Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать

Ближайший вебинар ДИСКУССИОННОГО КЛУБА

06 Ноя, Вторник 20:00

Архив вебинаров



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 

Поставка клапанов дымоудаления в Москве и по всей России от НПО «Машпром»

АР-сервис — поставки оборудования для систем отопления и водоснабжения в Москве.


->

Хуже, чем с Ким Чен Ыном. Встреча с Путиным не принесла Трампу успеха


Владимир Путин может быть доволен результатами своего первого полномасштабного саммита с Дональдом Трампом. Наиболее значимая цель – политическая разморозка отношений и контактов, замороженных администрацией Обамы в 2014 году в ответ на Крым и Донбасс, без уступок с российской стороны и изменений в российской политике – похоже, достигнута, хотя конкретных договоренностей на этот счет еще нет, пока стороны лишь обменялись предложениями. Получить всего, чего хотели, – например, совместного итогового заявления президентов с поручениями администрациям начать проработку конкретных вопросов и контактов, или решения о полноценном визите Трампа в Москву (как накануне предполагалКремль), – не удалось. Но, вероятно, после обнародованных в пятницу утром Минюстом США официальных обвинений в отношении сотрудников российской военной разведки во взломе компьютерных систем Демократической партии в ходе президентских выборов 2016 года совместное заявление президентов стало невозможным (американцы хотели, чтобы в нем было отражено российское признание факта вмешательства и обязательство не вмешиваться впредь), а представители администрации США (посол Хантсман и советник по нацбезопасности Болтон) стали понижать статус переговоров в Хельсинки, назвав их не саммитом, а просто встречей.

На Трампа стали даже давить, чтобы он спешно отменил встречу с Путиным, но среди преданных избирателей американского президента в последнее время росло положительное отношение к Путину, а действия Трампа, идущие против консенсуса американских элит в отношении России, получали все большую поддержку. Трамп резонно полагал, что встреча с Путиным, к которой будет приковано огромное внимание прессы (как в случае с саммитом с Ким Чен Ыном в Сингапуре), поднимет его рейтинг. Он требовал от своей администрации «монументального саммита» с Путиным, но, похоже, несколько перебрал с хайпом, и итоговый результат может не соответствовать его ожиданиям.

Путин выиграл ⁠пресс-конференцию

Задача Путина была сильно упрощена многочисленными заявлениямиТрампа ⁠в ходе поездки в Европу о желании улучшить отношения с Россией и даже ⁠подружиться с Путиным. Последний перед встречей твит Трампа, ⁠в котором он ⁠обвинил в ухудшении отношений с Россией «многие ⁠годы глупости и тупости со стороны США», ⁠фактически артикулировал посыл Кремля накануне встречи: для ухудшения отношений «нет объективных причин», то есть администрация Обамы как бы просто так на пустом месте взяла и устроила коллапс в отношениях. И ретвит российским МИДом этого заявления Трампа с издевательски злорадным «Мы согласны» был, прямо скажем, избыточным троллингом.

Главное, что получил Путин – это возможность, стоя рядом с американским президентом на пресс-конференции, перечислять большие международные проблемы, которые он будет теперь решать вместе с Дональдом Трампом, без оглядки в прошлое и на мнение других держав. Это как раз и было официальное признание статуса России как равной США глобальной державы, заветный «геополитический паритет», к которому российский президент стремился весь свой последний срок. Подчеркивало этот статус и постоянное упоминание Путиным и Трампом, что Россия и США – две глобальные ядерные и энергетические сверхдержавы, как и несколько мутное предложение Путина подумать о формировании российско-американского нефтегазового аналога ОПЕК для «стабилизации цен» (видимо, Трамп просил увеличить экспорт российской нефти в ответ на вводимое американцами эмбарго на экспорт иранской). «Отношения были плохими еще четыре часа назад, а теперь лучше», – сказал Трамп на пресс-конференции. Чего еще можно желать? При этом Путин выглядел «старшим партнером», более подготовленным, конкретным, точным, ведущим, а не ведомым. Трамп выглядел несколько дезориентированным, плохо понимающим, о чем вообще идет речь.

Больших сделок нет

Реальные договоренности, судя по тому, что анонсировал Путин, достаточно скромны, а «больших сделок», похоже, не случилось. Путин говорит, что «переговоры отразили наше совместное с президентом Трампом желание выправить негативную ситуацию в двусторонних отношениях, наметить первые шаги по их оздоровлению, восстановлению приемлемого уровня доверия и возвращению к сотрудничеству прежнего уровня». Но конкретных шагов пока нет. Нет договоренности о создании рабочих групп по наиболее важным вопросам. Например, стремление «отладить диалог по проблематике стратегической стабильности и ядерному нераспространению» пока скромно подтверждено лишь передачей российской стороной «записки с рядом конкретных предложений» (то есть пока ничем). Обозначенные российские интересы по разоруженческому досье – продление действия Договора СНВ-3, опасность американской глобальной ПРО, выполнение ДРСМД, размещение оружия в космосе – пока не подтверждены Трампом как приоритетные. Может будет, может нет.

То же самое можно сказать и о сотрудничестве в борьбе с терроризмом. Путин скромно «напомнил президенту Соединённых Штатов о предложении воссоздать рабочую группу по антитеррору» (была создана в 2001 году после теракта в Нью-Йорке, на уровне первых замов глав МИД, нам она нравилась, спецслужбы США быстро в ней разочаровались и сейчас не горят желанием воссоздавать). Слова о переводе контактов спецслужб «на системную основу» непонятны – они и так регулярны.

Как бы согласованное президентами решение создать две рабочие группы – одну из бизнесменов для улучшения экономического сотрудничества (мягкая форма обсуждения санкций), другую из экспертов-международников для обсуждения «долгосрочной философии отношений» (некий «второй трек дипломатии») – никого ни к чему не обязывает.

Нет «большой сделки» по выдавливанию Ирана из Сирии в обмен на вывод американских войск и признание американцами легитимности дальнейшего правления Асада. «Сдать Иран» Путин никак не мог. Полностью выдавить Иран и его военные и специальные формирования, как требовал в ходе последнего визита в Москву израильский премьер Нетаньяху, для России не представляется возможным, они становятся частью режима и системы сирийской власти, без них не обеспечить контроль над «освобожденными территориями». Но, кажется, у России и США есть понимание по юго-западу Сирии и гарантиям безопасности для Израиля с восстановлением режима безопасности на Голанских высотах по резолюции СБ ООН 338 1974 года. Нет согласия США на вывод своих войск, у США нет таких планов. Но, кажется, нам удалось втянуть Трампа в разблокирование международной помощи сирийскому режиму для послевоенного восстановления страны (сейчас это блокируется США и ЕС до полного политического урегулирования и транзита власти). Посмотрим, как это будет реализовываться на практике, ведь до 2018 года российская гуманитарная помощь в Сирии была смехотворна – $6,3 млн, США – $1,47 млрд.). Кстати, режим Асада не заинтересован в возвращении сирийских беженцев, о которых говорит Путин.

Понятны разногласия по ядерной сделке с Ираном (СВПД). Москва не может поддержать развал этой сделки, но и сильно препятствовать США не будет. Путин сделал небольшую заявку на посредничество между Вашингтоном и Тегераном, но это традиционная российская позиция – нам выгоден конфликт между США и Ираном, но только не военный.

Интересно по Украине. На пресс-конференции Путин ничего нового не сказал (внутриукраинский конфликт, Киев не выполняет Минские договоренности), если не считать новости, что Трамп не признал Крым российским, а говорил о «незаконной аннексии», но вопрос закрыт. Однако прямо перед встречей президентов американские дипломаты говорили телеканалу ABC, что от Москвы идут сигналы о каких-то новых предложениях по Украине (хотя на встрече не было профильных экспертов по теме – Владислава Суркова и Курта Волкера). Путин в интервью Первому каналу по итогам встречи подтвердил эту информацию, правда, не сказал, что предложения были российскими, просто обсуждались некоторые новые идеи по способам урегулирования конфликта на Донбассе для проработки на экспертном уровне. Новый мандат и зона размещения миротворцев? Путин также сделал небольшую уступку по транзиту российского газа через Украину – мы готовы продлить контракт на транзит, если Киев откажется от судебных претензий к «Газпрому» («Нафтогазом» выиграны иски на $2,3 млрд).

Вмешательство в выборы и «измена» Трампа

Но по вопросу о российском вмешательстве в американские выборы продвинуться не удалось, закрыть тему не получилось (хотя планы и надежды были), ситуация даже ухудшилась. Это произошло благодаря бездарному поведению Трампа на итоговой пресс-конференции, где он не поддержалпозицию американского разведсообщества (вмешательство было и продолжается), а согласился с заверениями Путина («он сильно все отрицал, и я не вижу причин, зачем ему было вмешиваться»,- сказал Трамп). Руководитель американской Центральной разведки Дэн Коутс, накануне выступивший с предупреждениями относительно продолжающегося российского вмешательства в выборы и кибератак на американскую инфраструктуру, поспешил тут же опровергнуть слова Трампа.

Но и российская заготовка по теме оказалась не сильно удачной. Путин правильно сказал – не будем вмешиваться, имея в виду выборы в конгресс в этом году, давая Трампу легкий «Win», на этом как раз и надо было остановиться, но нет. Путин предложил рассмотреть, если есть факты, видимо, имея в виду обвинения против офицеров ГРУ, в рамках рабочей группы по кибербезопасности, создание которой предложено Россией год назад на встрече в Гамбурге (американцы не давали согласия на формирование такой группы). Затем Путин посоветовал спецпрокурору Мюллеру воспользоваться российско-американским соглашением о взаимной правовой помощи 1999 года, направить в российские правоохранительные органы официальный запрос (впервые он эту идею обозначил в марте в интервью Мегин Келли), по которому интересующие Мюллера российские граждане будут допрошены нашими следователями, даже в присутствии американцев. В обмен, разумеется, на такой же допрос нашими правоохранителями Уильяма Браудера и офицеров американских спецслужб, которые якобы помогли Браудеру и его партнерам вывести из РФ $1,5 млрд, не заплатив с них «американские налоги» (!), и перевести в избирательный фонд Клинтон $400 млн (достоверность этого вызывает сомнения, закон запрещает столь крупные пожертвования, не было такого перевода и в благотворительный Фонд президента Клинтона).

Упоминание Браудера на пресс-конференции было ошибкой. Путин тем самым еще раз подтвердил свою большую заинтересованность в отмене Закона Магнитского и еще фактически дословно повторил содержание «компромата на Клинтон», который привезла на встречу с сыном Трампа в июне 2016 года адвокат Наталья Весельницкая. Раскрытие этой истории газетой «Нью-Йорк таймс» ровно год назад фактически похоронило все договоренности Трампа и Путина на встрече в Гамбурге. Сейчас это получит такой же негативный резонанс. Что касается допроса российских разведчиков на территории России с участием американских прокуроров, хоть Трамп и назвал это интересной идеей, на это никто не пойдет. Москва и не рассчитывает – это чистый троллинг, на который Трамп повелся. Опыт такого мероприятия был у англичан в 2006 году, когда они приехали в Москву и допрашивали Лугового и Ковтуна по «делу Литвиненко» – уехали ни с чем. Предложение Мюллеру приехать в Россию допросить подозреваемых к тому же несколько запоздало. Обвинения уже предъявлены, следствие закончено, допрашивать обвиняемых должны уже в суде, если они туда придут. Мюллер это дело уже передал в Минюст США, который и будет представлять гособвинение в судебном процессе.

Странно звучат и рассуждения Путина о борьбе ресторатора Пригожина со спецпрокурором Мюллером по предъявленным ему и его сотрудникам «фабрики троллей» обвинениям. С одной стороны, Путин говорит: это все не государство, ничего о них не слышали, и тут же демонстрирует избыточную осведомленность о попытках Пригожина оспорить в суде обвинения (но искажает информацию – обвинения против Пригожина в суде не рассматривались и тем более не могли там развалиться, адвокаты Пригожина требовали предоставить им доступ ко всем материалам следствия, что позволило бы понять, каким образом американцы получили информацию о действиях Агентства интернет-исследований, но суд им в этом отказал).

Стоит ли удивляться, что в день саммита в Хельсинки ФБР арестовывает в Вашингтоне российскую гражданку Марию Бутину по обвинению во вмешательстве в американские выборы и действиям в качестве незарегистрированного агента российского правительства. История с Бутиной и ее политическим покровителем Александром Торшиным, «плотно работавшими» с Национальной ассоциацией владельцев огнестрельного оружия (National Rifle Association), назревала давно, и их действия по созданию тайного канала политических коммуникаций между Кремлем и Трампом через американских консерваторов – выглядели изначально «оперативным дилетантством» (к российским спецслужбам эта самодеятельность не имела отношения). Арест Бутиной в день встречи Трампа с Путиным – совпадение, но неприятное для Москвы, это еще больше раздувает скандал с вмешательством. Пикантность ситуации еще и в том, что в Хельсинки, как обещал Юрий Ушаков, Москва планировала поднять вопрос об арестах российских граждан американскими спецслужбами в третьих странах – а тут еще арест в США.

Поведение Трампа на пресс-конференции с Путиным в США уже назвалиизменой, скандал в Вашингтоне огромный и только набирает обороты. Это, кажется, не позволит реализовать другую важную цель Москвы на саммите с Трампом – помочь ему создать самоподдерживающийся нарратив его личного «дипломатического триумфа» в Хельсинки, который он, со свойственным ему талантом пиарщика, далее продвигал бы внутри США. Такой нарратив, если бы он закрепился, во-первых, сделал бы затруднительным введение новых американских санкций против РФ, а во-вторых, не позволил бы Трампу политически быстро вновь развернуться к жесткой конфронтации с Россией. Москве нужно было сделать Трампа лично «инвестировавшим» в улучшение отношений через регулярный доверительный диалог с Путиным, Трамп должен был стать единственным западным лидером, который смог добиться невозможного – конструктивных отношений с Путиным. Этот нарратив «триумфа в Хельсинки» затем побуждал бы Трампа идти на серьезные уступки, чтобы поддерживать легенду о пользе «хороших отношений с Россией» (getting along with Russia). Но Трамп, похоже, загубил эту продуктивную идею. Нарратив «триумфа» вытесняется нарративом «предательства».

«Лучше, чем супер!» – так глава МИДа Сергей Лавров охарактеризовал результаты встречи в Хельсинки. Возможно, как и год назад в Гамбурге, он несколько поторопился.





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.

IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2018.10.22 07.08.35ENDTIME
Сгенерирована 10.22 07:08:35 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3104530/article_t?IS_BOT=1