Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать
Канарские острова, Мадейра, 01 декабря - 15 декабря

Все мероприятия >>



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 


-> Публикации пользователей  История 

Питание заключенных в Российской Империи

Nedobriy
2446 дней
 3394.24
corporatelie   
26.08.2018 12:30
публикатор Nedobriy [nedobriy]  
Темы: российская империя , россия , ссср , условия жизни

Группа советских товарищей тут рассказывала об ужасах жизни на царской каторге. По сравнению с раем в СССР. Поскольку возможность возражений предусмотрительно отключена, выкладываю 2 статьи специалиста по теме. Излишне подробно, но много цифр. В качестве возражений принимаются советские документы с указанием норм питания и калорийности.
И да, автор статей (и я) в курсе, что в начале 30-х советская власть устроила в том числе и в пенитенциарной системе гуманитарную катастрофу, впоследствии ситуация улучшилась. Это можно не повторять, ссылки на более поздний период тоже будут интересны.



Питание заключенных в Российской Империи 1880-1917г:Нерчинский каторжный комплекс

Оригинал взят у corporatelie в Питание заключенных в Российской Империи 1880-1917г:Нерчинский каторжный комплексВ Восточной Сибири каторжные тюрьмы были сосредоточены в Забайкальской области Нерчинского горнозаводского округа и в селе Александровском Иркутской губернии, известные российской и зарубежной общественности под названием Нерчинской каторги и Александровского централа.
Предыдущие части:
1.Питание заключенных в Российской Империи 1880-1917г:нормы губернских и уездных тюрем.
2.Питание заключенных в Российской Империи 1880-1917г:ИАО, пересыльная система и тюрьмы Польши.
3.Питание заключенных в Российской Империи 1880-1917г:нормы каторжных тюрем.
4.Питание заключенных в Российской Империи 1880-1917г:Александровский каторжный централ

Очерк является черновиком и оформлен без корректного цитирования. Оформлением займусь позже ближе к публикации на бумаге. 

О питание каторжан в Александровском централе был мой предыдущий пост.

Сегодня мы познакомимся в пищевыми табелями самой старого и известного каторжного комплекса дореволюционной России.

Особое место в системе мест заключения до революции занимала Нерчинская каторга, находящаяся в ведении Кабинета Его Императорского Величества. Организация деятельности Нерчинской каторги регулировалась специальными Правилами об управлении Нерчинской каторгой. Управление каторгой возлагалось на Военного губернатора Забайкальской области с предоставлением ему права определять штатную численность надзирателей и размеры денежного содержания в пределах отпускаемых казной сумм.


Нерчинская каторга, перестроенная заново в 1885-1890 г.г., состояла из семи постоянных тюрем: 1-го разряда - Акатуйской, Алгачинской, Горно-Зерентуйской и Кадаинской, 2-го разряда - Александровской, Кутомарской и Мальцевской, а также из нескольких временных арестантских бараков, разбросанных на территории округа вблизи золотых приисков. К 1907 г. Нерчинская каторга располагала 1284 штатными местами, рассчитанными на содержание заключенных тюремного разряда, и еще 120 - в лазаретах, обустроенных при Алгачинской, Акатуйской, Горно-Зерентуйской и Александровской тюрьмах. Арестанты внетюремного разряда жили частью в казенных помещениях, а некоторые в своих собственных землянках, сооруженных из глины, хвороста и камня. В Горном Зерентуе для детей ссыльнокаторжных функционировал детский приют.


Эсеры в Акауте, 1900-е. Справа сидит,- Л.Г.Гершуни. Особенно вдохновляет умученный пленник царизма по центру.

О том, как фактически задействовали заключенных Нерчинской каторги можно судить по отчетным документам ее Управления по состоянию на июнь 1910 г. Всего отбывало наказание 3791 чел., в том числе 405 политических (10,5 %), 3543 мужчины и 248 женщин (6,5 % к общему числу). Из этого количества различными видами трудовой деятельности было охвачено 134 политических (33,08 % от их численности) и 2831 уголовников (83,36 %), всего 2965 чел. или 78,2 % от всего контингента. Из 826 не занятых работами 216 являлись больными, 293 относились к категории слабосильных и совершенно не способных к труду (инвалиды, престарелые и т.д.), 365 чел. не использовались на внешних работах из-за отсутствия профессиональных навыков и 121 из-за отсутствия работы для них. Казалось бы уровень вовлечения заключенных в различные формы физического труда был достаточно высок – 3305 чел. из 3791 или 87 %, но на золотых промыслах трудилось всего 797 каторжан (21 % к общему количеству, 27 % к числу занятых). Основная масса заключенных была занята на бесплатных работах по обеспечению функционирования комплекса: хлебопеки, кашевары, слесари, бондари, столяры, трубочисты, строители, огородники, конюхи и т.д.(ГАИО, ф. 25, оп. 6, д. 3702, лл. 41-44.)

Таблица 1. Пищевая табель для Нерчинской каторги 1880-1908гг.
Photobucket

Источник:Таблица составлена на основании данных, опубликованных в журнале КАТОРГА и ССЫЛКА, N 2 за 1921 г., а также мемуаров каторжан. Рапорт о состоянии тюрем и об этой раскладке подписан ротмистром корпуса жандармов Васильевым.

Калорийность:для неработающего,- 2500, для работающего,- 3500 ккал.


Таблица 2.Пищевая табель для каторжных тюрем после общеимперского циркуляра 1912-1917гг.
Photobucket
Источник:ГА РФ Ф. 122. Оп. 1. Ч. 1. Делопроизводство 1. Д. 6592. Л. 11

Калорийность:обычная порция,-2700-2800 ккал.
                        усиленная порция,- 4500 ккал

Согласно данным института питания, энергетические затраты горнорабочих на поверхностных работах (высокая интенсивность труда) составляют в зависимости от возраста 3450 – 3700 калорий, на подземных работах (особо высокая интенсивность труда) – 3900 –4300 калорий. (Пилясов А.Н. Закономерности и особенности освоения Северо–Востока России (ретроспектива и прогноз). – Магадан, –1996.– С. 74.).




Питание каторжан-женщин Нерчинской каторги в 1880-е.:мемуары.
Чтобы выжить, женщины и решили объединить в общую кассу все денежные поступления от родственников и друзей с воли. Появилась она не сразу, и становление женской артели происходило долго и конфликтно. До 1884 г. хозяйство в женской тюрьме велось по группам, и в каждой группе была своя касса взаимопомощи. Только с появлением народоволок возникла организация, объединившая весь состав женской тюрьмы, а все поступавшие деньги стали считаться общими [Ковальская Е. Женская каторга. Из воспоминаний Е. Н. Ковальской // Карийская трагедия. Пг., 1920; Прибылева-Корба А. П. «Народная воля». Воспоминания о 1870–1880 годах. М., 1926. С. 116. ]
.
Наличие артели в женской тюрьме подтверждает в своих воспоминаниях Е. Ковальская. Она также свидетельствует о существовании периода, когда женщины в экономическом отношении делились на группы. Были даже и такие, которые не входили ни в одну группу, причина этого заключалась в том, что они не имели возможности получать материальную помощь, могли располагать только пайком.
Артель в женской тюрьме создана была и для того, чтобы помочь всем, кто не имел помощи от родных. И, несмотря на то, что в коллективе женщин вспыхивали споры по идеологическим мотивам, артель не распадалась, она не прекратила своего существования и в начале 90-х гг. после упразднения каторжной тюрьмы на Каре. Тогда женщин перевели на содержание вне тюрьмы, они взяли и объединились с мужчинами и даже расширили хозяйственную деятельность. Стали шить на всех одежду, завели корову, заготавливали для нее сено, на зиму сообща готовили дрова, устроили общую кухню.
Артель возглавлял выборный староста. Первой на эту должность была избрана Е. Брешко-Брешковская. Среди политкаторжанок сложилось мнение, что у нее общительный характер, она легко и быстро сходилась с людьми, что она пользуется уважением не только у товарищей, но и местных жителей и по всем качествам подходит на должность старосты.
На плечи старосты ложились важные дела. Он являлся посредником в переговорах между коллективом заключенных и тюремной администрацией, так как только ему по договоренности между узниками доверялось вступать в контакты с тюремными чиновниками и надзирателями. Это негласное правило установилось в коллективе политкаторжан еще в 60-е гг. ХIХ в. Тогда же политкаторжане установили и другие правила поведения, назвав их «конституцией» [. Жуков И. Г. Воспоминания шестидесятника // Лит. Саратов. 1947. N 8. С. 60. ].

Этих правил несколько. Во-первых, не стоит заводить тесных отношений с начальством, но следует соблюдать элементарную вежливость, давая им понять свое превосходство. Во-вторых, не следует конфликтовать с начальством по мелочам. Протестовать следует только по принципиальным вопросам. В-третьих, претензии следует предъявлять такие, на исполнение которых можно рассчитывать наверняка, т. е. не обрекать себя на конфликт с безнадежным исходом. И, в-четвертых, если протест заявлен, надо идти до конца, иначе протест теряет свой смысл. Контролировать исполнение этих единых норм поведения, как и руководить материальным состоянием тюрьмы, должен был староста.


Для того чтобы улучшить питание, в тюрьме была устроена общая касса, которая пополнялась из денежных переводов, присылаемых с воли родственниками и знакомыми, а также из средств, заработанных в тюрьме. Начальство каторги не запрещало пользоваться этими средствами, так как понимало, что без дополнительного питания заключенные просто не выживут.

Староста распределял эти средства, а все покупки совершала надзирательница, у нее же хранились деньги. Она закупала для общего стола продукты питания, например, чай, сахар, сало, картофель, молоко. Она также обменивала ржаной хлеб, который выдавали в тюремном пайке, на пшеничную муку. Пшеничный хлеб подавался к чаю утром и вечером, а ржаной ели за обедом. Кроме продуктов питания на общие деньги покупали и предметы первой необходимости и для личного пользования: мыло, сальные свечи, спички, табак. Фактически, политкаторжанки покупали основную массу необходимых вещей и продовольствия.
Объем закупок зависел от количества средств в общей кассе. Если поступления были скудные, приходилось экономить и сокращать трату денег. Женщины вообще жили очень скромно. Экономя, они помогали мужской тюрьме, переправляя часть своих средств. Такие как Н. Армфельд довольствовались малым, отказываясь от молока, сахара и чая с белым хлебом. Все, что ей присылали из дома, отдавала товарищам. Из общей кассы помогали всем больным. Для них организовали усиленное питание. Так, Т. Лебедева и М. Коленкина на обед получали к супу еще и по котлете. Это экономическое единение спасало политкаторжанок от голода, болезней, т. е. помогало выживать.

Питание каторжан- мужчин на Нерчинской каторге в 1890е:мемуары.

Из статьи М.П. Орлова Об Акатуе времен Мельшина (Опубликовано в: Каторга и ссылка. Историко-революционный вестник / Под общ. ред. Ф. Я. Кона. Кн. 48. М., 1928.). автор описывает 1892-1893гг., годы самого страшного имперского голода.
М. П. Орлов - Народоволец. Был сослан в 1884 году в Западную Сибирь на 3 года, а по якутскому делу (восстания ссыльных против условий содержаний) приговорен к каторжным работам.
"Наши отношения с уставщиком Созоновым, главным представителем горного ведомства в Акатуе, были хорошие. Он даже старался заманить нас к себе под каким-либо благовидным предлогом, чтобы угостить. Но товарищи еще до нашего приезда постановили, что никто из нас не должен индивидуально улучшать свой пищевой режим. Этот ригоризм обижал обывателей. Чаще всего роль такого обидчика выпадала на долю нашего доктора, Л. Ф. Фрейфельда.
Паек тюремный в то время был таков: мясо — 32 золотника(134г.) работающим в горе, остальным рабочим — 24 зол.(96г.), а инвалидам баланда без мяса. Щи всегда варились с большим количеством тараканов, которых, впрочем, повар перед раздачей пищи тщательно вычерпывал шумовкою. Хлеб зато был превосходный, так как печь его обучал арестантов сам Архангельский. Мы мясо редко брали, так как староста, обычно высморкавшись в руку, руками же делил куски. Выходило неприятно, и мы избегали мяса. По средам и пятницам полагалось постное, при чем гречневая баланда варилась из-за экономии с коровьим салом, невзирая на пост. Мы получали деньги от родных и друзей довольно регулярно, но тратили их только по инструкции на табак, чай, сахар, хлеб не больше 3–4 рублей в месяц на человека. Чтобы улучшить котел, мы давали в постные дни мясо и муку для лапши к обеду, а к ужину из скопленной казенной гречневой крупы варилась крутая каша. Кроме того, раз в неделю мы давали уголовным по восьмушке табаку каждому. Летом с питаньем становилось хуже, так как мясо заготовлялось на зиму и весну с осени, и к лету оно достаточно портилось. От обеда шел такой тухлый запах, что мы уходили на это время во двор. К тому же часто варилась брюшина, плохо промытая, и как мы ни боролись против этой брюшины в обеде, она продолжала готовиться по твердому решению Архангельского. Единственная льгота, которой мы в этом отношении добились, состояла в том, что брюшина варилась отдельно и подавалась желающим.

Самое тяжелое было не голод, а напряженное нервное состояние." конец цитаты.
Photobucket

Въезд в Акатуйскую каторжную тюрьму

Еще один примечательный отрывок.
Любопытный диалог между политическим народником Якубовичем и уголовным в 1890е на каторге:
"-- Да и без карцеря пропадешь. Ты как жил на Покровском-то?(Один из рудников Нерчинской каторги- прим. corporatelie) Там у тебя завсегда табачок был, и молочка и мясца прикупывал. А здесь ты на какие же купила купишь?
Я решился полюбопытствовать, откуда же в Покровском брались у арестантов деньги.
Высокий, богатырского сложения старик с рыжевато-седыми бакенбардами, Гончаров по фамилии, видимо, был обрадован тем, что я нарушил молчание, которое упорно до тех пор хранил, и оживленно начал объяснять мне:
-- Вот видите ли, в чем дело, -- начал он... там, на Покровском, дают старательские.
-- Это что же такое?
-- Работа рудничная за плату так зовется -- сверх, значит, казенных уроков. На казенной работе, безо всякой, то есть, корысти, только чтобы розог аль карцера не заслужить, сами скажите -- зачем стану я изо всех жил тянуться? Да наплевать мне на их работу! Я лучше так просижу на отвале * али нарочно даже испорчу то, что другой уже сделал и сдал нарядчику. Сробил мало-мало что нужно, и сижу, трубку курю.
Вот видит горное ведомство, что на казенных уроках далеко не уедешь, а серебряная руда покровская между тем первый сорт: втапоры ей одной, почитай, все дело держалось. Ну, и учредили старательские. Определили нам жалованье: столько-то рублей за кубическую сажень выработки. И, боже ты мой! Откуда тогда что взялось! И люди, и сила, и охота бурить. Сделаешь сначала казенный урок (сполна десять верхов), а потом, не переводя духу, отбухаешь еще двадцать старательских! И помни зато: у каждого и табачок был, и молочко, и водочка... И в. карты хватало поиграть. Ничего не имел тот разве, кто работать не хотел. Малахов, например, тот весь день спал, зато и жил голодом.
-- Почему голодом жил? А казенная пища?
-- Казенное мясо он за табак продавал. Да и какая ж еда казенная баланда!
-- Но почему же он не работал? Ведь он, кажется, здоровый человек.
-- Медведя повалит... Да просто не хотел... Лень-то, пословица говорит, прежде нас родилась. “
Между тем старик Гандорин принес из кухни небольшой бак с "крошонкой", то есть с мелко нарезанным мясом, полагавшимся на двадцать человек нашей камеры. На каждого арестанта в нерабочий день отпускалось 32 золотника мяса(134 г.), а в рабочий 48 золотников(204 г.).
Принесли ведро такого же жидкого, как вчера, кирпичного чаю и стали пить. Так как свои чашки имелись не у всех, а казенных еще не выдали, то по нескольку человек пили из одной, а кто и просто ложкой хлебал из ведра. Принесли и хлеба. На каждого приходился паек в 2 1/2 фунта(1000 г.-corporatelie) (в рабочие дни 3 фунта(1227 г.-corporatelie) (Цитата по Якубович П. Ф. “В мире отверженных. Том 2.)

<........>

-- Да ведь сами ж вы жалуетесь, -- сказал я, -- что казенный обед в других тюрьмах настоящие помои? Ведь этак нельзя жить целые годы: .замрешь!

  -- Там не замрешь! ---отвечал мой собеседник.-- Там у каждого есть деньги. Там я к казенной-то баланде за грех считал и притронуться. И баланду и кашу в Покровском у нас целыми ушатами надзирательским свиньям относили.

  -- Хорошо, если есть старательские, -- не унимался я, -- но не во всех ведь рудниках они есть, да и работать там могут только самые сильные.

  -- Да разве только старательские одни! Вы нашего брата еще не знаете, .вы как дите малое: все-то вам разжуй да в рот положь...

  -- И то еще скажет: ложь! -- срифмовал Железный Кот.

  -- У нас много доходных статей, и каждый может найти свою точку. Кто в карты выиграет, кто на стреме постоит, надзирателя покараулит -- за это тоже свою долю получит; кто водкой торгует, кто из семейных пирожками, молоком, кто карты у себя держит. Да боже ты мой! Мало ли сколько изворотов найдет смекалистая башка! Прачка -- тот полотенце мне выстирает, я ему заплатить сколько-нибудь должен, потому это не казенная работа. Другой болезнь какую измыслит себе, в больницу ляжет: молоко али мясо продаст за несколько дней -- вот на табачишко и есть. А проигрался в пух и прах -- казенную вещь можно спустить. Ну, конечно, шкурой иногда платиться приходится: так ведь это нашему брату то же, что в баньке попариться... Ха-ха-ха! Еще в пользу идет --кровь разгоняет... Таким вот манером и живут."конец цитаты.


В доказательство огромной роли присылаемых денег в деле улучшения питания арестантов до революции приведу еще один отрывок из воспоминаний Якубовича:

"Взявшись втроем под руки и прогуливаясь по коридорам тюрьмы, мы весь день провели таким образом в самой оживленной беседе. Я спросил, между прочим, товарищей об их денежных средствах. Оказалось, что оба они рассчитывали получать от родственников по двадцати рублей ежемесячно.

  -- Отлично! -- воскликнул я. -- Почти столько же могу получать и я. Но, пока я жил здесь один, эти деньги были мне почти ии к чему, так как помогать всей тюрьме на такую ничтожную сумму невозможно, а пользоваться ими одному тяжело и неприятно. Теперь, если вы согласитесь, мы устроим дело так, что вся тюрьма будет жить в материальном отношении сносно.

  -- Разве это мыслимо при бюджете в шестьдесят рублей?

  -- А вот судите сами. Тюремное население не превышает обыкновенно ста двадцати человек, в редких случаях достигая ста пятидесяти и больше. Прежде всего арестанты страдают от отсутствия табаку(Любопытная деталь. Отчего же страдали в 1939 году жители Дальстроя?- corporatelie). Полутора фунтов махорки в неделю совершенно достаточно для одной камеры, в качестве прибавки к тому табаку, который арестанты могут выписывать сами. Считая с кухней десять камер, мы должны будем покупать полтора пуда махорки в месяц.

  -- А сколько стоит махорка?

  -- Сорок копеек фунт. Значит, полтора пуда -- двадцать четыре рубля... Это самая крупная статья расхода. Если затем в постные дни прибавлять в котел по одному пуду мяса, то баланда, наверное, получится великолепная. Баранина стоит здесь два рубля пуд. Следовательно, улучшение пищи в постные дни обойдется нам в месяц (восемь постных дней) в шестнадцать рублей. На остающиеся двадцать рублей мы можем иметь байховый чай, сахар и табак для себя и еще делать изредка, в праздничные дни, прямо роскошные обеды для всей тюрьмы, прибавляя, например, по полпуду мяса к казенному пайку.

  -- Но позвольте! Что скажет на все это Лучезаров?(штабс-капитан, начальник каторжной тюрьмы- сorporatelie)

  -- Ничего. Он сам неоднократно заявлял публично, что улучшения общего котла законом разрешаются. Беда была в том только, что арестанты держатся на этот счет своего особого мнения: коммунальными теориями их не соблазнит и сам закон, и ни одного такого благодетеля тюрьмы до сих пор не отыскивалось. А богатые люди есть и среди них...

  -- Итак, Иван Николаевич, наша многолюдная артель единогласно избирает вас своим старостой. Вы так отлично все эти дела знаете. Да и с Шестиглазым у вас установились уже определенные отношения.

  Я, не споря, принял бразды правления, переговорил немедленно с экономом и заказал ему табак и мясо для ближайшего постного дня. Услыхав о нашем желании кормить на свои деньги всю тюрьму, толстый эконом хихикнул, очевидно считая меня с новыми товарищами отчаянными олухами, но противоречить ни в чем не стал и на другой же день доставил пятнадцать фунтов махорки.

  -- Начальник смеется, -- сообщил он при этом, широко улыбаясь, -- никому б, кроме вас говорит, не позволил в тюльме майдан устлаивать.(дело в том, что штабс-капитан Лучезаров с политическим врагом государства часто беседовал и отдавал книги, которые мать присылала узнику революции в Сибирь.- сorporatelie)

  В ближайший постный день, …… вместо тошнотворной кашицы с иллюзией сала на столе появилась прекрасная баланда с мясом.( Якубович П. Ф. “В мире отверженных. Том 2)

Враг режима заказывает на свои деньги баранину и махорку и недоволен 1200г. хлеба, за которые советские з/к выдавали 100% трудового плана на Колыме в нечеловеческих условиях.


Питание заключенных-женщин на Нерчинской каторге в 1900-е:мемуары.

"Жили мы в буквальном смысле этого слова коммуной. Все получаемые деньги, посылки и книги становились общей собственностью и шли в общее пользование.
Деньги получали сравнительно немногие. Главным подспорием были ежемесячные получки Саней Измайлович и Марусей Беневской по 50 р., а также получка Зиной Бронштейн и еще двумя-тремя по 25 р. в месяц. Большинство же получало нерегулярно, от случая к случаю, самыми разнообразными, подчас очень мелкими суммами. Все получаемые с почты деньги вручались нашему экономическому старосте. Деньги выдавал начальник тюрьмы, причем на почте довольствовались его расписками. Возможно, что такого рода получение денег без наших расписок сопровождалось некоторого рода злоупотреблениями.

Питались мы большей частью скверно, потому что главное наше питание — казенная пища — была по-настоящему несвежей, невкусной и несытной.(охотно поверим Рачинской, без сарказма- прим.мое)


Официальная раскладка для приготовления пищи в тюрьмах Нерчинской каторги на одного человека (неработающего) в сутки показывала: хлеба — ок. 1 кг., мяса — 130 гр., крупы гречневой — 30 гр., картофеля — 100 гр., соли — 35 гр., сала топленого — 10 гр., луку репчатого — 12 гр., чаю — 4 гр., перцу — 2 гр. на 10 человек, лаврового листа — 1 гр. на 10 человек, капусты — 100 гр. Фактически же, кроме ржаного хлеба, казенная порция к обеду сводилась к щам из гнилой капусты с микроскопическим кусочком супного мяса, большей частью с душком. На ужин была гречневая кашица, скорее похожая на густой суп, а в холодном виде на кисель. Только по большим праздникам кашица заменялась пшенной кашей.
Баланда и каша изо дня в день сделалось каким-то символом тюремной жизни, и вечницы нам рисовались всегда едящими баланду и кашу.

В постные дни, т.е. в среду и пятницу, нам полагалось на обед или гороховый суп или постная рыбная баланда из кеты, в которой плавали какие-то рыбные кости и жабры. Кашицу мы все ели большей частью со смехом, побалтывая ложками и кое-как насыщались ею, если до нее не было ничего своего. Пригоревшая кашица почему-то напоминала Марусе Беневской рисовую кашу на молоке и уплеталась ею с большим аппетитом.
Кухня была в руках уголовных и, чтобы получить из общего тюремного котла суп, а не одну воду, нам приходилось идти на хитрости и посылать за ними на кухню вместе с дежурной еще кого-нибудь, умеющего брать. В противном случае на наш стол попадала баланда со дна а “сливки” шли уголовным.

Выдаваемый нам черный хлеб, несмотря на постоянный голод, мы ели очень мало, и большая часть этого хлеба шла уголовным. Мы его выносили на коридор, и уголовные его систематически разбирали.( Для Колымы 1938г.- парадоксальная деталь,- прим.мое) Но когда мы узнали, что уголовные также этот хлеб не едят, а выменивают его на что-либо другое, мы начали его использовать иначе.
Начальник тюрьмы предложил нам взамен ненужного черного хлеба выдавать в несколько раз уменьшенную порцию белой муки, которую мы отдавали печь за ограду тюрьмы крестьянам. Таким образом мы имели большое подспорье в виде 3 — 4 фунтов белого хлеба на человека в неделю.
К казенному питанию мы покупали на получаемые деньги приварок. На добавочное питание нам полагалось тратить по 4 р. 20 к. в месяц на человека. Выписка производилась нами 1 раз в 2 надели. Выписывали чай, сахар, картошку, иногда кету, изредка рис, яйца.
Однако, благодаря тому, что часть наших денег уходила на разного рода расходы, нам часто не хватало денег для израсходования полагавшейся нам нормы на питание в 4 р. 20 к. Деньги уходили на покупку мыла, письменных принадлежностей, зубного порошка, тазов для умывания, экстренных телеграмм, снаряжения малосрочных на волю, выписки для уголовных и т. д. Был даже случай, когда из общих денег была выдана значительная сумма одной из краткосрочных каторжанок для побега с поселения.

В разные периоды питание наше то улучшалось, то ухудшалось, в зависимости от количества получаемых денег, наличия сидевших в тюрьме и т. д. Большей частью жилось все-таки голодновато, и помнится долгий период — что-то около года — когда для нас самым большим лакомством была картошка.


Всеми денежными делами и закупкой продуктов ведал экономический староста. Экономическими старостами перебывало у нас несколько человек: Ольга Полляк, Рива Фиалка и Маруся Беневская, Елизавета Павловна Зверева и Надя Терентьева. Очень долго старостой была Елизавета Павловна Зверева, всегда серьезная, никогда не поддающаяся соблазнам момента и рассчитывающая надолго вперед. Благодаря этому мы могли более или менее равномерно прикупать приварок. Но от Ольги Полляк Елизавета Павловна получала портфель с большими долгами и, чтобы восстановить равновесие, ей приходилось беспощадно урезывать выписку.
И вот, однажды, помнится, сильное желание какого-либо разнообразия в пище и сытости в желудке привело к министерскому кризису. Нам показалось, что другой староста внесет какую-то новую струю в наше питание. Заменить Елизавету Павловну взялась Зина Бронштейн и Рива Фиалка. 

Photobucket

Террористки-эсерки, убийцы лиц исполнительной власти, пьют чай в Мальцевской женской каторжной тюрьме,  система Нерчинской каторги 1900-е.

Дело было летом и, к великому нашему удовольствию, мы в течение недели или двух получали зеленые огурцы, ягоды и другие вкусные вещи. Все шло хорошо, но через месяц выяснилось, что, благодаря экспансивности наших старост, в нашем бюджете опять произошел прорыв, и мы на некоторое время будем лишены необходимых продуктов. Так закончилось хозяйничанье Зины и Ривы, и Елизавета Павловна снова вступила в свои права, заглаживая дыру, получившуюся в результате политики момента.

Все выписываемые продукты — сахар, мыло, марки, табак и т. п. вначале совсем не делились по порциям, а расходовались по потребностям. Но по мере увеличения нашего коллектива и урезки выписки, введены были порции йа все предметы и даже на белый хлеб. Табак стали выписывать только для давно курящих.

Жизнь коммуной в Мальцевской тюрьме продолжалась до самого конца, хотя, помнится, были некоторые настроения отъединиться от коммуны, “индивидуализироваться”. Такая попытка была сделана Зиной Бронштейн, которая и жила некоторый период на своем пайке, на который ей выдавалось 7 рублей в месяц. Остальные получаемые ею деньги шли в общее пользование. Такие же настроения были и у Поли Шакерман, но, насколько помнится, она из коммуны не выходила.

Большим подспорьем для нас было получение посылок с воли, большей частью приходивших к праздникам или к каким-нибудь семейным торжествам, вроде рожденья. Посылки были для нас особенно ценными не только потому, что на воле о нас заботились, но и потому, что они разнообразили наше питание. В посылках иногда получались продукты, которых мы никогда не имели возможности выписать, а также сладкое.

Содержимое посылок, за исключением носильных вещей, делилось поровну, если даже и приходилось делить на очень мелкие части. Бывали особенно трудные посылки, когда приходилось делить конфетку на 3 части. Но у нас были такие виртуозы-делители, которые на этом деле набили себе необычайный глазомер и делили до крайности точно. Иногда эта виртуозность доходила до того, что монпансье даже делилось по цвету.

Вспоминается один очень комический и показательный случай с посылкой. Однажды Маруся Беневская получила из Италии от своих родных прекрасный торт. Хотя каждому из нас достался микроскопический кусочек, но мы были довольны, так как этот кусочек торта показался нам очень сытным и, по мнению большинства, “лег камнем в желудке”. Через некоторое время Беневская получила длинный рецепт о том, как и сколько времени надо печь торт. Оказалось, что торт “лег камнем” потому, что мы по незнанию съели его сырым.
Источник:Нерчинское землячество Литературная комиссия 19/XII-1934 г.Воспоминания эсерки Фиалки-Рачинской. ГАРФ, ф.533, оп.1, д.1095, л.54-65

Выводы и итоги.

Можно констатировать следующее.
1.Несмотря на то, что казенный паек совсем не соответствовал идеалу вкусной и здоровой пищи, его количество позволяло заключенным жить достаточно спокойно и не опасаться голодной смерти в этот период.

2.Огромную роль в улучшении питания арестантов играли посылки с воли и возможность выписывать еду за деньги, а также обменивать черный хлеб на муку у вольных крестьян.

3.Очень глупо идеализировать дореволюционную тюрьму. Но у деградации и озверения может быть масса подкатегорий и ступеней. Каторжная  тюрьма 1880-1917гг, по сравнению с лагерями 1930-х, представляла собой достаточно любопытный парадокс. Безусловно, бывали неагативные прецеденты с выдачей питания и в этот период.

Наивно строить иллюзии на тему выдачи продjвольствия в тюрьмах до революции. Ясно, что ресторанного качества от казенной баланды ожидать было сложно, на то она и тюрьма, тем более того времени.

С другой стороны, принципиальным мне кажется два момента,- во-первых, скажем так, "калорийная мощь" казенной дореволюционной пайки на каторге.

В реальности пища могла быть тухловатой, невкусной, залежалой. Но.

3500- 4000 ккал для работающего,- абсолютно точно,- отстуствие голодной смерти, это даже переизбыток калорий. Пускай углеводов много,  будут проблемы с желудком и пр.

Но для Нерчинской каторги 1880-1917гг. справедлив вывод сделанный для Александровской каторжной тюрьмы в прошлой моей статье,- о вымирании каторжан от голода речи не шло определенно.

Например, 2600 ккал для неработающего(!),- это на 500 ккал больше, чем лагерная норма ГУЛАГа 1934г. И ее давали просто обыкновенным неработающим тюремным сидельцам, в то же время как в ГУЛАГе заставляли делать руками такие работы, которым и экскаватор мог позавидовать.


Умереть в царской тюрьме была куда проще от тифа, холеры или воспаления легких, нежели чем от алиментарной дистрофии.Дистрофиков с полузверином обликом на каторге в 1880-1917гг. не было в сколько бы то ни было заметных масштабах, по крайней мере об этом свидетельствует и статистика смертности, и заболеваемость цингой, и мемуары.

Это не означало, конечно, что на каторге было приятно сидеть,отнюдь. Опасность умереть или подорвать свое здоровье там была достаточно большой. Но все в этой жизни относительно.

Подмечайте самую интересную деталь,- паек на каторге мог быть тухлым, с тараканами, невкусным, несвежим, не подходить по вкусу тому, к чему привыкли господа революционеры вкушать на воле, но заключенный никогда не сетовал на то, что он страдает от дистрофии,- как там выразилась эсерка Биценко- жилось "голодновато", ей вторит Орлов,- "самым тяжелым было не голод, а напряженное нервное состояние".

Заключенные трагично и пафосно метались между невкусным и ненужным(с) черным хлебом(1200г.- cтахановская пайка 1930-х), который скармливали уголовным из сострадания(!)(Попробуйте об этом рассказать В.Шаламову, например) и монпансье с итальянским тортом, который все-таки доходил в далекую Сибирь.

Судя по мемуарам, арестанты были вполне деятельны, в целом,кроме самых слабых и болезненных, не деградировали ни физически, ни интеллектуально. Да, безусловно, болели, слабели, тюрьма есть тюрьма, особенно каторжная и  в условиях XIX- нач.XX века. Не ели фаршировонных рябчиков, казенная баланда могла быть тухлой,  но получали посылки с воли, меняли хлеб на месте,- имели банальные силы и средства для того, чтобы улучшать свое положение, предпринимать какие-то меры, даже если казенная пайка подводила.

И самое интересное,- никакой связи между количеством пайка и выполненной работой. Всем по закону положены четко очереченные "твердые" нормы питания,- если работал,- усиленное питание, если не работал,- норма для неработающего. У советских з/к все было принципиально по другому. Об этом еще подробный разговор впереди.

Просто сравните описанное выше,- вот с этим.

Нормы питания были достаточно условны. Начальник УСВИТЛа Е. И. Драбкин признавал, что «сильные получают, а слабых обворовывают». Начальник ЗГПУ Краснов отмечал на совещании в 1939 г.: «Я ни одного дня не видел, чтобы по приказу N 533 лагерникам отдавали, что им поло­жено. У нас есть недоедание. У меня есть распоряжение Ходырева, чтобы давать лагерникам то, что положено, но чем давать?» [ПХСД МО, ф.-1, оп. 2, д. 125, л. 39].

В 1939 г. производственный сектор и лагеря Дальстроя попали в катастрофическое положение.

Начальник лагеря ЮГПУ Федорович говорил, что «лагерь юга - лагерь старый, поэтому у нас жилищно-бытовые условия значительно лучше, чем в других лагерях, но питание нас собствен­но и срезало. В конце сентября, когда еще резче сократился подвоз продовольствия... мы сели из-за продуктов. ...При бездорожье... мы носили все на себе, мы высылали заключенных на базу, и они оттуда приносили продукты и обмундирование. ...Контингент у нас такой - 70% спец-учетников, так называемых каэровцев»[Там же. Лл. 37, 59].

На совещании руководящего состава Дальстроя начальник СГПУ Флоров докладывал, что «в янва­ре-феврале все компрессоры стояли из-за отсутствия горючего, в марте испытывали затрудне­ния с продовольствием, и мы остались без взрывчатки... Были огромные недостатки в снабже­нии... Если в июне... мы получали 96% продуктов, то в июле лишь 86%, в августе - 67%, в сентяб­ре - 56% и в октябре - 55%. Мы не могли накормить людей даже по 3-й категории лагерников(3-ая категория,-1800 ккал- прим.мое- corporatelie) ... А 3-я категория, как Вы знаете, выдается тем, кто почти не работает, т. е. при выполнении нормы менее 60%. ...Я помню передовую статью в газете "Советская Колыма", где говорилось, что на западе нашлись идиоты, которые смазывают механизмы экскаваторов и тракторов мы­лом, правильно, нашлись. Мы смазывали... не только мылом, но даже парафиновыми свечами... На все СГПУ на 18 ноября мы имели 37 т муки, 300 кг макарон, 200 кг сахара» [Там же. Лл. 4, 5].

На многих приисках заключенные получали по 100-200 г хлеба в сутки, а «на пр. "Одинокий" ухитрились вообще не кормить лагерников по несколько дней. А их там было более 500 чел.».

Флоров сказал, что «у нас были такие случаи, когда целый ряд бригад качались от голода» [Там же].

Нормы питания 1932-1933-1934гг. для лагерей ГУЛАГ ОГПУ.

corporatelie

May 11th, 2012

Закончив с дореволюционной системой, попытаемся разобраться как питались заключенные советских лагерей в самый мрачный отрезок своего существования мирного времени,- в период 1930-1941гг. Нормы 1920-х не беру пока принципиально, хотя они мне известны.

По традиции, будем использовать компаративистскую методологию,- постараемся провести параллели с дореволюционной тюремной системой, а также возьмем материалы по калорийности потребления в кризисные периоды история человечества, чтобы наконец понять, насколько адекватным с точки зрения минимальных медицинских норм было питание советских лагерников в этот период. Опираюсь на мемуары лагерников в первой части просто для дифференциации источниковой базы, основной материал,- именно документы ГУЛАГа и других ведомств. Цифры, цифры, цифры.

Один документ, который мне удалось добыть в РГВА, не публиковался ранее вообще нигде, поэтому, думаю, будет интересно.



I.Метод Френкеля как негативное новаторство.
Прошу прощения за самоповторы, но я считаю метод Френкеля предельно любопытным явлением, которое напрямую влияло на повышение смертности в советской пенитенциарной системе, поэтому он заслуживает отдельного подробного рассмотрения.


Дело в том, что если мы взглянем на проблему питания в историческом национальном контексте, то можно сразу заметить, что до революции и даже в 1920-е не было никакой взаимосвязи в получении продовольственного пайка, далеко не идеального, часто в реальности меньше заявленного, но во всех случаях нормативно более крупного, чем 70-80 лет спустя в той же стране при другом режиме.

1920-е как инерция "старого режима".
Самое любопытное, что в 1920-е годы советская система по некой инерции продолжала исповедовать “старорежимные” концепции в очень многих административных нюансах, в том числе и в вопросах формирования пайков. Советская пенитенциарная система 20-х годов в плане организации выдачи питания еще находилась в очевидной преемственности к имперской,- еще не было ни огромной системы трудовых лагерей, ни невиданного для дореволюционных тюрем числа заключенных (рост был в среднем в 15-20 раз к концу 1930-х), ни принципа Френкеля, положенного в основу уникального эксперимента в рамках преобразования системы выдачи питания в тюрьмах и лагерях.

Очень неплохо описал этот переход В.Шаламов, попробовавший на себе и старорежимную пайку 1920-х (срок отбывал в Вишерском лагере в 1920-х), и ‘чисто советскую”(срок отбывал в СевВостЛаге в 1930-1950-е):

Кормили тогда(в 1920е- прим.мое) по-особому. Еще никто не додумался сделать из пайки средство выколачивания плана – каждый получал один и тот же казенный паек, арестантскую пайку. Каждый имел право на восемьсот граммов хлеба, на приварок – каши, винегреты, супы с мясом, с рыбой, а то и без мяса и без рыбы – по известным раскладкам на манер тюремных. Хлеб выдавался на каждый барак, и хлеборез барака резал пайки с вечера. И каждому клал на постель его пайку. В лагере никто не голодал. Тяжелых работ не было. На работе никто не понукал. Дневальные приносили к обеду в бачках суп и второе, и тот же хлеборез раздавал суп и кашу черпаком. Мясо было порезано на кусочки и выдавалось с весу. Вечером давали то, что положено вечером…

Перековка открыла, что унизительное принудительного труда – сущие пустяки, пережитки наивного XIX века, что из заключенного можно не только и не столько «выбивать» работу, а лишь достаточно ударить по животу и угрозой голода заставить арестанта работать, перевыполнять план. Довольно сентиментальностей. Заключенные будут сами пожирать друг друга, сами будут охранять друг друга – выписывать наряды, проверять, давать и принимать работу.

Перековка на Беломорканале привела к страшному растлению душ – и заключенных и начальства – и именно из-за процентов, из-за выполнения плана.

Перековка провозглашала, что только в труде, активном труде – спасение. Маленькие сроки перестали давать – сыпались пятерки и десятки, которые надо было разменивать по «зачетам рабочих дней» Теоретически считалось, что срок – «резинка»: хорошо работаешь, выполняешь высокий процент – получаешь большие зачеты, выходишь на волю. Плохо работаешь – тебе могут и сверх твоей десятки добавить. Было опытным путем доказано, что принудительный труд при надлежащей его организации (без всяких поправок на обман и ложь в производственных рапортичках) превосходит во всех отношениях труд добровольный. И это касалось не только черных работ, неквалифицированного труда. Нет, даже инженеры, осужденные по так называемым вредительским процессам, работали по своей специальности (или по любой специальности интеллигентного труда) лучше, чем вольные специалисты. Я участвовал в большом количестве совещаний по этому поводу и хорошо помню примеры, доказательства.

Лагерь, перестроенный на деловую ногу, уже не терпел той ненужной обслуги, а каждого человека старался использовать, чтобы он давал доход. Эта деляческая сторона перековки была ее душой.

Перековка показала, как легко человеку забыть о том, что он – человек. Была создана, все сложнее и тоньше год от году, система поощрения.

Святая тюремная пайка была заменена питанием по тонко разработанной шкале так, чтобы каждый рабочий час и день отражался на еде будущего дня; обычно питание менялось раз в десятидневку, иногда в пятидневку, а позднее на ключе Алмазном с вечера объявляли, кому не дадут хлеба завтра.

Вместо восьмисотки арестант стал получать трехсотку, пятисотку, шестисотку, семисотку, восьмисотку и килограммную пайку. Целая гамма ударов по желудку. А приварок, начав с премиальных блюд, перешел на стахановское, ударное и производственное питание – и далее До 8 различных пайков. Лагерь – его устройство – есть величина эмпирическая. То совершенство, которое было встречено мной на Колыме, не было продуктом чьего-то гениального злого ума – все создавалось мало-помалу. Копился опыт.
” (В.Шаламов “Вишера” Собрание сочинений: В 4-х т. / [Сост., подгот. текста и примеч. И. Сиротинской]. М.: Худож. лит.: ВАГРИУС, 1998.)

По некоторым сообщениям, изобретателем этой “рационализаторской схемы” был заключенный-уголовник Нафталий Френкель (впоследствии он сделает головокружительную карьеру в системе НКВД: станет начальником Управления лагерей железнодорожного строительства и уйдет на почетную пенсию в звании генерал-лейтенанта инженерно-технической службы).

Суть его 'изобретения'(или не его, в принципе, это даже не суть важно, важно,что шкала существовала) заключалась в том, что питание узников ставилось в зависимость от выполнения ими нормы выработки. Для этого устанавливалось пять видов продовольственных пайков: гарантированный (за 75-99 % нормы); трудовой (за 100-124 %), усиленный (за 125-149 %) и 'стахановский' (за 150 % и более). Еще один паек - штрафной - предназначался для провинившихся и для тех, кто выполнял меньше 3/4 нормы.

Не случайно, что даже в официальных постановлениях Верховного Совета СССР на первом месте упоминалось именно снабжение и питание, никак не денежное вознаграждение, зарплаты в ГУЛАГе не будет до 1950г.

Из указа Президиума Верховного Совета СССР N Вс-30/с "О лагерях НКВД СССР" 15 июня 1939 года.: “Основным стимулом для повышения производительности труда в лагерях установить: улучшенное снабжение и питание хороших производственников, дающих высокие показатели производительности труда, денежное премирование этой категории заключенных и облегченный лагерный режим с общим улучшением их бытового положения.-

Изменение принципа выдачи питания нужно напрямую связывать с кардинальным сломом старой “имперской” концепции содержания заключенных на прямых дотациях от государства и началом использования заключенных в экономике в гротескных(по сравнению с дореволюционными) масштабах.


В Российской Империи, после отмены общеуголовной ссылки в Сибирь(а именно эти обвиняемые составляли 85% от ссыльнокаторжных), каторжный труд был признан во-первых, малоэффеткивным чисто в экономическом смысле, во-вторых ссыльнокаторжные, по мнению правительства начала XX века не подходили для колонизации отдаленных территорий. Это было следование общемировой тенденции отказа от использования заключенных на крупных индустриальных стройках и для заселения необжитых окраин.

Почти в то же время, когда в Америке в последнем южном штате так называемый lease labor признавался вне закона и отменялся, как малоэффективный и антигуманный, в 1929 году по предложению специальной комиссии Политбюро, Совнарком принял секретное постановление «Об использовании труда уголовно-заключенных», которым предписывалось осужденных обычными судебными органами к лишению свободы на три года и выше передавать для отбытия лишения свободы в исправительно-трудовые лагеря ОГПУ. А последнее, в свою очередь, должно было для приема этих заключенных расширить существующие и организовать новые лагеря в отдаленных районах «в целях колонизации этих районов и эксплуатации их природных богатств путем применения труда лишенных свободы»( ГУЛАГ (Главное управление лагерей), 1918–1960, с. 64.)

Иначе говоря, труд заключенных, в кардинальном отличии от имперских времен, был признан стоящим того, чтобы реорганизовать всю системы исполнения наказаний в специфическую и грандиозную по масштабам систему эксплуатации подневольного труда,- систему с примитивным, крайне жестоким способом стимуляции и мотивации труда,- через желудок. Человек плохо добывает руду,- урезать пайку. Умрет, ослабеет или заболеет,- его проблема. Кто не работает, тот не ест.

Мемуры заключенных о периоде 1930-1934гг.
Лагерный порядок поставлен так: заключенный Иван должен срубить и напилить 7,5 кубометров леса в день, или выполнить соответствующее количество другой работы. Все эти работы строго нормированы, и нормы напечатаны в справочниках. Этот Иван получает свое дневное пропитание исключительно в зависимости от количества выполненной работы. Если он выполняет норму целиком, он получает 600 грамм хлеба. Если не выполняет, получает 500, 400 и даже 200 грамм. На энном лагпункте имеется тысяча таких Иванов, следовательно энский лагпункт должен выполнить 7 500 кубометров. Если эта норма выполнена не будет, то не только отдельные Иваны, но и весь лагпункт в целом получит урезанную порцию хлеба. При этом нужно иметь в виду, что хлеб является почти единственным продуктом питания, и что при суровом приполярном климате 600 грамм обозначает более или менее стабильное недоедание, 400 — вымирание, 200 — голодную смерть.

Количество использованных рабочих рук подсчитывает УРЧ, количество и качество выполненной работы — производственный отдел, на основании данных которого отдел снабжения выписывает то или иное количество хлеба. Нормы эти технически не выполняются никогда. И от того; что рабочая сила находится в состоянии постоянного истощения и от того, что советский инструмент, как правило, никуда не годится, и от того, что на каждом лагерном пункте имеется известное количество отказчиков, преимущественно урок и по многим другим причинам. Техники вроде Лепешкина, экономисты вроде меня, инженеры и прочие интеллигенты непрестанно изощряются во всяких комбинациях, жульничествах, подлогах, чтобы половину выполненной нормы изобразить в качестве 70 процентов и чтобы отстоять лагпункты от голодания. В некоторой степени это удается почти всегда. При этой “поправке” и, так сказать, при нормальном ходе событий лагпункты голодают, но не вымирают. Однако, “нормальный порядок” — вещь весьма не устойчивая.


Карьер 3 на лагпункте Погра занят земляными работами. Эти работы опять-таки нормированы. Пока карьер копает в нормальном грунте, дело кое-как идет. Затем землекопы наталкиваются на так называемый “плывун” — водоносный слой песка. Полужидкая песчаная кашица расплывается с лопат и с тачек. Нормы выполнить физически невозможно. Кривая разработки катастрофически идет вниз. Так же катастрофически падает кривая снабжения. Бригада карьера, тысячи две землекопов, начинает пухнуть от голода. Кривая выработки падает еще ниже, кривая снабжения идет вслед за нею. Бригады начинают вымирать. С точки зрения обычной человеческой логики нормы эти нужно пересмотреть. Но такой пересмотр может быть сделан только управлением лагеря и только с санкции Гулага в каждом отдельном случае. Это делается для того, чтобы никакое местное начальство, на глазах которого дохнут люди, не имело бы никакой возможности прикрывать объективными причинами какие бы то ни было производственные прорывы. Это делается также потому, что система, построенная на подстегивании рабочей силы угрозой голодной смерти, должна показать людям эту смерть, так сказать, в натуральном виде, чтобы публика не думала, что кто-то с нею собирается шутки шутить. В данном случае, случае с карьером 3, санкция на пересмотр нормы пришла только тогда, когда все бригады полностью перешли в так называемую слабосилку — место, куда отправляют людей, которые уже совсем валятся с ног от голода или от перенесенной болезни; где им дают 600 грамм хлеба и используют на легких и не нормированных работах. Обычный лагерник проходит такую слабосилку раза три за свою лагерную жизнь. С каждым разом поправка идет все труднее. Считается, что посла третьей слабосилки выживают только исключительно крепкие люди. Конечно, лагерная интеллигенция иногда при прямом попустительстве местного лагерного начальства, ежели это начальство толковое, изобретает самые фантастические комбинации для того, чтобы спасти людей от голода. Так в данном случае была сделана попытка работы в карьере прекратить совсем, а землекопов перебросить на лесные работы. Но об этой попытке узнало правление лагерем, и ряд инженеров поплатился добавочными сроками, арестом и даже ссылкой на Соловки. В бригадах из 2.000 человек до слабосилки и в самой слабосилке умерло по подсчетам Бориса около 1.600 человек
.”И.Л.Солоневич ("Россия в концлагере" ISBN: 978-985-513-745-1, 978-9-8551-3942-4).

"Норма не была специально разработана для заключенных - она исходила из единых республиканских норм. Но, разумеется, вольные лесорубы не гак питались, как мы, а главное дня нас не принималось во внимание предусмотренное в тех же единых республиканских нормах снижение норм в зависимости от среднего возраста деревьев, сбежимости леса и густоты насаждений. А лес, росший вокруг Сынья-Нырда, был молодой, тонкий, редкий и сбежистый. И большинство заключенных, не имевших, к тому же, никаких навыков, норм, конечно, не выполняло. А не выполнять норму означало обречь себя на постоянное недоедание, а затем и на голод. Система лагерного питания строилась в соответствии с выполнением норм выработки. Выполнил заключенный 100% нормы — получает 800 граммов хлеба. Выполнил 80% — 600 граммов, от 60 до 80% — 500 граммов, а ниже 60% — 300 граммов. А хлеб был основным продуктом питания: приварок только что горячий, а жиров и белков в нем содержалось не на много больше, чем в кипятке, ...Силы со дня на день убывали. И я, и мои друзья никак не могли выполнить больше 60% нормы и, соответственно, получали уменьшенную пайку хлеба. 

(Абрамович И. Л. Воспоминания и взгляды : в 2 кн. / Абрамович И. Л. - М. : КРУК-Престиж, 2004. - Т. 1 : Воспоминания. - 287 с. : портр.)

Но воспоминания лагерников часто упрекают, им не верят, даже если их критическая масса  говорит об одном и том же. На одних мемуарах, действительно, совершенно некорректно делать далеко идущие выводы. Перейдем к архивным документам и точным цифрам.
Собственно, бумажным нормам.
Итак, судя по известным мне документам, нормы ГУЛАГа в 1930-е менялись несколько раз:cтарые нормы 1930-1932гг., сокращенные нормы 1933г., запрос Ягоды 1934г.(неудволетворен), норма Плинера 1936г., норма Берии 1939г.
И это без учета изменений норм в СевВостЛаге, который занимал особое место в иерархии лагерей и снабжался по индивидуальным раслкадкам. О нем будет отдельный пост.

II.Нормы питания 1932г-1933-1934гг. для лагерей ГУЛАГ ОГПУ.
Начало десятилетия отмечено крайне кризисными показателями в 4-5% смертности по всей системе в целом. Примерно на уровне смертности в тюрьмах колноиальной Гвианы 1920-х или Вьетнама конца 1930-х.

Т.е можно и эти показатели считать катастрофой, но 1933 год затмевает и “типичные” гулаговские годы и все последующие, кроме военных лет.

Информацию о том как же питались лагерники ГУЛАГа в 1930-1934гг. можно почерпнуть из следующих документов.

Из Докладной записки заместителя председателя ОГПУ Г.Г.Ягоды И.В.Сталину  и В.М.Молотову о необходимости улучшения снабжения исправительно-трудовых лагерей ОГПУ:
Photobucket


Photobucket

Источник:ГА РФ.Ф.Р-9414.Оп.1.Д.1913.Л.4-6.Копия.
Photobucket

Источник: Российский государственный военный архив (РГВА).Ф.37837 Оп.23 (документ еще не публиковался, поэтому не публикую полный шифр)

Калорийность:норма 1932г-2800-2900 ккал, 1933г-2196 ккал, 1934г(проект),-2300-2400 ккал.

Согласно данным института питания, энергетические затраты горнорабочих на поверхностных работах (высокая интенсивность труда) составляют в зависимости от возраста 3450 – 3700 калорий, на подземных работах (особо высокая интенсивность труда) – 3900 –4300 калорий. (Пилясов А.Н. Закономерности и особенности освоения Северо–Востока России (ретроспектива и прогноз). – Магадан, –1996.– С. 74.).


А теперь давайте хорошенько подумаем и проаналзиируем эти цифры,- с точки зрения следующих параметров,-
а)соответствие медицинским нормам.
б)энергозатраты (продолжительность рабочего дня, условия и характер труда) .
в)Статитсика смертности.

Момент первый.
Вообще все нормы лагерей ОГПУ не соответствуют медицинским критериям и энергозатратам. Подчеркиваю, бумажные, официальные нормы. Приличней всех выглядит норма 1932г. но не дотягивает до минимума 500-600 ккал. Т.е даже "хорошая" гулаговская пайка этих лет была недостаточна для восстановления сил заключенных. И это без учета таких факторов, как хищения продуктов и "шкалы Френкеля",т.е урезать и без того низкую пайку могли вполне легко. Результаты у такой мотивационной схемы были соответственные. См.статистику смертности.

Что сразу бросается в глаза. Катастрофически низкие, я бы даже сказал преступно низкие нормы для лагерей 1933г. Фаталистически неизбежные. Как не дергайся, все равно получится плохо.

Чтобы читатель понял что такое 2000 ккал в день.

the Irish workhouse provided Irish paupers in 1849, just after the great Irish famine - around 2,075 calories a day.- ирландские нищие потребляли примерно такое же кол-во калорий сразу же после Великого картофельного голода.(Crawford, "Irish Workhouse Diet," pp. 89-91.)

Average daily consumption in China just before and just after the famine of 1960-1962 was around 1,700-1,800 kcal,(Carl Riskin, "Food, Poverty, and Development Strategy in the People's Republic of
China," in Lucille F. Newman, ed., Hunger in History: Food Shortage, Poverty, and
Deprivation (Oxford: Basil Blackwell, 1990), p. 333.)

Данная норма ГУЛАГа примерно соответствовала ежедневному потреблению китайских крестьян сразу после чудовищного голода 1960-1962г.
Справедливости ради, одесские крестьяне в голод 1932-1933г. питались еще хуже, чем лагерники ГУЛАГа,- 1100 ккал в день.( Burger, Drummond, and Sandstead, Malnutrition and Starvation, Part I, pp. 80-2, and Part II, pp. 153, 186, 210).
Одно из ключевых объяснений феноменально негативной смертности в советских лагерях в этот период(150 промилле, 15% от среднегодовой) найдено,- это именно абсолютно несоответствующие медицинскому минимуму нормы питания, принятые официально на верховном государственном уровне в масштабах всей страны.

По сути, подписывая подобные нормы, советское руководство не просто создавало вероятность для вымирания лагерников в чудовищных пропорциях, она абсолютно точно обрекало их на катастрофу. Четкий нейтральный факт.

2200 ккал в условиях голода 1933года,- это предпосылка к массовой смертности от истощения. Людей ведь с таким пайком гоняли на работу.
Что еще более чудовищно, на мой взгляд,- эти нормы в реальности то были не “твердыми”, а именно еще диффиренцировались в соответствии с инновационной методой Френкеля в выдаче питания в зависимости от нормы выработки. И третий краеугольный нюанс,- далеко не факт, что даже эти совершенно недостаточные низкие нормы выдавались в полном объеме,- хищения, самоснабжение и кражи никуда не делись. Об этом свидетельствуют не мемуары рукопожатных лагерников, а документы советских ведомств.


Иначе говоря, советской заключенный попадл в совершенно безвыходную ситуацию. Если не умрешь, то станешь инвалидом или слабосильным,- ибо поскольку даже если официальные нормы питания ниже медицинского минимума для работающего мужчины,  так еще есть вполне легальная возможность эту норму урезать плюс вполне вероятно, что пайку украдут. Тройной удар.

Призадумаемася на секундочку,- если максимально возможный паек для лагреника, который работает в тяжелейшем мускульном напряжении, в 1933г.- 2200 ккал, то какие последствия у такого вот "нормирования"?.

Вполне определенные,- 34% cмертности в Вишлаге. Уровень Бухенвальда образца 1942г.

Момент второй.
Необходимо учитывать, что норма в 2200 ккал,- это не просто так норма в вакууме, это норма при которой заставляли делать тяжелейшую работу ,- одной из характернейших черт ГУЛАГа 1930-х была крайне низкая механизация труда. Об этом открыто писал Берия в 1939г. Титанический  объем работы заключенные  делали руками.

Например,до середины 40-х годов основной объе вскрыши торфов и добычи золотоносных песков СевВостЛага осуществлялся вручную. Из почти 9 млн. куб/м торфов, вскрытых в 1939 году, только 1,6 млн. куб/м (18%) было вскрыто при помощи механизмов, 7,3 млн. куб/м (82%) были вскрыты мускульной рабочей силой заключенных(ГАМО. Ф. Р-23. Оп. 1. Д. 724. Л. 2.) . 
В Севвостлаге  в этот период могли задерживать заключенных на работе до 14 часов в день.

Неудивительно, что СевВостЛаг иногда показывал смертность сопоставимую с Бухенвальдом и Дахау, ведь в конце 1930-х около 70% заключенных не выполняли норм выработки Соответствовенно,  сидели на 2300-1800 ккал в день, в условиях вечной мерзлоты, где калорий нужно еще больше из-за климата. Результат совершенно закономерный.

И это, так скажем, вполне официальные процедуры, утвержденные государством свыше.

Но не забываем о хищениях, самоснабжении и коррупции на местах. Сообщения о хищениях поступали уже с 1930г., когда ситуация с продовольствием была еще по гулговским меркам вполне благополучная.

А вот как метода Френкеля отражалась на здоровье лагерников, по мнению самих же работников ГУЛАГа:
Циркуляр ГУЛАГ N669600 об оздоровлении слабосильных заключенных и улучшении использования рабочей силы в лагерях.

31 августа 1933г.
Совершенно секретно.

Несмотря на произведенную разгрузку лагерей от нетрудоспособных элементов(инвалиды, больные хроники и т.п.), в лагерях имеется большое количество слабосильных и истощенных лагерников, а за последнее время почти во всех лагерях наметился даже рост заболеваемости, инвалидности и смертности.
Рост отмеченных выше отрицательных явлений в лагерях имеет место благодаря недопустимому отношению лагруководства к вопросам рациональной расстановки рабочей силы в соответствии с категорийностью лагерников и организации правильного применения системы дифференцированного питания.


В практике лагерей в настоящее время нередки случаи, когда слабосильный заключенный
с полуистощенным организмом ставится на непосильную работу с полной нормой выработки, в результате чего, систематически не выполняя нормы, он получает сниженный паек и, таким образом, вместо постепенного восстановления своих сил еще более подрывает свою трудоспособность.
 Таким путем в лагерях ОГПУ формируется определенный контингент лагерников, дающий повышенную заболеваемость.<….>

ГА РФ.Ф.Р-9414 оп.1.Д.2741.Л.47-47 об. Заверенная копия.

Докладная записка комиссии ГУЛАГа начальнику ГУЛАГ М.Д.Берману о результатах обследования Среднеазиатских лагерей ОГПУ.

4 апреля 1933г. Совершенно Секретно.
<....>

Питание.
Преподанные ГУЛАГом нормы питания САЗЛАГом не выдерживались.(т.е давали не 2200 ккал, а еще меньше- прим.мое) Питание заключенных особенно в III и IV квартале было неудволетворительным. Были значительные перебои в снабжении их мясом,рыбой, овощами, частично жирами.
Недостающие продукты не заменялись другими или заменялись в недостаточном количестве.
По предложению САЗЛАГа недостаток мяса и рыбы должен был восполняться овощами, но последние выдавались также ниже нормы. Из-за недостатка продуктов САЗЛАГ перешел на 10 мясных и 10 рыбных дней в месяц, что имело место в августе, сентябре и начале октября(1932г.- прим.corporatelie). К концу IV квартала положение начало несколько улучшаться, мясо и рыба поступили в количестве достаточном, но недополучение заключенными овощей прожолжается. Набор овощей к началу 1933 года стал совершенно неудволитворительным, остались только в небольшом количестве квашенные овощи (капуста, помидоры), свекла, репа, луку, моркови не хватало уже с конца декабря.
В 1933г. остается такая же количественная и качественная недостача овощей. С мясом и рыбой положение улучшилось.
Приготовление пищи безобразное и пища отвратительная. За работой кухни нет достаточного административного и общественного контроля, нет также контроля за прохождением продуктов от кладовой до заключенного.
Кухни в большинстве своем плохо оборудованы,грязны, котлов мало, изготовление пищи для разных категорий заключенных не дифференцировано(за исключением Ташотделения).
<...>
ЦА ФСБ. Ф.2.Оп.11.Д.548.Л.70-113.Копия.

Именно поэтому некоторые места заключения советской пенитенциарной системы в этот период и показывали смертность сопоставимую и даже превосходящую некоторые немецкие концлагеря времен войны.

Cоответственно, получаем 23-27% годовую смертность САЗЛАГа 1932-1933гг., 5% среднемесячную смертность, хуже чем любой год Бухенвальда, кроме 1942 и нескольких месяцев 1945, когда лагерь нацистов превратился совсем в чудовищный антирекорд и кошмар. А у нас ведь еще есть Вишлаг с 34% смертностью. И все остальные лагеря. (см.подробную статистику здесь,- 

Смертность в советской тюремной системе 1930-1934гг: лагеря ГУЛАГ ОГПУ)

В чем же причины такого отношения со стороны верховной власти к снабжению заключенных?

Начнем с того, что все 1930-е годы, особенно в первую половину десятилетия, на снабжении заключенных жестко экономили. С едой и особенно с мясом в госфондах было не очень, после аграрных экспериментов с коллективизацией и катастрофического положения в животноводстве. З/к были далеко не в приоритете и если фонды можно было теоретически урезать, их Москва без зазрения совести урезала. О последствиях никто особенно не задумывался. Та же Красная Армия была куда важнее,хотя и красноармейцам урезали паек.

Официальная переписка начальника ГУЛАГа Бермана, Ягоды и представителей ЦК, сохранившаяся почти полностью, свидетельствует что в перид 1930-1936гг. ГУЛАГ постоянно сталкивался с проблемами в снабжении из-за экономии на з/к з/к.

Докладная записка начальника ГУЛАГ ОГПУ М.Д. Бермана заместителю председателя ОГПУ Г.Г. Ягоде о необходимости увеличения фондов продвольствия для заключенных лагерей.
Не позднее 15 ноября 1933г.
Зам.председателя ОГПУ Т.Ягода
<…>
Нормы питания заключенных, принятые в 1933 году Наркоматами, при огромной затрате физических сил на работах являются недостаточными. Вследствии этого фактические нормы довольствия в лагерях неизбежно превышаются, что ведет к еще большему увеличению имеющегося разрыва между настоящей потребностью и отпущенным фондом.
Кроме того, лагерям не выделяется фондов для довольствия вольнонаемного состава. Питание этой категории работников, пользующихся повышенным пайком, производится за счет общих фондов, отпускаемых на контингент заключенных. Имеющиеся резервы по фондам спецпереселенцев не могут перекрыть всего перерасхода продуктов, получающегося вследствие превышения норм для заключенных и снабжения вольнонаемного состава, в связи с чем к концу года может создаться напряженное положение в снабжении лагерей.
Для предотвращения этого в сентябре текущего года было возбуждено ходатайство перед ЦК и СНК об увеличении норм довольствия заключенных и об увеличении отпуска муки и крупы, уже выделенных на 1933-1934 год для контингента лагерей.
Это ходатайство удволетворено не было.<…>
Предлагаю проект письма на имя т.Сталина.
Нач.Главного управления лагерей ОГПУ
М.Берман
ГА РФ.Ф.Р-9414.оп.1.Д.1913.Л.2-3.Подлинник.

Докладная записка Г.Г.Ягоды И.В.Сталину о снабжении лагерей.
14 декабря 1934г.
Секретарю ЦК ВКП(б) т.Сталину
Положение с продвольствием, обмундированием и промтоварами в лагерях становиться черезвычайно напряженным, так как при росте лагерных контингентов в IV квартале фонды не увеличены. (ГА РФ.Ф.Р-9414.Оп.1.Д.1913.Л.82-83.Копия.)

III.Компаративистский блок

.
Итак, видно что по калорийности советские пайки первой половины 1930-х годов какого угодно расклада не соответствовали медицинским норм и способствовали появлению в лагерях категории “доходяг”,- постепенно слабеющих, слабосильных заключенных, которые еще кое-как перебивались в “спокойные годы”, но начинали вымирать в фантастических пропорциях в годы кризиса.

Это десятки тысяч мертвецов. 67 тысяч, если быть точным. Цифра абсолютно аномальная в мировом и национлаьном контексте. Именно поэтому в далеко неидаельной Российской Империи в тюрьме никогда не умирало столько людей с такими относительными и абсолютными показателями, даже в годы имперского царь голода 1892г-(5000 тысяч имперских арестантов умерло в 1892г, 5% от среднегодовой,- это в три раза меньше в относительных показателях, и в 14 раз меньше в абсолютных). Просто потому, что у дореволюционных каторжан был вот такой паек.

Похрустим немного французской булкой.

Нормы питания заключенных на строительстве Амурского колесного тракта в 1898-1910гг.
Photobucket

Источник: РГИА ДВ. Ф. 704, оп. 6, д. 1035, л. 15; Оп. 2, д. 13, л. 17

Калорийность:обыкновенная порция,- 3300 ккал., усиленное довольствие,- 3800-4000 ккал.
Сравниваем с нормами выше.

И учитывайте самый важный и системный момент,- при царе, при всех возможных "но", никакой взаимосвязи между нормой выработки и пайков не существовало. Заключенные вообще сидели на обычной прогрессивной заработной плате, а норму получали "твердую". Есди же работали на тяжелых участках, их просто переводили на усиленное довольствие. У советских заключенных все было принципиально по другому. Именно поэтому не сопоставимой является статистика смертности.
Выводы и итоги.
Все нормы лагерей ГУЛАГа 1930-1934гг. были совершенно официально ниже медицинской потребности человека, занятого тяжелым трудом. По сравнению с каторжными пайками тюремной системы Российской Империи нормы ГУЛАГа смотрелись крайне проигрышно,- на 1500-2000 ккал уступая пищевым табелям почти всех каторжных комплексов Империи.

Паек ГУЛАГа 1933г. по калорийности соответствовал примерно рациону ирландского нищего 1840-х годов после великого Картофельного голода и чуть чуть превосходил питание китайских крестьян времен Великого китайского голода. Усугублялась ситуация тем, что даже эту крайне низкую норму лагеря в 1933г. не могли дать контингенту из-за хищений и перебоев со снабжением.

Учитывыая характер подневольного труда(крайне низкая механизация, огромные энергозатраты, работа в холодном климате,- Вишера, Колыма, Сибирь и пр.) в сочетании с перспективой урезания пайка из-за невыполнения нормы, заключенные ГУЛАГа попадали в совершенно патовую ситуацию, особенно в 1933г., когда нормы были урезаны совсем до катастрофического предела.

Абсолютно логичной и закономерной выглядит смерть 67 тысяч заключенных в 1933 году с промилле в 150 за год.

Данная статистика была беспрецедентной катастрофой не только на мировом фоне, но и по сравнению со статистикой смертности в местах заключения Российской Империи.
В тюремной системе США в этот год(1933г.) умерло в 15 раз меньше в относительных и в 70(!) раз меньше в  абсолютных показателях..В колониальных тюрьмах Вьетнама в этот период умирали меньше и в абсолютных и относительных показателях.

Чтобы дать понять насколько жуткой была катастрофа со смертностью обращусь к совсем грустному сравнению.

Абсолютно ужасный даже по нацистским меркам Матхаузен показывал в 1945году -12.5% среднемесячную смертность.
Photobucket

Источник:Concentration Camps in Nazi Germany: The New Histories by Nikolaus Wachsmann (Editor), Jane Caplan (Editor).Taylor & Francis, 2009, с.35.

Полная жесть. Таких показателей не фиксировала ни одна тюремная система развитых стран 200 лет.
Кроме опять же тюрем мирного СССР 1933г с прогрессивными урезаемыми в зависимости от выработки нормами.

Докладная записка комиссии ГУЛАГа начальнику ГУЛАГ М.Д.Берману о результатах обследования Среднеазиатских лагерей ОГПУ.

4 апреля 1933г. Совершенно Секретно.

<...>
“По полученным сведениям от начальника санитарной части ЦИТУ Узбекистана в домзаках Узбекистана очень большая смертность от разного рода истощений и атрофий, которые не всегда диагностируются как пеллагра. В среднем умирает до 15% ежемесячно.
В Самарканде в домзаке за 2 месяца умерло 12% населения, в Ташкентском ИТУ в янвале умерло 15%, в феврале 25% населения ИТУ, главным образом от истощения и атрофий, в Бек-Буди 10% содержащихся в ИТУ резко истощены."(ЦА ФСБ. Ф.2.Оп.11.Д.548.Л.70-113.Копия.)
Внимание,- Ташкентское ИТУ показывало в январе и феврале 1933г. смертность в относительных показателях хуже, чем нацистский Матхаузен в самый свой чудовищный кризисный период. Просто об этом никто не знает.
<...>
И эта катастрофа совершенна закономерна, учитывая те нормы питания, которые приняла Москва. Эти нормы были катастрофически низкими и привели к смерти каждого 6 заключенного за год.
P.S. Автору вот этого замечательного текста горячий привет,- http://i-sergeev.livejournal.com/108644.html

Просмотров за 24 часа 0 всего 1066
В обсуждении 21 комментарий
Оценок:  17   cредняя: + 1.53


Обсуждение: 21 комментарий, последний - 28.08.2018 23:49,

Просмотр и участие в обсуждениях доступно только зарегистрированным пользователям.

Регистрация на сайте так же позволит вам выставлять оценки материалам и комментариям, получать рассылки самых интересных материалов сайта, и массу других полезных возможностей!

Если вы были зарегистрированы ранее, войдите на сайт
Логин или email:    Чужой компьютер
Пароль:    Забыли пароль?


   
Если нет - зарегистрируйтесь сейчас
Логин*:
Допустимы только маленькие латинские буквы
Вас зовут*:  
(введенное имя будет использоваться для именования вас на форуме, в ваших материалах и др.)
Пароль*:    Повторите пароль:   
e-mail*:
Этот e-mail будет использован для доставки вам сообщений от сервера. Адрес скрыт от просмотра всеми, кроме вас, и не передается третьим лицам. Не рекомендуется использовать почтовые адреса сервисов hotmail.com & live.com! Эти сервисы не принимают почту от нашего сервера.
Проверочный код:

Чужой компьютер
    

Или войдите на сайт через какую-нибудь социальную сеть

вход через соцсети




>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=3130795ENDITEMS GENERATED_TIME=2019.10.14 14.06.56ENDTIME
Сгенерирована 10.14 14:06:56 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3130795/article_t?