Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 


->

Таран для разрушения Запада. Путин поможет Трампу победить внутренних врагов


Традиционное выступление президента на совещании послов и постоянных представителей России в этом году не содержало сенсационных инициатив. Достаточно сказать, что при подтверждении приоритетности базового внешнеполитического интереса – «обеспечение максимально благоприятных, безопасных условий для прорывного развития страны» – МИДу не поставлена практическая задача работать над поиском дипломатических условий и развязок для снятия западных санкций с нашей страны. Но это не новость.

Новостью стал пассаж в выступлении Владимира Путина, где он, комментируя итоги своей встречи с Дональдом Трампом в Хельсинки, вышел за рамки заготовленного текста и пустился в рассуждения о внутриполитической ситуации в США, где «определенные силы пытаются принизить, дезавуировать результаты встречи в Хельсинки»:

«Мы видим, что в Соединённых Штатах есть силы, которые с лёгкостью готовы принести в жертву российско-американские отношения, в жертву своим амбициям в ходе внутриполитической борьбы в Америке. Готовы жертвовать интересами своего бизнеса, который теряет многомиллионные контракты, теряет российский рынок, рабочими местами в самих Соединённых Штатах <…>
Готовы жертвовать интересами своих союзников, как в Европе, так и на Ближнем Востоке, в частности, например, имею в виду интересы Государства Израиль <…> Готовы жертвовать вопросами обеспечения своей собственной безопасности.
Когда я говорил об этих силах, вы знаете, это совершенно не вписывается в нашу с вами политическую философию, потому что нас-то всегда и везде учили, что люди, работающие для государства, в интересах общества, прежде всего должны думать об этих фундаментальных интересах и их всегда ставить выше. Но нет! В Соединённых Штатах, мы видим, есть силы, которые свои групповые, узкопартийные интересы ставят выше общенациональных.
Про таких людей у нас хорошо написали когда-то наши известные писатели-сатирики: “жалкие, ничтожные люди”. Но это не так. В данном случае это не так. Это люди и не жалкие, и не ничтожные, а наоборот, довольно могущественные, сильные, если могут “впаривать” – извините за моветон – своим гражданам, миллионам своих граждан различные трудноперевариваемые в нормальной логике истории. Но они могут это делать.
Говорю это не для того, чтобы кого-то поругать или кого-то похвалить. Совсем нет. Говорю это для того, чтобы мы с вами учитывали это обстоятельство в ходе нашей практической работы на американском направлении».

Это заявление, ⁠как и содержание и тональность высказываний Путина на совместной пресс-конференции ⁠с Трампом в Хельсинки, знаменуют собой переход российской политики в отношениях ⁠с США в новое качество – к прямому политическому союзу ⁠лично с Дональдом ⁠Трампом в борьбе с его внутренними врагами ⁠– Демократической партией, надпартийной государственной бюрократией (преимущественно в спецслужбах ⁠и внешнеполитических ведомствах – несуществующим «глубинным государством», deep state), частью истеблишмента Республиканской партии и ведущими СМИ. Речь уже не столько о вмешательстве в выборы (хотя при таком росте ставок для этого возникают новые мощные стимулы), сколько о включении Москвы напрямую во внутриполитическую войну в США на одной из воюющих сторон. Как правильно отмечает Дмитрий Тренин, «это новое явление, существенно расширяющее понятие гибридной войны, которую уже четыре года ведут США и Россия». Судя по возвращению российских телеканалов к полноформатной пропаганде в защиту «нашего Трампа» и персональным нападкам на его «врагов», решение на этот счет наверху принято, причем сразу после или даже во время встречи в Хельсинки.

Осмысленность такого решения, просчитанность его вероятных последствий, а также преследуемые цели вызывают вопросы. Это отказ от постсоветской дипломатической традиции в отношениях с США, предполагающей соблюдение равноудаленности от всех политических лагерей в США, и возвращение на новом качественном и технологическом уровне к чисто советским практикам борьбы с идеологическими противниками и поддержки идеологических союзников.

Советское портфолио

СССР всегда активно искал союзников среди американских политиков. Самым успешным «проектом» была президентская избирательная кампания Генри Уоллеса в 1948 году, бывшего вице-президента при Франклине Рузвельте (1940–1944 годы). Уоллес симпатизировал Сталину и оправдывал ГУЛАГ, свое выдвижение в президенты и формирование новой Прогрессивной партии (Уоллес начинал карьеру как республиканец, потом перешел к демократам и в итоге был уволен со всех постов президентом Трумэном) обсуждал с резидентом НКВД в Вашингтоне (Москва не хотела переизбрания Трумэна на новый срок, Уоллес обещал поставить американское ядерное оружие под контроль ООН), а его кандидат в вице-президенты (Гарри Декстер Уайт) и вероятные кандидаты на пост госсекретаря и министра финансов в последующем были разоблачены как агенты советской разведки. Блистательная операция, опиравшаяся на агентурную сеть, созданную НКВД в тесном сотрудничестве с лидером американских коммунистов Эрлом Браудером (дедом преследуемого нынче Генпрокуратурой РФ Билла Браудера), завершилась сокрушительным поражением Уоллеса на выборах (2,4% голосов).

В дальнейшем Кремль был более осторожен, но подход остался прежним. Ультра-ястреба республиканца Барри Голдуотера в 1968 году КГБ пыталось дискредитировать распространением слухов и публикаций о его гомосексуализме. Леонид Брежнев до последнего ставил на Ричарда Никсона, отказываясь верить донесениям резидентуры в Вашингтоне, что политические дни президента сочтены. В 1976-м Брежнев тет-а-тет предлагалДжеральду Форду «сделать все возможное для его переизбрания» (тот благоразумно отказался). Рональда Рейгана в 1980 году пытались дискредитировать как «опасного безумца», а в 1984 году КГБ вел в США кампанию активных мероприятий под тезисом «Рейган – это ядерная война» (Рейган победил в 1984 году в 49 штатах из 50).

Затем была ставка на перспективного лидера демократов, сенатора от штата Колорадо Гэри Харта, который в 1986 году, приехав в СССР с «частным визитом», был принят в Кремле Михаилом Горбачевым. Харт имел все шансы стать кандидатом Демократической партии на выборах 1988 года и в своих внешнеполитических речах выступал за «конструктивные отношения с СССР» и контроль над вооружениями. Его карьера стремительно закончилась в 1987 году, когда СМИ уличили его в супружеской неверности.

В постсоветский период такими подвигами российская внешняя политика и российская разведка не занимались. Владимир Путин в 2000 году не стал активно развивать отношения с вице-президентом Альбертом Гором и дожидался исхода весьма острых выборов, на которых победу решением Конституционного суда США одержал Джордж Буш-младший. В 2004 году Путин скромно, но публично пожелал Бушу «успеха на выборах», обнаружив свои личные предпочтения, но не более того. Американцы, надо сказать, при администрации Билла Клинтона в 1993–1996 годах были более вовлечены в российские дела, включая президентские выборы 1996 года, в рамках анонсированной Клинтоном еще в ходе кампании 1992 года стратегии «альянса с российскими реформами».

Новый шанс

В случае с Трампом, вооруженным самым мощным политическим оружием современности – президентским твиттером, – Москва получает возможность при грамотных действиях «взламывать американскую систему изнутри». Ценность Трампа не в том, что он готов заключить с Москвой «большую геополитическую сделку», удовлетворив все ее желания и притязания (Трамп хоть и говорит, что хочет сделки, но не имеет ни малейшего понятия о том, как она должна выглядеть, а его способность сделку реализовать сегодня составляет отрицательную величину), а в том, что он полностью принимает, разделяет и активно распространяет в своем твиттере ключевые внешнеполитические нарративы Кремля после 2014 года, находящиеся в параллельной реальности. Кроме того, Трамп, максимально персонализируя межгосударственные отношения, дает понять Путину, что отношения России с США практически полностью будут зависеть от того, станет ли Путин «другом Трампа» («Он мне не враг, он мне конкурент, мы можем с ним поладить», – говорит Трамп). Для российского лидера тут открывается большое окно возможностей.

Главной удачей Москвы является как раз шанс долгосрочно воздействовать на формирование внешней политики США на основе «идеологической близости» позиций Трампа и Путина в подходах к формированию мирового порядка «неовестфальского типа» – ситуативных союзов и сделок суверенных великих держав без привязки к абстрактным «ценностям и принципам», где «международное право» – это не институты, а договоренности сильных лидеров. Это путь к разрушению «коллективного Запада, сдерживающего Россию». Такая «идеологическая близость» взглядов является, скорее всего, случайностью, но отвержение этих нарративов политическим истеблишментом США, изолированность Трампа в американской элите и его природная склонность действовать вопреки навязываемому консенсусу (даже если при этом он совершает глупости) дают Путину уникальную возможность личного влияния на взгляды и позиции американского президента в рамках «утвержденных Совбезом РФ тезисов». Это мечта любого профессионального разведчика – направлять действия противника в нужную сторону в рамках легенды о дружбе и сотрудничестве. Но и риски такой спецоперации исключительно велики.

Новые риски

Главным из них является то, что президентские выборы в США все еще остаются «электоральным мероприятием» с заранее не заданным результатом (на выборах в Конгресс, наоборот, высок процент голосования за инкумбентов, иногда в течение десятилетий). В 2020 году Трамп может и проиграть, хотя сегодня его шансы на победу выглядят не хуже, чем у предшественников. 45% американцев одобряют его деятельность на посту президента (год назад 36%). Примерно на таком же уровне были рейтинги Обамы, Буша-младшего и даже Рейгана в середине их первого срока. Все дело в достаточно хорошей экономической ситуации в США и рекордно низкой безработице (50% одобряют экономическую политику Трампа), в том числе среди афроамериканцев и латиноамерикацев (этого не было при Обаме), что может подорвать поддержку демократов в этих ключевых электоральных группах.

Зашкаливающая поддержка Трампа среди республиканцев (80%), объясняемая проведением им в целом традиционной для президентов-республиканцев политики, не должна обманывать – зарегистрированные республиканцы составляют 25% избирателей США, остальных надо добирать из независимых и демократов, среди которых Трамп остается весьма непопулярен. Политику Трампа в отношении России поддерживают 51% республиканцев (что довольно мало) и не одобряют 80% демократов и 60% независимых.

Трамп остается президентом меньшинства, каким он стал в 2016 году, проиграв по общему количеству голосов, но выиграв по голосам выборщиков в нужном количестве штатов. Повторение подобной электоральной карты в 2020 году возможно, но маловероятно – такая ситуация в США случалась лишь четыре раза (в 2000 году так впервые победил Буш-младший).

При этом угроза потери Трампом контроля над Конгрессом на промежуточных выборах в ноябре остается достаточно высокой. В Палате представителей демократам нужно получить на 24 места больше, чем сейчас, что в целом реально. В Сенате республиканцы, вероятно, сохранят перевес в один–два голоса. Контроль демократов в Палате представителей – если удастся его получить – парализует президентство Трампа до 2020 года, все инициативы президента будут блокироваться, начнутся бесконечные расследования предыдущих его действий, примерно как это устроили республиканцы в отношении Обамы после его победы в 2010 году. Импичмент, однако, невозможен из-за контроля республиканцев в Сенате.

В этом смысле приглашение Трампа Путину посетить Вашингтон уже этой осенью (решение принято спонтанно, без проработки советниками) выглядит как намерение американского президента сразу же вовлечь Путина, как единственного союзника, в борьбу со своими врагами. Если визит пройдет до промежуточных выборов 6 ноября, он станет фактором прямого вмешательства (с соответствующими массовыми протестами). Если он пройдет после выборов, на которых демократы вернут себе контроль над Палатой представителей, новостным фоном визита станут разоблачения и расследования в Конгрессе действий Трампа и его команды. Ну и в дополнении ко всему в октябре ожидается доклад спецпрокурора Мюллера по итогам расследования о российском вмешательстве. Было бы лучше пригласить Трампа в Москву на 9 мая.

Похороны отношений

Российское вмешательство в американские выборы в 2016 году и предпринимаемое после Хельсинки прямое включение Москвы в политическую войну в США в «едином фронте с Трампом и его твердыми избирателями» (среди которых распространено «патриотичное мнение», что российское вмешательство в выборы было оправдано, потому что не победила Хиллари Клинтон) практически гарантирует, что в случае поражения Трампа на выборах нынешнее дно в российско-американских отношениях будет многократно пробито. Следует ожидать «акций возмездия». После Хельсинки и твитов Трампа, что ему удалось поладить с Путиным, на фоне его оскорблений в адрес американских спецслужб и нежелания делиться со своей администрацией информацией о договоренностях с Путиным, мы уже имеем призывы в Сенате США к введению новых санкций против России, куда более неприятных, чем пресловутый CAATSA.

Но, возможно, цель Путина не в улучшении российско-американских отношений – это не более чем риторика. Цель в дальнейшем ослаблении США и американских внешнеполитических позиций путем эскалации внутриполитической войны на уничтожение между Трампом и его врагами, прежде всего в госаппарате США, паралич американской внешней политики, усиление разногласий и конфликтности в отношениях США и их союзников. Это понятные и даже легитимные цели, вопрос только в том: принесет ли их реализация России пользу.

Возможно, как считают некоторые американские эксперты, Путин уже в 2016 году понимал, что вмешательство в выборы похоронит российско-американские отношения, и пошел на это сознательно (я считаю это маловероятным). Сегодня Москва в отношениях с США продвигает полностью негативную повестку, сознательно усиливая конфронтацию и угрожая срывом в военную эскалацию, применяя преимущественно пропагандистские приемы (к войне с США Кремль, разумеется, не стремится) как способ «увеличить цену» для американской внешней политики, принудить США к диалогу с РФ на российских условиях и к принятию российских требований. При таком понимании решение «выступить единым фронтом с Трампом» выглядит как операция прикрытия, легенда для проведения враждебной политики. Как еще объяснить очевидный цинизм ситуации, в которой Москва борется с теми силами в США, которые как раз выступают с позиций «защиты суверенитета» и «противодействия иностранному вмешательству во внутренние дела» – ценностей, которые Владимир Путин отстаивает уже 18 лет во главе России. Трамп в таком случае выглядит инструментально – как таран для разрушения Запада, и задача только в том, чтобы он оставался в Белом доме партнером Владимира Путина до 2024 года, а что будет потом, станет проблемой совсем других людей.





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2018.12.17 18.51.36ENDTIME
Сгенерирована 12.17 18:51:36 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3109280/article_t?IS_BOT=1