Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 


->

Ракетный кризис. Начнется ли новая гонка вооружений?


Во вторник 4 декабря Соединенные Штаты и все страны НАТОпредъявили Москве ультиматум с требованием в течение 60 дней устранить нарушения Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), в которых США и НАТО обвиняют Россию (якобы РФ разработала и развертывает крылатую ракету наземного базирования (КРНБ) 9М729 с запрещенной дальностью 500–5500 км). США на период 60 дней приостанавливают свое участие в договоре, а в случае, если Россия не устранит нарушения или не докажет, что не нарушает договор, Вашингтон в начале февраля официально уведомит о выходе из ДРСМД.

Москва полностью отвергает американские обвинения в нарушении ДРСМД. МИД РФ тут же заявил, что «Россия неукоснительно соблюдает положения договора. Американской стороне это известно». Минобороны РФ практически сразу перешло к угрозам ответных мер в случае выхода США из ДРСМД. «Хотел бы через вас донести до ваших руководителей, что если договор о РСМД будет разрушен, это не останется без ответа с нашей стороны. Вы как военные профессионалы должны понимать, что не территория США, а страны, разместившие у себя американские комплексы с ракетами средней и меньшей дальности, окажутся объектами поражения для ответных действий России», – сказал в ходе брифинга перед военными атташе иностранных государств начальник Генштаба ВС РФ Валерий Герасимов.

Несостоявшийся диалог

Судя по ⁠тональности ⁠и скорости обмена заявлениями, никакого серьезного диалога по поиску ⁠достойного для всех выхода из нового ⁠«ракетного кризиса» не предполагается. Москва в принципе отвергает возможность воздействия на Россию ⁠через публичные ультиматумы, и уже сама форма, в которую были на ⁠этой неделе облачены требования США ⁠и НАТО, исключает компромисс с российской стороны. Тем более в условиях, когда США перешли к тактике ультиматумов по ключевым пунктам двусторонней повестки, выдвигая условия даже для встречи президентов (вернуть украинские корабли и моряков, задержанных в ходе «пограничного инцидента» в районе Керченского пролива). Возможно, последний шанс «спокойно поговорить» о сохранении ДРСМД или разумных условиях жизни без него был упущен при отмене полноформатных переговоров Владимира Путина и Дональда Трампа на полях саммита «двадцатки» в Аргентине на прошлой неделе (США отменили встречу из-за керченского инцидента). Москва готовилась к такому разговору, понимая настрой Вашингтона на выход из ДРСМД, о чем Кремль проинформировал в октябре советник президента США по национальной безопасности Джон Болтон.

Вероятно, была надежда согласовать как минимум шаги взаимной сдержанности по дальнейшему неразвертыванию систем средней дальности в Европе, то есть договориться о рамках совместного согласованного решения России и США по дальнейшей судьбе ДРСМД и его «географической модернизации». Это внесло бы некоторую двусмысленность в наши отношения с Китаем (США нужен выход из ДРСМД для сдерживания военных амбиций КНР в Восточной и Юго-Восточной Азии), но одновременно и расширило бы для РФ свободу стратегического маневра, которую в последнее время все больше стремится сузить Пекин. В отношениях с США могла бы появиться новая совместная повестка в области стратегической стабильности. Но при подготовке встречи Путина и Трампа Москва не почувствовала большого стремления Вашингтона продвигаться именно в таком направлении, не удалось даже согласовать текст совместного заявления по стратегической стабильности – срыв встречи в Буэнос-Айресе был упущенным шансом диалога, но не факт, что диалога результативного.

Воздействие на Европу

Что касается последнего ультиматума, то его следует рассматривать как преимущественно имиджевый ход для переноса всей ответственности за демонтаж ДРСМД исключительно на Россию. В заявлении НАТО утверждается, что РФ нарушает договор уже более пяти лет и не реагирует на озабоченности альянса, в то время как США соблюдают свои обязательства по договору. США таким образом подкрепляют свои обвинения в адрес РФ солидарной позицией альянса и избегают обвинений в дестабилизирующем характере своих односторонних действий и ответственности за разрушение системы контроля над ядерными вооружениями.

После заявления Трампа в конце октября о намерении выйти из ДРСМД американцы обнаружили, что в Европе этот шаг вызвал некоторое непонимание, если не сказать оторопь. Пресловутые российские нарушения договора, о которых США впервые сообщили союзникам по НАТО еще в 2013 году, не воспринимались в Европе как серьезные и имеющие большое военное значение (это признавали даже американские военные). Поэтому шаг с выходом из договора был воспринят как слишком радикальный и дестабилизирующий, как еще один пример неуважительного отношения администрации Трампа к своим европейским союзникам, которых поставили перед фактом, при том что все угрозы и риски данного решения Вашингтона ложились на европейцев.

В НАТО возникло ощутимое напряжение, а в ряде стран, например, в Германии, у правящей коалиции могли возникнуть дополнительные политические проблемы. Канцлеру Меркель на саммите «двадцатки» удалось убедить Трампа отложить решение о выходе из договора на два месяца (Джон Болтон подписал внутренний меморандум о выходе США из ДРСМД с 4 декабря и потребовал от Пентагона приступить в кратчайшие сроки к производству и развертыванию ракет средней дальности) и как бы предоставить последнюю возможность для дипломатического урегулирования с Россией.

Американцам пришлось пойти на беспрецедентные меры по информированию союзников о характере собранных разведслужбами США доказательств нарушений Россией ДРСМД. Были показаны спутниковые снимки испытаний российских ракет на запрещенную дальность и данные радиоперехвата, в Брюссель был направлен директор Центральной разведки США Дэн Коутс, опубликовавший затем открытую версию своего доклада. Союзники в целом признали убедительность доказательств и достаточность дипломатических усилий США по урегулированию проблемы с РФ, отвергнув российские обвинения в нарушении договора со стороны США.

Суть претензий США

При этом США впервые за все это время обнародовали суть своих претензий к РФ. Они изложены в докладе Коутса, и не очень понятно, почему американцы не раскрывали эту информацию ранее. США считают, что Россия в середине 2000-х годов начала тайно разрабатывать крылатую ракету большой дальности 9М729 под прикрытием испытаний разрешенных по договору систем. Сначала испытания на дальность более 1000 км были проведены со стационарной наземной пусковой установки (ПУ). Подобные испытания разрешены по договору, если таким образом испытываются ракеты морского или воздушного базирования (не ограничиваемые договором). Испытательные пуски с наземных ПУ дешевле, и их можно проводить на специально оборудованном полигоне (Капустин Яр) с измерительной аппаратурой. Россия в тот период одновременно проводила испытания перспективных КР большой дальности морского базирования «Калибр». Под нее и маскировались пуски 9М729 (по некоторым оценкам, 9М729 – это наземный вариант «Калибра»). Затем ракета 9М729 была испытана с мобильной наземной пусковой установки, но уже на разрешенную дальность менее 500 км. Таким образом испытания запрещенной ракеты большой дальности маскировались под испытания модернизированного варианта КР 9М728 (Р-500) в составе комплекса «Искандер».

Москва признала наличие крылатой ракеты наземного базирования 9М729 только в декабре 2017 года, после того как США дали утечку ее российского названия в СМИ. Но Москва сразу заявила, что эта ракета испытывалась только на разрешенную договором дальность 480 км. Замглавы МИД РФ Сергей Рябков 26 ноября провелбрифинг, где были даны разъяснения российской позиции по ракете 9М729 и проведенным испытаниям. Выяснилось, что американцы утверждали, что при испытаниях с мобильной ПУ ракета 9М729 якобы не имела полной заправки топливом и потому летала на разрешенную дальность (дальность КР обусловлена емкостью топливного бака, расходом топлива у двигателя и профилем полета, поэтому теоретически «сколько топлива нальем, тому договору и будет соответствовать»). Но МИД РФ утверждает, что американцам были переданы разъяснения, почему такие «недоливы топлива» невозможны (ограничить дальность полета ракеты в ходе испытания можно и программой полетного задания).

Так или иначе, Москва подтвердила, что КР 9М729 входит в состав комплекса «Искандер-М», поступающего в войска. И Москва не стала утверждать, что со стационарной ПУ на запрещенную дальность более 1000 км испытывалась какая-то другая КР, а не 9М729 (хотя теоретически это могло бы быть главной линией защиты). Не предлагает Москва и провести демонстрацию ракеты 9М729, чтобы были понятны ее размеры и вероятная емкость ее топливного бака. Хотя казалось бы – если нечего скрывать, то в чем проблема?

Уязвимость российской позиции по ракете 9М729 заключается в том, что, согласно ДРСМД, ограничиваемая дальность крылатых ракет определяется не тем, как далеко они летали на испытаниях, а тем, сколько они реально могут пролететь по прямой до полного расхода топлива («range capability»). Ракета может летать зигзагами два часа на расстояние менее 500 км, но если она эти два часа летала со скоростью свыше 300 км/ч, то это ракета будет нарушением ДРСМД – по прямой она пролетит больше 500 км. Если 9М729 по размерам с «Калибр», то и летать она может на максимальную дальность «Калибров» – до 2000–2300 км. Инспекции и демонстрации тут мало что могут изменить. Москве нужны будут гарантии того, что США после демонстрации подтвердят, что 9М729 не может летать дальше, чем разрешено по договору, а кто ж такие гарантии даст? Тем более после заявленийроссийских военных еще в 2007 году, что дальность развернутых на «Искандерах» крылатых ракет может быть легко увеличена, если ДРСМД перестанет действовать. Признание Россией того, что КР 9М729 входит в состав комплекса «Искандер-М», делает возвращение к соблюдению ДРСМД невозможным с политической и практической точки зрения. Для этого придется уничтожить все ракеты-нарушители и мобильные ПУ для них, а это, вероятно, уже несколько десятков новейших установок. На это Кремль пойти просто не может – это будет противоречить всей логике «вставания с колен». Куда проще и удобнее для дальнейшей жизни руками американцев похоронить ДРСМД. О чем, собственно, и говоритпрямым текстом Владимир Путин, угрожая начать развертывание ракет средней дальности в ответ на выход США из договора.

На пороге новой эры

Москва, разумеется, выдвигает встречные претензии к США, обвиняя в нарушении ДРСМД по трем пунктам: создание под видом ракет-мишеней для испытаний ПРО прототипов ракет средней дальности; развертывание ударных беспилотников большой дальности, которые Москва приравнивает к КРНБ; развертывание в составе наземных комплексов ПРО в Европе Aegis Ashore контейнерных ПУ Мк-41, практически идентичных таким же ПУ на кораблях ВМС США, для запуска крылатых ракет морского базирования «Томагавк». Российская сторона утверждает, что при минимальных изменениях из этих наземных контейнеров тоже можно запускать «Томагавки».

К сожалению для российской стороны, юридическая позиция США по первым двум пунктам практически неуязвима – там нет нарушений ни буквы, ни духа договора. По третьему пункту буква договора тоже не нарушена – эти ПУ никогда не испытывались для запуска крылатых ракет наземного базирования. С военной точки зрения в развертывании нескольких таких систем в весьма уязвимом стационарном варианте нет никакого смысла на фоне легальной возможности иметь на кораблях и подводных лодках несколько тысяч крылатых ракет, не говоря уже об авиационных КР большой и средней дальности. Но поскольку у ПК Мк-41 нет внешне наблюдаемых отличительных признаков, исключающих возможность запуска из них запрещенных КР, то у России есть моральное право требовать их инспекций на предмет соответствия ДРСМД.

Возможно, взаимный обмен инспекциями и демонстрациями вызывающих подозрения систем остается последней надеждой на спасение ДРСМД. Но для этого в предстоящие два месяца потребуется весьма интенсивное взаимодействие и экспертные консультации по дипломатической и военной линии. С учетом крайне низкого уровня доверия между Москвой и Вашингтоном, возможно, потребуется привлечение международных посредников. На эту роль претендует глава МИД Германии Хайко Маас. Сегодня в Милане на встрече министров иностранных дел ОБСЕ он предпримет попытку добиться согласия Сергея Лаврова на экстренную дипломатию по спасению ДРСМД. Москва, возможно, будет не против «поговорить об этом», но привычных заявлений, что «мы ничего не нарушили», будет недостаточно. Уверенности в том, что администрация Трампа будет готова втягиваться в обмен инспекциями, нет никакой. Москве проще ничего не делать и ждать, когда США выйдут из договора. А дальше начнется новая эра.





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2018.12.14 16.20.40ENDTIME
Сгенерирована 12.14 16:20:40 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3227280/article_t?IS_BOT=1