, решил, что у него больше полномочий. Начались нарушения как финансовой дисциплины, так и правил торговли, производства.





Герия стал диктовать Панову свои условия ведения бизнеса: ввести его в долю, сделать соучредителем. Тогда в сентябре 2016 года Михаил уволил его и отправил в Абхазию своих сотрудников из России – бухгалтера и охрану. Когда они приехали на завод, их встретили местные жители, посадили в машину и вывезли на границу, сказав больше не возвращаться. Тогда Панов приехал на предприятие лично. К этому времени на производстве уже была вооруженная группа людей, примерно 30 человек.


– Все это было организовано Герия и его товарищем, ранее судимым Саидом Лабокой. Второй был одним из наших дилеров, – вспоминает Панов. – В российском понимании рейдерский захват предприятия – это когда умные люди изучают документы, потом, опираясь на некие несоблюдения законодательства, на двойное чтение, вроде как на законном основании отбирают предприятия. А здесь это просто разбой с применением или угрозой насилия. Нам четко дали понять, что либо мы сейчас уезжаем, либо нас убьют.


Михаил отправил обращение в правоохранительные органы Абхазии и России. Почти все его жалобы были проигнорированы. В феврале 2017 года ему удалось добиться встречи с президентом Абхазии Раулем Хаджимбой. Но кроме устных заверений, что ситуация будет решена, эта встреча не принесла никаких результатов.





– Я встречался с министром внутренних дел, со службой государственной безопасности Абхазии (аналог российского ФСБ. – РС), с прокуратурой. Никто ничего не сделал. Представители администрации президента предложили посредническую роль в переговорах с преступниками… Там ведь все друг друга знают и все друг другу помогут. В контексте беседы всегда просматривалось сочувствие той – бандитской – стороне, какая-то интуитивная поддержка. Все мне говорили: ой как плохо, мы вас понимаем, по закону производство действительно ваше, но у нас ведь есть некие традиции. Это просто различное понимание, что такое традиции и что такое закон. Закон предполагает соблюдение общих правил поведения независимо от национальных, религиозных традиций. У них традиции на уровне общественного согласия все-таки важнее. Когда я пробовал поговорить с Герия, объяснял ему, что это воровство в чистом виде, он отвечал: "Нет, это наша земля, мы за нее воевали, а значит, все, что на ней находится, все наше".

Идти на уступки Панов принципиально не собирается, ждет встречи с начальником управления Генеральной прокуратуры Абхазии, которая должна состояться в начале августа. Дохода с предприятия он не получает, но продолжает платить аренду за землю. На построенном им заводе зарабатывают абхазцы, которые его туда не пускают.

– Будучи офицером Советской армии, я никогда не делил людей на народы или нации. Все были равны. С такими представлениями я сюда и приехал, – говорит Панов. – И только сейчас понял, что Абхазия – это небезопасный регион. Мы во многом там воспринимаемся как добыча, как нажива. Это уже определенный стиль жизни, поведения, который молчаливо поддерживается государством. Нельзя сказать, что все население так. Но есть определенные группы людей, которые так себя реализуют.





«Комсомольская Правда»: Почему русского бизнесмена, построившего завод в Абхазии, выгнали из республики

Мы уже перешли абхазско-российскую границу и предпринимателю Панову давно пора успокоиться, но Михаил упорно глядел назад, на притаившуюся в дождливых облаках Абхазию.

- Здесь, - показывал он на столбы у приграничного КПП - должно висеть предупреждение бизнесменам. Большими буквами: «Правительство Российской Федерации предупреждает - вести бизнес в Абхазии опасно!» И памятки здесь надо раздавать предпринимателям, как туристам едущим в Сомали… Чтобы знали - где их ограбят, а где убьют.
Панов не просто вышел на тропу войны. Подмосковный предприниматель, который два года назад построил единственное в Абхазии крупное промышленное предприятие, свирепствовал на международном уровне. У абхазского посольства в Москве он выставил в пикет сына Илью с плакатом «Кто следующий?». В интернете бушевал его анти-абхазский ролик «Бизнес по закону гор», собирающий среди российской публики «лайки» и проклятия. Скандал докатился до таких высоких персон, что мои абхазские источники рекомендовали упрямому Панову «прекратить безобразия».

- А на что он рассчитывает? - поинтересовались в Сухуме, - Он сумасшедший?! Разве можно так по-детски рассчитывать на закон?! Что он хочет этим добиться? Чтоб его убрали?!





И посоветовали бросить это дело. Уступить. И не появляться в Абхазии. Убьют.

- Я вот все думаю, Михаил Михайлович, зачем вы все это затеяли?! - пытаюсь спасти Панова, - Вы солидный бизнесмен. Езжайте в свой Подольск, оставьте Абхазию в покое. Это бессмысленно и поверьте, небезопасно.

- Коллеги тоже говорят - зачем, мол, тебе это. Но тут похоже… - Панов задумывается, не отрывая от границы взгляда, - дело принципа. Мне 70 лет. Чего мне бояться? Можно сказать - это моя гражданская позиция. Если я уступлю, со следующим инвестором будет еще хуже. Особенно с русским.

- Перегибаете, - хмурюсь.

Я работаю в Абхазии пять лет - пожимает плечами Панов, - И то что я русский, уверен, - сыграло роль. Нас мало. Мы раздроблены. Москва нас не защищает, у нее свои непонятные интересы. Это провоцирует нападение. Мы русские производим впечатление легкой добычи.

- Но на что вы еще рассчитывали, инвестируя в Абхазию?! - задаю я давно мучавший меня вопрос.

Я ожидал проблем, - Панов кивнул, не отрывая от Абхазии взгляда - Но я принял все меры предосторожности. Поверьте. Все!
Семь лет назад к владельцу строительной фирмы «СПС-Кавказ» Михаилу Панову поступило заманчивое предложение - построить в «Стране Души» (так поэтично называют свою землю абхазы) завод.





Республике тогда срочно понадобились водопопроводные трубы. Абхазы еще бы век латали коммунальное хозяйство, осваивая российскую финансовую помощь, но тут случилась неприятность. Москва за время абхазской независимости сильно поумнела и решила выделять деньги Сухуму не «по-братски». Когда-то Абхазия финансировалась Россией как независимое государство, а потому и деньги тратила независимо. Они исчезали без следа и покорно списывались Москвой на издержки дружбы между народами. Теперь российскую помощь переименовали в «инвестиционную программу» и ввели строжайший бухгалтерский отчет, по которому неосвоенным миллиардам положено возвращаться в федеральную казну (так же финансируются и российские регионы).

Абхазия сразу почувствовала себя плохо, потому что почти вся ее ежегодная добыча в 6-7 миллиардов рублей оказалась под угрозой.
И столкнувшись с жестокой необходимостью реально что-то чинить, в Сухуме решили построить первый за 25 лет независимости завод, (обычно в Абхазии строились разве что гостиницы).

Посредниками между Пановым и правительством выступили уважаемые люди - контуженый герой абхазо-грузинской войны танкист Роман Герия, и бывший руководитель военного санатория Саид Лакоба. Последний хоть и был осужден за хищения имущества, но по местным меркам зря - дело пустяковое…





Сделка казалась беспроигрышной. Дешевая аренда земли, недорогая рабочая сила, низкие налоги, близость к строительному рынку Краснодарского края. Кроме того сама республика в проекте была страстно заинтересована.

Ведь завод давал измученной безработицей стране рабочие места, налоги. И главное - Абхазия тем самым показывала Москве, что не собирается быть вечно дотируемым регионом.
- На предприятии, - вспоминает бизнесмен, - могло работать 100-150 человек. Кроме труб могли выпускать тару, упаковку, перерабатывать вторсырье. Правда, знакомые меня предупредили - будь осторожным. Но я все продумал. Не допустил соучредительства (я единственный хозяин завода). Землю арендовал напрямую у государства, причем участки с чистой историей. Никаких бывших хозяев, только государственная собственность.

То есть юридически Панов обезопасил себя на 1000 процентов. И как законченный европеец с железной логикой: «Нет таких проблем, которые нельзя предусмотреть», со спокойной душой начал строить завод.

К 2015 году завод в Гудауте был готов. Герия и Лакоба в благодарность за содействие (они ходили по-братски решать бумажные вопросы к чиновникам) получили контракт на дилерскую продажу труб и 20-процентную скидку. Панов для пущей уверенности (его все-таки мучили предчувствия) присылает на должность директора, главбуха и кассира своих людей. Рабочих набрали из жителей близлежащих деревень, которые оказались сплошь родственники компаньонов. Тогда это казалось милой абхазской традицией…
Российско-абхазская идиллия продлилась целый год. Целый!

А все потому что Герия и Лакоба оказались людьми интеллигентными.

- Мы защищали его, - рассказывал мне потом танкист Герия. - А могли отойти в сторону и отдать нашим бандитам. Они сядут на его шею, и все что имеет, возьмут. Завода даже не хватит.




Вероятно, ангельское терпение компаньонов объяснялось еще и договоренностью - если Панов вдруг решит продать завод, то первыми покупателями будут они…

Конечно, через год российский предприниматель почувствовал недоброе. Конечно, типовая история «Русский инвестор в Абхазии» вот-вот перейдет в финальную стадию…
Но тут я позволю себе небольшое отступление…

«ПРОДАВАЙ ИЛИ КАТИСЬ ОТСЮДА»

Панову (он еще этого не понимает) повезло. Российских инвесторов обычно из Абхазии выгоняют погрубее.

В 2012 году был убит бизнесмен Сергей Клемантович, занимавшийся ломом и заготовкой щебня. Упрямого российского бизнесмена Игоря Варова (оптовая торговля), впечатление, выживают всей Абхазией. Избиение, аресты, захват имущества. Закрыт его знаменитый гагринский супермаркет «Континент». Но предприниматель пока (и зачем-то) еще здесь держится.
По-женски мудро и молчаливо переживает наезды чиновников, суды и попытки грабежа гагринская хозяйка кондитерского производства и гостиничного бизнеса Александра Кузнецова.

А недавно в Сухум (впечатление - из другого мира) приехал российский чудак, решивший открыть первый в Абхазии прокат велосипедов. Начинающий предприниматель Алексей Тверской вероятно исходил из «пановской» европейской логики: коль Абхазия курорт, то туристам нужны велосипеды, а государству - налоги.





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.



IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2019.05.21 18.47.03ENDTIME
Сгенерирована 05.21 18:47:03 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3016065/article_t?IS_BOT=1