Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать
Средиземноморский круиз, 27 сентября - 03 октября

Все мероприятия >>



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 

Приглашаем на Средиземноморский круиз-семинар КЭЛ (Средиземноморский круиз, 27 сентября - 03 октября 2018) Cкидка 30евро


->

ИЗМЕНЕНИЕ УРОВНЯ ПОТРЕБЛЕНИЯ ПРОДУКТОВ ПИТАНИЯ В РЕЗУЛЬТАТЕ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИИ


ИЗМЕНЕНИЕ УРОВНЯ ПОТРЕБЛЕНИЯ ПРОДУКТОВ ПИТАНИЯ
В РЕЗУЛЬТАТЕ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИИ

© Сергей Александрович Нефедов

Институт истории и археологии УрО РАН, г. Екатеринбург, Россия, доктор исторических наук, доцент, ведущий научный сотрудник, e-mail: nsa@k66.ru

О результатах коллективизации в СССР в значительной мере можно судить путем сопоставления уровней потребления продуктов питания в конце 1920-х и в конце 1930-х гг. Однако для такого сопоставления до сих пор использовались лишь выборочные сведения за отдельные годы, что давало воз­можность манипуляции данными в политических целях. Основываясь на архивных материалах Гос­плана СССР, автор статьи показывает, что средний уровень потребления в 1937-1939 гг. был значи­тельно более низким, чем в период нэпа.

Ключевые слова: коллективизация; нэп; уровень потребления; уровень жизни; продукты питания; хлеб; картофель; мясо; 1920-е гг.; 1930-е гг.

Исследователи, работавшие в советский период, старались доказать наличие к концу 1930-х гг. позитивных сдвигов в потреблении по сравнению с периодом нэпа. На этой точ­ке зрения стояли как авторы «Истории совет­ского крестьянства», так и авторы большин­ства специальных исследований [1-5]. Но при этом статистические данные использова­лись исследователями лишь выборочно и для сравнения обычно выбирался рекордный по урожайности 1937 г. [2].

В постсоветский период исследований, посвященных итогам коллективизации, со­поставлению уровня потребления до и после окончания этого болезненного процесса, бы­ло немного. Е.А. Осокина дает сопоставление бюджетных данных о потреблении рабочих в 1926 и 1933-1935 гг. [6]. Е.А. Осокина делает вывод об уменьшении потребления, но ее работа не касается периода 1936-1940 гг. Не­которые исследователи [7-9] затрагивают вопрос об уровне потребления в конце 1930-х гг., однако используемые ими данные, как и в прежние времена, имеют выборочный характер; ни в одной работе не приводятся усредненные показатели душевого потребления и производства хлебов конца 1930-х гг. в сравнении с потреблением и производством в период нэпа.

В зарубежной историографии до 1990-х гг. преобладало мнение о том, что уровень по­требления в СССР в конце 1930-х гг. был ниже, чем в период нэпа [10, 11]. Однако в связи с появлением новых данных прежние оценки были пересмотрены, и в новых работах указывается на значительный рост по­требления [12]. В этих вычислениях учиты­вается рост потребления промышленных товаров и изменение структуры потребления, однако Роберт Аллен дает и оценку потребления продуктов питания, которая также ука­зывает на значительный рост. Р. Аллен ис­пользует понятие «продовольственной доступности» (food availability), при этом доступность каждого исходного продукта рассчитывается как валовая продукция за вычетом семян, фуража, экспорта и потерь при хранении. Получившийся результат перево­дится в калории с коэффициентами, отра­жающими специфику переработки и кало­рийность конечного продукта питания. Под­счеты Аллена показывают, что душевая про­довольственная доступность в период нэпа (1925-1928 гг.) была равна примерно 2500 калорий. Кризис времен коллективизации снизил этот показатель до 2000 калорий, но к концу 1930-х гг. продовольственная ситуа­ция резко улучшилась, и количество доступного продовольствия достигло 2900 ккал на человека в день. «Этот прогресс был более значительным, чем в странах Южной Азии во времена “зеленой революции”», - заключает Р. Аллен [13].

Книга Р. Аллена вызвала большой резонанс на Западе; известный историк и экономист Джоэл Мокур назвал ее «выдающимся достижением» и констатировал, что «это большое синтетическое исследование будет оспариваться и обсуждаться многие годы после выхода в свет» [14]. Однако серьезных аргументов против выводов Р. Аллена о резком увеличении потребления в конце 1930-х гг. до сих пор не было представлено, и вопрос о реальности достижений коллекти­визации остается открытым.

В данной статье мы используем бюджетные данные в сопоставлении с данными балансов зерновых культур, составленных Центральным управлением народно-хозяйственного учета (ЦУНХУ) Госплана СССР. Как известно, данные о производстве зерновых, публиковавшиеся в 1930-х гг., были за­вышены и указывали т. н. «биологический» урожай без учета потерь при сборе, хранении и переработке. Данные балансов ЦУНХУ, имеющиеся в фондах РГАЭ, имеют гриф «Не подлежит оглашению»; они указывают раз­мер потерь и размер реального потребления. Это потребление, как и в предыдущий пери­од, находилось на основе бюджетных обследований, поэтому обратимся сначала к ин­формации, которую дают эти обследования.

Прежде всего, необходимо заметить, что точность приводимых в обследованиях сред­них данных основывалась на методах мате­матической статистики [15]. В соответствии с предъявляемыми этими методами требова­ниями каждый год обследовалось 16-17 тыс. хозяйств, распределенных по территории СССР соответственно плотности населения различных областей [16]. В итоге получался средний размер потребления по полугодиям (табл. 1).

Таблица N 1

Потребление продуктов питания колхозниками,

граммов в месяц и кг в год на душу населения [17]*

Год

1937

1938

1939

кг в год

В среднем

Полугодие

I

II

I

II

I

II

1937

1938

1939

1937-1939

Мука (с хлебом в пе­ресчете на муку)

13852

15135

15773

15786

16464

16091

174

189

195

186

Крупа и бобовые

1093

993

1197

965

1035

906

13

13

12

12

Картофель

15631

16971

15958

13239

9028

10859

196

175

119

163

Мясо и мясопродукты

1234

989

1324

1610

1543

2031

13

18

21

17

Сало

245

128

344

204

326

201

2

3

3

3

* - Годовые и средние величины посчитаны нами

В среднем в 1937-1939 гг. потребление хлебных продуктов (муки, крупы и бобовых) составляло 198 кг. Это меньше, чем в период до кризиса, в 1926/27-1928/29 хозяйственных годах, когда потребление хлебных продуктов составляло 221 кг [18]. Потребление картофеля несколько увеличилось; в 1937-1939 гг. оно составляло 163 кг, а в 1925/26-1926/27 гг. - 139 кг [19]. Сравнение потребления мяса до и после кризиса несколько затрудняется тем обстоятельством, что это потребление сильно колеблется по сезонам: зимой оно было на­много выше, чем летом. По данным зимних обследований душевое потребление мяса в производящей полосе в 1925-1928 гг. составляло 35-40 кг [20]. Однако Экспертный совет ЦСУ отдавал предпочтение бюджетным записям, которые велись на протяжении всего года, и делал при этом значительную скидку на нерепрезентативность данных (15 %). По расчетам Экспертного совета объем потребления мяса и сала сельским населением был невелик: 16,3 кг в 1925/26 г., 18,4 кг в 1926/27 г. [21, 22]. По сравнению с этими данными потребление к 1937-1939 гг. даже немного возросло (до 20 кг). В целом же потребление продуктов питания сельским населением после кризиса уменьшилось, т. к. увеличение потребления картофеля и мяса лишь отчасти компенсировало уменьшение потребления хлебопродуктов.

Для характеристики потребления рабочих представляет интерес составленная работниками ЦУНХУ сводка данных, суммирующая динамику потребления в 1925-1937 гг. (табл. 2).

Таблица N2

Потребление продуктов питания семейными рабочими, кг в месяц на душу населения (мука учитывается с пересчетом на хлеб) [23]

Наименование

1925

1930

1931

1932

1933

1934

1935

1936

1937

Хлеб ржаной

8,3

7,8

9,3

10,1

9,8

10,8

6,4

6,4

5,9

Хлеб пшеничный

10,2

10

8,5

5,9

7,2

6,3

13,1

13,4

13,4

Мука и хлеб в переводе на муку

13,9

13,4

13,4

12,0

12,8

12,8

14,6

14,9

14,5

Картофель

11

14,8

13,7

10,3

11,2

11,3

15,6

14,1

13,9

Мясо и сало

4,3

1,8

2,3

1

0,93

1,1

1,7

2,6

2,3

Примечание: Пересчет хлеба в муку сделан автором из расчета 33 % припека

При рассмотрении этих данных нужно учесть, что обследования производились в ноябре и отражают ситуацию самого «сытого» месяца года, когда, в частности, возрастает потребление мяса в результате осеннего забоя скота. Тем не менее можно сделать вывод, что потребление рабочими хлеба и картофеля немного увеличилось; потребление мяса, напротив, сократилось примерно в полтора раза. Таким образом, качественно рацион рабочих ухудшился, но его калорийность сохранилась за счет увеличения потребления хлеба и картофеля.

В документах ЦУНХУ имеются также данные о потреблении продуктов на душу всего населения. Эти данные позволяют сопоставить среднее потребление в 1937-1938 гг. с потреблением в период нэпа. Как следует из табл. 3, среднее потребление хлебных продуктов уменьшилось на 12 %, мяса - на 17 %, молока - на 21 %; в то же время потребление картофеля увеличилось на 9 %. В целом, уровень и рацион питания заметно ухудшились.

Таблица N 3.

Душевое потребления продуктов питания в 1925/26-1926/27 и 1937-1938 гг., кг [18; 19; 21; 22; 23, л. 94]

Наименование

1925/26

1926/27

Среднее

1925/26-

1937

1938

Среднее

1937-38

1937-38 к 1925/26-

26/27

26/27, %

Хлебные продукты

229

224

227

193

207

200

88

Картофель

123

134

128

142

139

140

109

Мясо и сало

21,4

23,2

22

16,7

20,1

18

83

Молоко

117

112

115

86

95

91

79

Можно подсчитать калорийность указанного набора продуктов в 1925/26-1926/27 и 1937-1938 гг. и сравнить с данными Р. Аллена. Так же, как Аллен, мы примем калорий­ность мяса и картофеля по данным ФАО [24] (соответственно, 1742 и 670 ккал/кг). Калорийность зерна (в характерной для России смеси) равна 2670 ккал/кг; отсюда с учетом чистых потерь при помоле (10 %) можно получить ка­лорийность муки (т. е. «хлебных продуктов») - 2965 ккал/кг. Калорийность неснятого молока (которого нет в списке ФАО) примем равной 690 ккал/кг. В итоге можно получить калорийность рациона из четырех указанных выше продуктов, для 1925/26-1926/27 гг. она будет равна 2401 ккал/день, а для 1937­1938 гг. - 2141 ккал/день. В рационе русско­го крестьянина эти четыре продукта давали 93 % калорий [25], стало быть, общая «про­довольственной доступность» составит для 1925/26-1926/27 гг. 2582 ккал/день, а для 1937-1938 гг. - 2305 ккал/день. Первая цифра немного больше оценки Аллена для периода нэпа (2500 ккал/день), а вторая оказывается намного ниже оценки для конца 1930-х гг. (2900 ккал/день).

В чем же дело? Какова причина столь большого расхождения для конца 1930-х гг.? Напомним, что оценка Аллена получена балансовым методом, поэтому необходимо обратиться к хлебофуражным балансам ЦСУ и ЦУНХУ (табл. 4).

Прежде всего, нужно дать некоторые пояснения. В 1930-х гг. в балансах приводился биологический урожай, поэтому, чтобы данные были сопоставимы с цифрами для 1920-х гг., в графе «валовой сбор» указана лишь его оприходованная часть, т. е. то, что было собрано по годовым отчетам колхозов и совхозов [23, д. 739, л. 2, 30]. Аналогично, в графе «фураж» указана лишь оприходованная часть фуража. В балансах 1920-х гг. присутствовала строка «самогон, потери»; т. к. потери при хранении были невелики, то в основном это были расходы на самогоноварение. В 1930-х гг. самогоноварение прекратилось, но резко возросли расходы на винокурение, которые составляют основное содержание графы «промышленные расходы». В балансах 1920-х гг. присутствовала графа «вывоз», в 1930-х гг. вывоз включался в графу «прочие расходы». Графа «накопление» показывает увеличение (или уменьшение) запасов за прошедший год.

Таблица N 4

Данные хлебофуражных балансов [23, д. 49, л. 2; д. 739, л. 30, 43]

Наименование

1926/ 27

1927/ 28

1928/ 29

Средние

1937/38

1938/39

1939/40

Средние

Валовой сбор (млн пуд.)

4784

4446

4476

4569

5827

4324

4351

4834

Высев (млн пуд.)

750

748

775

758

872

868

850

863

Чистый сбор (млн пуд.)

4034

3697

3701

3811

4955

3456

3502

3971

Потребление (мука, крупа) (млн пуд.)

1942

1966

1983

1964

1968

2031

2092

2031

Фураж (млн пуд.)

1486

1450

1355

1430

1443

1542

1410

1465

Самогон, потери (млн пуд.)

206

206

196

203

Промышленные расходы (млн пуд.)

68

69

71

69

252

248

248

249

Вывоз (млн пуд.)

156

28

-14

57

Прочий расход (млн пуд.)

313

130

125

189

Накопление (млн пуд.)

178

-8

110

94

989

-495

-375

40

Потребление в пищу в бюджетах ЦСУ и ЦУНХУ бралось из уже использованных нами данных бюджетных обследований; при этом среднее потребление по бюджетам умножалось на численность населения. Р. Аллен поступал иначе: он получал потребление, вычитая из валового урожая расходы на посев, фураж, экспорт и потери. Используемые Алленом оценки валового урожая Уиткрофта и Дэвиса [26] для 1920-х гг. несколько меньше данных ЦСУ, поэтому продовольственная доступность у Аллена для этого времени получается меньше реальной. Однако для 1930-х гг. оценки валового урожая Уиткрофта и Дэвиса практически совпадают с величиной оприходованного урожая в табл. 4, поэтому причину расхождений нужно искать в другом. Наиболее значительная из статей расходов - это расходы на фураж. Как советские статистики, так и Р. Аллен получали эти расходы, умножая численность скота на нормы кормления. В обоих случаях использовались одни и те же данные о численности скота, которые потом были опубликованы в официальных статистических справочниках [27]. Однако нормы кормления брались раз­ные (табл. 5).

Таблица N 5.

Нормы кормления скота, применяемые для составления балансов, кг [13, 23, д. 433, л. 5]

Виды скота

ЦУНХУ

Аллен

1925-1928

1936-1937

Лошади рабочие

502

561

400

Крупный рогатый скот

91

42

75

Свиньи

237

415

14

Овцы и козы

4

4

3

При рассмотрении табл. 5 нужно отме­тить, что указываемая Р. Алленом норма кормления свиней в 14 кг - это, конечно, ошибка. Свиноматка приносит за два годо­вых опороса 12-20 поросят; только на от­корм одного поросенка до 6-7-месячного возраста (когда его забивают) может быть израсходовано порядка 400 кг концентриро­ванных кормов, так что все зависит от того, сколько поросят ставится на откорм [28]. В СССР норма определялась формально, как количество израсходованных за год кормов, деленное на число переписанных в январе животных; таким образом, родившиеся весной откормленные и забитые к началу зимы поросята не учитывались статистикой. В итоге норма расхода на корм свиньям могла быть очень разной, но никак не 14 кг. В документах ЦУНХУ указывается расход зернового фуража, определенный по результатам выборочного обследования колхозов [23, д. 739, л. 2], и эти цифры выглядят достаточно реальными. Повышение нормы с 237 до 415 кг объясня­ется провозглашенной вторым пятилетним планом программой опережающего развития свиноводства[29].

В итоге, если рассчитать потребление зернового фуража в 1937-1938 гг. по нормам Аллена, то мы получим цифру на 845 млн пудов меньше, чем по данным баланса ЦУНХУ. При применяемой Алленом мето­дике это количество зерна зачисляется в пи­щевое потребление; в расчете на душу эта добавка даст примерно 640 ккал/день. Это и объясняет разницу между оценкой Аллена (2900 ккал/день) и реальным потреблением по данным ЦУНХУ (2305 ккал/день).

Таким образом, оценка Р. Аллена представляется завышенной, и реального про­гресса в области потребления продуктов питания в конце 1930-х гг. по сравнению с временами нэпа не отмечалось. Наоборот, имело место падение потребления до уровня, близкого к минимальной норме (напомним, что рекомендованная ВОЗ норма среднедушевого потребления продовольствия составляет 2300-2400 ккал на человека в день [30]).

1. Вылцан М.А. Завершающий этап создания колхозного строя (1935-1937 гг.). М., 1978.

2. Вылцан М.А. Советская деревня накануне Великой Отечественной войны (1938-1941 гг.). М., 1970.

3. Иванова Т.М. Подъем благосостояния трудящихся города в годы второй пятилетки (на материалах промышленных центров РСФСР): автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 1981.

4.Социалистическое народное хозяйство СССР в 1933-1940 гг. М., 1963

5. Осокина Е.А. За фасадом «сталинского изо­билия». М., 2008. С. 256.

6. Иванов Ю.М. В сталинском «раю». М., 2005.

7. Коровин Н.П. Некоторые вопросы социально­го развития рабочего класса СССР в годы второй пятилетки // Проблемы социального развития советского общества. Иваново, 1998. С. 82-88.

8. Стеблев Э.А. Экономика российской повсе­дневности // Российская повседневность 1921-1941 гг. СПб., 1995. С. 117-119.

9. Bergson A. The Real National Income of Soviet Russia since 1928. Cambridge, 1961.

10. Chapman J.G. Real Wages in Soviet Russia since 1928. Cambridge, 1963.

11. Hunter H., Szyrmer J.M. Faulty Foundations: Soviet Economic Policies, 1928-1940. Princeton, 1992.

12 Allen R. Farm to Factory: A Reinterpretation of the Soviet Industrial Revolution. Princeton, 2003. P. 136.

13. URL: press.princeton.edu/titles/7611.html (дата обращения: 16.03.2011).

14. Струмилин С.Г. На плановом фронте. 1920­1930. М., 1958. C. 26.

15. РГАЭ. Ф. 1562.Оп. 83. Д. 1. Л. 1.

16. РГАЭ. Ф. 1562.Оп. 82. Д. 1. Л. 35, 201, 414; Оп. 3. Д. 739. Л. 43.

17. Основные элементы продукции сельского хозяйства СССР за 1925/1926 - 1928/1929 гг. М., 1928. C. 126.

18. Милявский И. Балансы специальных культур // Статистическое обозрение. 1928. N 12. С. 13-34.

19. Статистический справочник СССР за 1928 г. М., 1929. C. 848.

20. Статистический справочник СССР 1927. М., 1928. C. 160, 178.

21. Нифонтов В. Мясной баланс СССР в 1925/26 и 1926/27 годах // Статистическое обозрение. 1928. N 9. С. 10-29.  

22.РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 3. Д. 638. Л. 26.

23.URL: faostat.fao.org/site/368/DesktopDefault. aspx?PageID=368#ancor (дата обращения: 16.03.2011).

24. Миронов Б.Н. Благосостояние населения и ре­волюции в имперской России. М., 2010. C. 460.

25. The economic transformation of the Soviet Union, 1913-1945 / editors R.W Davies, M. Harrison, S.G. Wheatcroft. Cambridge, 1994. P. 286-287.

26.Животноводство СССР за 1916-1938 гг. / ред. И.В. Саутин. М., 1940.

27. Абрамов В.В. и др. Справочник председателя колхоза. М., 1941.





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.

IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2018.06.24 06.04.13ENDTIME
Сгенерирована 06.24 06:04:13 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3044346/article_t?IS_BOT=1