Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 


->

Почему распяли Исуса? Почему современные евреи не виновны в этом.

Почему распяли Исуса?  Почему современные евреи не виновны в этом.

----

        «Зло всегда побеждает Добро, потому что Зло всегда более целеустремленней.

       Именно поэтому Зло должно быть наказано, иначе души жертв не успокоятся».

----

Содержание:

Почему распяли Исуса?

Почему современные евреи не виновны в этом.

Коротко о истории  возникновения  Израиля.

Забытый великий еврейский писатель.

====

====

 Почему распяли Исуса?                             

       Версия библейских событий изложена с использованием статьи К. Коликова «Иисус и менялы», журнал «Знания-сила» N6 1996 г.

          С момента входа Исуса в Иерусалим главные герои евангельских событий поступают, на первый взгляд, удивительно нелогично. Исус учиняет невиданный скандал: изгоняет менял из Храма.  Менялы у Храма выдают вместо светских денег храмовые деньги, причем только иудеям на их религиозные нужды. Эти деньги чеканятся в Храме, и только на них иудеи могут купить жертвенных животных. Изгнав менял, Исус начинает предсказанное им разрушение Храма.

          Что делают в ответ священники и левиты? Хватают его? Жалуются на него Пилату? Ничего подобного. Они начинают спорить с Исусом, причем говорят совсем о другом – о налогах, о разгроме менял даже и не вспоминают. В чем дело? Среди монет, сброшенных со столов менял, были разные: динарии или драхмы, весом около 4 граммов серебра; двойные или четвертные динарии и мелкие медные монеты. Из крупных золотых – персидские дарике, примерно 17 граммов золота. Собственно римских монет – мелких сестерциев и золотых аурей (около 8 граммов золота) было крайне мало. От этих светских денег и избавлялись иудеи, меняя их на священные серебряные сикли из расчета двадцать динариев за один сикль.  Это времена классического биметаллизма. На Востоке в Иерусалиме и Александрии сложился курс обмена серебра на золото: 4,7 к 1,0. За один дарике давали двадцать динариев. На Западе курс обмена был другой. В Риме за аурею давали двадцать пять динариев, т.е. 12,5 г серебра за 1 г золота, в два с половиной раза больше.

         Тут для Храма было золотое дно. Священные сикли оставались у него после покупки жертвенных животных, а динарии обменивались в Александрии на дарике. Те менялись в Риме на золотые ауреи  по весу, т.е. две ауреи за один дарике. Ауреи снова превращались в Риме в динарии, которых становилось уже в два с половиной раза больше, чем было первоначально на площади Храма. На современном языке это значит, что рентабельность этой операции составляла 150 процентов! Причем выкачивались эти деньги из карманов римлян и кесаря. Справка:  рентабельность современных финансовых спекуляций достигает тысяч процентов! А самое смешное то, что современные финансовые спекулянты выглядят в отличие от Понтия Пилата и первосвященника Каиафы  совершенно беленькими и пушистенькими.

          Исус безусловно знал о валютных спекуляциях Храма. И его окружали люди образованные. Иоанн – сын коммерсанта. Матфей – налоговый чиновник, Иуда – сам менял деньги у одной из провинциальных синагог. У Исуса было достаточно источников информации, что бы понять весь механизм обогащения Храма.

          Шаг I.   Иерусалим:  1 сикль (80 г. серебра) =  20 динариев (80 г серебра)

          Шаг II.  Александрия:  20 динариев (80 г серебра) =  1 дарике (17 г золота)

          Шаг III.    Рим:  1 дарике (17 г золота) =  2 ауреи (17 г золота)

          Шаг IV.    Рим:   2 ауреи (17 г золота) =  50 динариев (200 г серебра)

          Шаг V.   Александрия:  50 динариев (200 г серебра) =  2,5 дарике (42,5 г золота)

          Шаг VI.  Иерусалим:  2,5 дарике (42,5 г золота) =  2,5 сикля (200 г серебра)

          Исус выступил не просто и не только против валютных спекуляций - не пристало ими заниматься духовному центру жизни иудейской религиозной общины. Исус выступил против финансовой империи возглавляемой Храмом, которая жила ростовщичеством и  использовала склонность богатых римлян к роскоши. Упрощая,  Исус выступил против финансового магната, неправедно нажившего свои капиталы и столь же неправедно их использующего: на наращивании исходного. Он так же не испугался скандалом привлечь внимание Понтия Пилата к финансовым спекуляциям синедриона. Идти прямо к римскому чиновнику и рассказать ему о том, как обкрадывают имперскую казну, было бы рискованно. А вдруг Пилат не только прекрасно знает о валютной спекуляции, но и сам в ней участвует? Тогда тихо прийти – тихо пропасть. Поэтому открытый скандал был бы предпочтительнее.

        Для Пилата интерес к сверхприбыли Храма был обеспечен. Ему, как и любому главе региональной администрации империи, вечно не хватало денег.  Метрополия вытягивала все налоговые сборы, не оставляя для провинции даже необходимых средств. А скрытая, не облагаемая налогом биржевая деятельность Храма втягивала в себя все новые и новые денежные средства, подрывая налоговую базу провинции. Пилат не мог не знать цены золота в различных городах империи, тем более в Александрии, на которую ориентировались иерусалимские менялы. Он не мог не понимать выгод, которые очень просто извлекались из разницы этих цен. Как правитель Иудеи, где только одна из всех конфессий в Римской империи – иудейская имела право чеканить собственные деньги, он прекрасно понимал, куда оседает разница в цене золотых денег. Но он был бессилен. Сверхприбыль от валютных операций была рассеяна по всем городам иудейской диаспоры, всегда в обороте, превращаясь то в недвижимость, то в наличные, то в товары. Единственная возможность подобраться к ней – там, на меняльных столах у Храма, где начинается  путь каждых двадцати динариев, отданных за священный сикль.  Их можно купить, но сделать это могут лишь иудеи. Грекам, финикийцам, египтянам и римлянам путь туда заказан. Если даже найдутся иудеи готовые сотрудничать с властями, то они должны иметь доверие одной из храмовых партий: фарисеев или саддукеев, одинаково враждебных Пилату. Оппозиции, близкой к Пилату, перфекту провинции, не было. Но когда Исус открыто провозгласил: «Кесарю – кесарево!», то этим он сказал Пилату, что такая оппозиция есть.

         Но Пилат молчит и чего-то ждет. Ждет чего-то и синедрион. Если римляне Исуса арестуют за хулиганство в праздник – инцидент исчерпан, но если нет ареста, то возможен сговор. Исус с префектом за спиной весьма неприятен Храму, так может лучше убрать проповедника? И служители Храма идут в Гефсиманию. Идут с кольями, которые совершенно не нужны при аресте. Следовательно, идут убивать. И тут Петр, как римский гражданин, имеющий право на ношение оружия, мечом отрубает ухо одному из нападавших. Теперь тайно убить Исуса в «случайной» потасовке в праздничную ночь нельзя – речь уже идет о нападении на римского гражданина, который при этом оборонялся. С этого момента синедрион вынужден импровизировать, попытка убийства становиться арестом. Петр следует за Исусом как главный свидетель, он готов подтвердить, первыми напали служители Храма.  

         Понтий Пилат. Можно было ожидать, он поблагодарит Исуса и отпустит его. Потом потребует к себе Каиафу и предъявит ему обвинение в извлечении сокрытой от налогообложения прибыли из предметов религиозного культа – сиклей. Вслед за этим естественно было бы внести авансовые платежи по налогам из доходов, пока пасхальные сборы еще не отправлены в Александрию. Но Пилат поступает иначе.

         Опытный и жестокий правитель превращается вдруг в либерала и, подчиняясь «воле народа», амнистирует Вар-Авву, а Иисуса отправляет на Голгофу. Так прибрал ли Пилат храмовые богатства? Да, тогда же, на той же пасхальной неделе. Так утверждает один из сохранившихся источников. Евангельские события в «Иудейской войне» Иосифа Флавия трактуются так: Пилат арестовывает Исуса, допрашивает его, а затем отпускает, не найдя на нем вины. Потом встречается с первосвященником и тот уговаривает Пилата вновь арестовать Исуса, вручив Пилату тридцать талантов.

         Самое загадочная сумма в истории – тридцать серебренников – ассоциируется прежде всего с Иудой. Интересно все-таки, было это тридцать динариев – цена одного раба, или тридцать сиклей – более чем двойное годовое жалование легионера? В любом случае сумма привязана к ходовому платежному средству, серебру. Финансовые отношения синедриона с Пилатом были иными: Флавий говорит о тридцати талантах, не уточняя, о каком металле идет речь. Вполне резонно предположить, что это - золото. Тридцать талантов золота – 780 килограммов золота – 9,75 тонн серебра по римскому курсу. Но Исус предлагал префекту не тридцать талантов, а источник всей сверхприбыли храма. Почему Пилат не воспользовался этим? А как он мог воспользоваться? Самое простое – обложить предполагаемую прибыль налогом. Но собранные деньги нужно будет отправить в Рим, и провинция опять останется на голодном пайке. Получить деньги как взятку? Шантажировать синедрион, что можно  и поддержать Исуса? Но взяточничество наказуемо и деньги придется прятать. Выход – создать такую ситуацию, при которой деньги формально останутся в Храме, а фактически попадут под контроль Пилата.

         Казалось бы, для этого нужно поскорее выдвинуть Иисуса в первосвященники или в члены синедриона, но Исус либо совсем прекратит валютные операции, либо ограничит их, честно уплатит причитающиеся налоги, а остаток использует для общественных работ и на социальные программы. Но у Понтия Пилата совсем другие планы. Современные богословы уточнили расчеты своих коллег 4-го века и перенесли описываемые события на три года назад. На дворе май тридцатого года. Это значит, что Элий Сеян – соправитель Тиберия и префект гвардии – вместе со своими клиентами, в том числе Пилатом, энергично готовит переворот, который должен произойти в ближайшее время. Если деньги, полученные от синедриона, до переворота припрятать и при первом же сообщении об успехе выдать двойное жалованье своему легиону, то этот легион первым прокричит: «Аве кесарь Сеян!».  И тогда прощай ненавистная Иудея, здравствуй, консул Пилат!

          Честный первосвященник Исус не нужен Пилату, ему нужны деньги. И как можно быстрее. Деньги эти лежат в Храме. Что делать? То, что и сделал Пилат, - отпустил Исуса и немедленно встретился с Каиафой. Перед последним выбор: либо отдать все, что можно заработать с пасхальных сборов, либо в полдень город узнает не экстравагантного провинциала, а патриота, мудреца и законоучителя Исуса. Вы согласны, достопочтимый Каиафа? Прекрасно. А теперь поиграем в демократию с  амнистией к празднику. Да, кстати, догнать отпущенного сейчас Исуса …

====

Почему современные евреи не виновны в распятии Исуса Христа

           Кажется, что на лицо полный парадокс – А. Рифеев стал защищать иудеев … Нет, я защищаю только историческую справедливость. Современные евреи не могут нести ответственности за распятие Исуса Христа. Почему? Смотри текст ниже ….

--

           Каждый знает, все евреи одной крови и убеждений, и держатся друг за друга, и не оставляют своих в беде. Все правильно, одних убеждений и одной крови. Одной, да не совсем. На самом деле настоящими, классическими евреями времен пророка Моисея, Иисуса Навина, священника Ездры, Исуса Христа, презренного Иуды, предавшего Христа, первосвященника Каиафы с этнической точки зрения являются только евреи-сефарды. Они после разрушения в 70 г. н.э. в Иерусалиме Второго храма и крушения после 135 г. н.э. Израильского государства рассеялись по Римской империи. А евреи-ашкенази – это потомки городского населения бывшего Хазарского каганата, принявшие в 740 г. н.э. иудаизм и классическими евреями в этническом смысле не являющиеся. В 806 г. н.э. иудаистская община захватила государственную власть в Хазарском каганате. К 820 г. н.э. из Хазарии были выжиты христиане и вся ее политическая, военная, экономическая элита стала по вере иудаистами. Сельское же население Хазарии к 830 г. было исламизировано (после 850 г. в Хазарии начались гонения и на ислам). Начиная со 2-й половины 10-го века (после разгрома в 965 г. н.э. Хазарского каганата войсками киевского князя Святослава), евреи-ашкенази перебираются в Польшу, Турцию, Германию. Затем они рассеялись по Европе и остальному миру. Ашкенази теперь составляют не менее 90-95% численности всех евреев в мире.  Но сефадры и ашкенази это совершенно разные народы. И даже родной язык у них разный. У евреев-сефардов – «иврит». У евреев-ашкенази – «идиш», - смесь восточно-средненемецких диалектов с добавкой криминального арго и слов из восточнославянских языков. Вообще с языком у евреев всегда обстояло крайне любопытно. Так они разговаривали во времена Моисея на древнееврейском, во времена вавилонского пленения на халдейском. Во времена Исуса Христа на арамейском, в диаспоре в Александрии использовали греческий, а так же языки коренных народов в странах пребывания, например в Испании, евреи-сефарды использовали в качестве разговорного языка – так называемый «ладино», смесь испанского и древнееврейского с еврейской письменностью. Евреи-ашкенази меняли языки, страны пребывания, часто меняли даже веру, но всегда хранили верность древней религии – иудаизму, Талмуду, системе моральных ценностей (или иначе «культурному ядру») как производной от талмудистского иудаизма. Но вернемся к противопоставлению евреев-сефардов и евреев-ашкенази как совсем разных народов. Можно догадаться, что с точки зрения евреев-сефардов, наши милейшие евреи-ашкенази не более чем узурпаторы их древней родины Иудеи-Израиля, непонятно на каком таком основании называющие себя евреями. Правда, в сознании всех народов мира евреи-сефарды и евреи-ашкенази это единое целое, многие даже и не подозревают, что существует такое разделение в среде еврейского народа. Но евреи, изначально живущие в Святой Земле и никуда и никогда из нее не уезжавшие, все вышеизложенное знают и прекрасно понимают. Они имеют весьма своеобразные отношения с новым государством – Израиль … Они не служат в армии Израиля, не имеют отношения с государством Израиль за исключением получения содержания от него для своей общины, откровенно презрительно относятся к т.н. «еврейским» репатриантам из Европы, Азии, бывшего СССР. Для них все сказанное тут мной – совершенно очевидная истина – Иудею-Израиль получили совсем не те, кому эта земля исторически принадлежала…

----

  Литература: Артур Кестлер «Тринадцатое колено. Крушение империи хазар и ее наследие»;  Л.Гумилев  «Тысячелетие вокруг Каспия», «Открытие Хазарии»; С.А.Плетнева «Хазары».

----

            В нашем мире существует исторический и политический парадокс. Святая Земля отдана не тому народу, который изначально жил там. Но вот еще больший парадокс заключается в том, что евреи-ашкенази сами и добровольно приняли на себя моральную ответственность за  гибель Исуса Христа …. И совершенно не собираются от такого своего выбора отказываться …

===

Коротко о истории  возникновения  Израиля

---

                  Все знают, что великий полководец Наполеон Бонапарт после успешного завоевания Италии, зачем-то был послан Французской Директорией в совершенно авантюрную военную операцию по завоеванию Египта. А Египет всем им очень на тот момент нужен был? Гораздо логичнее было бы продолжать громить своих противников в Европе, что Наполеон и сделал, вернувшись из Египта, когда египетская военная кампания потерпела неудачу. На самом деле главной целью египетской экспедиции было завоевание Палестины, естественно не бескорыстно, а в обмен на финансовую поддержку Директории от еврейского капитала. Но дело, как известно, не выгорело. Наши милые евреи расстраивались этой неудаче недолго и в следующей своей попытке завоевания для себя Палестины пристегнули к этому делу русских дворян-декабристов. Да, да именно тех самых, которые в декабре 1825 г. в Петербурге на Сенатской площади выступили против монархии, естественно с самыми благородными целями. Мало кто знает, внешнеполитическая часть планов декабристов в случае прихода их к власти в России предусматривала немедленную войну с Турцией и ее военный разгром. Палестина в этом случае, а она, как и весь Ближний Восток, тогда входила в состав Османской империи, отдавалась бы нашим милым евреям. Тут тоже ничего не вышло, декабристы потерпели поражение, пошли кто на виселицу, а кто в ссылку и по тюрьмам. Но наши евреи расстраивались и в этом случае недолго.

          В 1831 году в Египте произошел военный мятеж, мятежники действовали очень решительно и исключительно удачно. Их войска угрожали даже Стамбулу и самому существованию Османской империи. Далее произошло то, от чего султан Сулейман Великолепный и императрица Екатерина Великая, если бы они вдруг дожили до этого дня, надолго бы потеряли дар речи! Выполняя приказ российского императора Николая I Павловича наш Черноморский флот высадил в ноябре 1832 года 10-ти тысячный военный десант  в Стамбуле и фактически спас Османскую империю. К июлю 1833-го наши войска и флот вернулись обратно в Россию, даже не делая попыток поставить под контроль России проливы Босфор и Дарданеллы. Не знаю, как там сам султан Сулейман Великолепный, а российская императрица Екатерина Великая точно от такой «картины маслом» в своем гробу перевернулась бы. И тут у наших милейших евреев была неудача. Палестина, как и большая часть Ближнего Востока остались за Османской империей, хрустальная еврейская мечта о новом национальном государстве Израиль осталась пока несбыточной. Что наши милые евреи делали между 1833 годом и началом Первой мировой для захвата Палестины, автор точными данными пока не располагает, и в отличие от еврейских либерально-демократических историков-пропагандистов  своего выдумывать ничего не будет.

          Следующая достоверная попытка наших милейших евреев завоевать Палестину чужими руками и чужой кровью произошла в годы Первой мировой войны. Еврей Парвус благодаря своим талантам и беспринципности (хотя почему беспринципности?, ведь действовал он в интересах сионизма и своего еврейского народа) сделал невозможное: втравил в октябре 1914 г. Турцию в войну с Россией на стороне Германии и Австро-Венгрии. (В самом начале августа 1914 г. Парвус договорился с правительством Турции о передаче ей германских кораблей на Средиземном море – линейного крейсера «Гебен» и легкого крейсера «Бреслау». Они, обстреляв Севастополь и наши порты на Черном море, спровоцировали войну России и Турции.) Тем самым Первая мировая война получила мощнейший импульс и не закончилась зимой-весной 1915 года от финансового и экономического истощения воюющих европейских государств. А продолжилась до ноября 1918 года на деньги американских еврейских банкиров Ротшильдов и Варбургов, сожрала миллионы человеческих жизней, в результате ее рухнули Российская, Германская, Австро-Венгерская, Османская империи. Евреи-сионисты в союзе с Сообществом Тени  завоевали Россию и сделали гигантский шаг к мировому господству. Но вот захватив у Турции долгожданную всеми евреями Палестину, Англия так и не позволила евреям создать  свое национальное государство Израиль. Почему так все крайне обидно для евреев произошло? Ведь английская политическая элита насквозь сионизированная, что им стоило сделать уступку своим братьям меньшим? Почему все же так нелогично поступила Англия? Этому есть рациональное объяснение, но о нем позже.

                 А теперь задумаемся, а могла ли Вторая мировая война закончиться не в 1945-ом, а допустим в октябре 1939-го, или в июле 1940-го, или, в крайнем случае, даже в мае 1941-го? И не было бы десятков миллионов погубленных человеческих жизней. И не было бы совершенно измученных войной России, Украины, Белоруссии, Польши, Югославии, Германии. И других европейских государств, как Англии, Голландии, Франции или Италии, пострадавших от войны все же несколько менее. И вся бы эта военная заварушка закончилось хотя бы относительно благополучно, без излишних человеческих, моральных и материальных жертв. Ну, а почему бы и нет?  Не вступись Франция и Англия за Польшу, Вторая мировая так бы и осталась в истории под названием «германо-польская война сентября 1939 года». Если пошла бы Англия на мировую с Германией в октябре 1939 года, как тогда предлагал Гитлер Англии и Франции, или после поражения в мае-июне 1940-го, то Вторая мировая точно бы закончилась в 1940 году. Удалась бы миссия Гесса в мае 1941-го, и Англия согласилась бы на мир с Германией, то поводов для Гитлера напасть на СССР стало бы гораздо меньше.

              Вот НЕ договорись Гитлер и сионисты, о «сдаче» Сталина и его политической линии после ожидаемой победы Германии над СССР, и у Гитлера не было бы возможности решить проблему только военным путем.  И он не решился бы на военную авантюру, стоившую русским и немцам миллионы жизней, а Германии обошедшейся даже дороже, чем Гитлер и немцы могли тогда себе представить. Но что было, то было … Доказательством того, что Адольф Гитлер и сионисты все же договорились обменять полную военную и политическую победу Германии над СССР на возможность  создать национальное государство Израиль в отвоеванной у англичан немцами Палестине, доказывает тот факт, что точно так же как и Наполеон Бонапарт, Гитлер в мае 1941 г. начал очень успешную военную кампанию в Северной Африке, которая, если все же следовать нормальной человеческой логике ему была в тот момент совершенно не нужна. Так это если следовать нормальной человеческой  логике… А вот по совершенно нечеловеческой логике творцов нового будущего из Сообщества Тени  все события должны были происходить и развиваться следующим образом. А. Гитлер, очень уверенный, что после захвата Палестины и военного поражения СССР, он в обмен на предоставленную возможность создать в Палестине государство Израиль, получит в СССР вместо Сталина и коммунистов-государственников, которых  этническая часть советской политической элиты отстранят от власти, полностью лояльный к Германии новый российский политический режим, начинает 22 июня 1941 г. войну с СССР.

               Естественно ни Палестины, ни военной победы над СССР, ни замены там политического режима он не получает. Все потому, что Сообщество Тени  тогда так и не отдало  приказ «сдать» Гитлеру Сталина, его выдвиженцев и весь Советский Союз в придачу, так же как сионисты «сдали» Гитлеру всю Европу. (Советская политическая элита, так и РЕЛДИ, сдали СССР гораздо позднее в 1983-1991 гг.)  А подобного приказа и не могло тогда поступить. Весь замысел СТ тогда в том и заключался, чтобы Гитлер и Германия как можно более основательнее застряли в войне с Россией. Именно это и понимал Сталин, вот почему он всеми силами старался прекратить войну в Европе. Именно этого не понял Гитлер, вот почему 22 июня 1941-го стало для него «точкой возврата». Именно поэтому после Первой мировой сионисты  не получили возможность создать в Палестине свое национальное государство Израиль. Вначале, видимо, по причине простого упрямства англичан, а затем СТ совершенно сознательно не давало сионистам этого сделать. Все только для того, что бы иметь возможность манипулировать Сионистским движением в своих целях. Ведь если бы они получили свое долгожданное государство еще до начала Второй мировой, то заставить их «таскать каштаны из огня» для СТ было бы гораздо труднее, и всю комбинацию по завоеванию мирового господства СТ пришлось бы строить несколько по иному. (Примечание:  РЕЛДИ – Российская еврейская либерально-демократическая интеллигенция.)

               А так Сообщество Тени, очень успешно провернуло свою геополитическую комбинацию, используя алчность, расизм и полную бессовестность сионистов, а так же используя желание немецких нацистов освободиться от наследия Версальского договора, а затем уже используя образовавшееся у них в головах головокружение от неожиданных успехов. Ведь воевать со всем миром немецкие нацисты никогда не собирались, а тут надо же, всем подряд надрали задницу, и еще как образцово-показательно надрали! А почему бы и дальше тогда не продолжить, раз поперла такая карта! Любопытно, что уже в середине июля 1941 года Гитлер и руководство Германии посчитали все свои задачи в военной кампании против СССР выполненными, и дали указание резко сократить военное производство. И вот с августа по декабрь 1941 г. производство боеприпасов в Германии уменьшилось почти на одну седьмую (точнее на 13,5%), а производство  вооружений уменьшилось почти на одну треть (точнее на 29%). В итоге вся германская военная промышленность в 1941 году произвела 540 тыс. тонн боеприпасов, а германская армия только на Восточном фронте за весь 1941 год потратила 583 тыс. тонн! Источник: В.Бешанов «Танковый погром 1941 года», стр.342.

           Еще раз отмечу, по плану «Барбаросса» далее линии Архангельск–Горький–Сталинград–Астрахань германским войскам продвигаться не предполагалось. Гитлер и Германия не планировали захвата всей остальной европейской части СССР. И плана послевоенного освоения захваченной территории как директивного документа тогда еще не существовало! Были только черновые наброски дальнейших административных и экономических действий рассчитанные на 30 лет, выполненные второстепенным германским чиновником, ныне известные как план «Ост». В апреле 1942 года эти наброски были рассмотрены на совещании у Гитлера и получили одобрение. Но в действие как директива они никогда не вступали. Что уже тут нам говорить обо всем остальном, о завоевании всего мира! Были, правда, намерения использовать в целях военного производства ряд предприятий бывшей советской промышленности. Например, за счет бывших советских авиазаводов планировали на треть увеличить производство боевых самолетов. Этим надеждам по причине успешной эвакуации в 1941-42-ом советского промышленного потенциала на восток страны не суждено было сбыться.  Но и до сих пор по ТВ всех нас «кормят» этническими народными сказками о Гитлере, мечтавшем о мировом господстве и поэтому спланировавшем и начавшем Вторую Мировую войну. Истинные планировщики и организаторы Второй мировой сидели совсем по другую сторону Атлантического океана! И были они все из Сообщества Тени. А сионисты шестерили у них на подхвате, попутно сотрудничали с Германией и Гитлером, о чем сионисты так сейчас бояться вспоминать .

        Любопытно, что в самом начале, когда нацисты и сионисты между собой договаривались, то Гитлер предлагал им для поселения вместо Палестины тогда еще принадлежавший французам остров Мадагаскар, видимо, чувствовал своей задницей, до Палестины ему добраться будет несколько трудновато! А Франция тогда уже была разбита Германией и марионеточное французское правительство в Виши этот самый Мадагаскар уступило бы без особых возражений. Но остров Мадагаскар как свое государство был сионистам и на обрезанный не нужен. (Этот интересный факт упомянул В. Суворов в книге «Самоубийство», посвященной Гитлеру.) И тут совершенно неожиданно (сионистами вместе с СТ и организованный) произошел одновременный и массовый отказ почти всех французских колоний признать марионеточное правительство метрополии в Виши. Естественно, что Мадагаскар как место для создания государства и их поселения после этого отпал. Говорят, что именно после этого с Адольфом Гитлером в первый раз случилась истерика. Еще бы, наконец-то появилась такая хорошая возможность «сплавить» их всех с глаз долой, а тут такой вот «облом»!  После этого пришлось согласиться на Палестину и направить  в феврале 1941-го генерала Роммеля с его корпусом в Северную Африку. Африканский корпус уже в июне 1941-го после блестящих побед над англичанами  вступил в Египет. Хитрый Гитлер решил подгадать разгром Англии в Северной Африке и Ближнем Востоке с захватом Палестины, примерно одновременно с ожидаемой военной победой над Советским Союзом. Опасался, наверное, как бы  они со своими обещаниями отстранить Сталина от власти Германию и Гитлера не надули. Интересно, догадывался ли Адольф Гитлер, что за спинами предельно сионизированных и продажных правительств Польши, Англии, Франции, да и правительства США, в котором тоже много было столь нелюбимых им евреев, стояло Сообщество Тени? Сейчас это выяснить, конечно, уже никогда не удастся.

         А пока возвращаемся в 1942 год. К этому времени немцы успели в ноябре 1941 года из Египта отступить, и в январе-феврале и в мае-июле 1942 года снова начать свое наступление, а англичане успели перебросить в Египет свои войска из Эфиопии и Сомали, высвободившиеся после разгрома находившихся там  итальянцев. В конце августа 1942 года немецкое наступление у Эль-Аламейны выдыхается уже окончательно. В октябре 1942 г. у немцев и итальянцев в строю почти не остается бронетанковой техники, и они начинают стремительно отступать из Египта, бросив всю тяжелую технику и значительную часть вооружения. Африканский корпус Роммеля смог остановить наступление англичан  только в январе 1943 г. на границе Туниса. Но еще 8 ноября 1942 г. англичане и американцы начали высадку своих войск в Марокко и Алжире. Африканский корпус оказался в Тунисе зажатым союзниками с двух сторон. Несмотря на ожесточенное сопротивление и частичные успехи немцы и итальянцы в Тунисе к 13 мая 1943 г. капитулировали.  В это самое время в России немцы поначалу имели немалые успехи под Смоленском, Киевом, Ленинградом, Вязьмой, Брянском, Ржевом, Харьковом, в Крыму, на Дону и Северном Кавказе, дошли до Волги, но потерпели поражения под Москвой, Сталинградом, Ростовом-на-Дону, на Кубани. Летом 1943 г. в сражении под Курском планировали нанести Красной Армии решительное поражение, которое позволит им выиграть Вторую мировую.

          И что самое интересное, что сотрудничество немцев-нацистов и сионистов не прекращалось! Еще 20 января 1942 г. на Ванзейской конференции в Берлине предлагалось т.н. «окончательное решение еврейского вопроса». Либдемы  утверждают, под этим подразумевали физическое уничтожение еврейского народа. К их глубокому огорчению в документах конференции ничего об уничтожении евреев не говорится, говорится только о перемещении и поселении евреев в Палестине. Как более реалистичный вариант в Белоруссии и Украине, так как нацисты уже поняли - Палестина для них труднодостижима. Приходилось выбирать из того что есть. Но и этого не удалось, в 1943-ом немцы выбиты из Украины, в 1944-ом выбиты из Белоруссии. И евреи по-прежнему оставались в концентрационных лагерях на территории Польши и Германии. От голода, лишений и тифа в них умерло не менее 150-170 тысяч евреев. В том числе и знаменитая Анна Франк и ее сестра Маргарет, которые в марте 1945 г. умерли от тифа в лагере Берген-Бельзене, куда их туда эвакуировали из Освенцима.  (А совсем не были убиты озверевшими немецкими нацистами, как нас в этом постоянно убеждают). Так жалеть нам эти еврейские жертвы или нет? Безусловно, 14-летнюю Анну Франк, которой никогда уже не исполнилось пятнадцать, и ее сестру Маргарет жалко, так же как жалко всех тех и Таню Савичеву, кто тоже умер от голода в блокированном Ленинграде, в т.ч. немало и евреев.

           Самое забавное, после исчезновения Адольфа Гитлера, национал-социализма и нацисткой Германии вся эта сионистская политическая игра не закончилась и вокруг идеи устройства в Палестине нового государства Израиль, как кобели вокруг течной сучки, несколько лет продолжали крутиться ООН, США, Англия, СССР, и само Сионистское движение. На этот раз, в отличие от первого раза, действительно бывшего для всего мира настоящей трагедией, все события вокруг этой сионисткой идеи стали явно походить на какой-то совершенно неприличный порнографический фарс. Сообщество Тени, Администрация США и Кабинет министров Англии после официального окончания Второй мировой войны в 1945 г. так и не позволили сионистам создать в Палестине свое новое государство. Можно предположить, СТ намеревалось держать Сионистское движение на коротком поводке, манипулируя сионистами и используя для этого как приманку возможность создания Израиля. Государство Израиль в этом случае СТ явно было не нужно, и СТ продолжало оставлять сионистов без их очень желанной Земли обетованной и продолжало их использовать в своих геополитических играх против  И. Сталина, советского народа  и СССР. Но тут они получили поддержку у народа и политика, которых они не раз предавали, постоянно ненавидели и презирали, и против которых их использовали в своих играх Антицивилизация и СТ. Почему так все произошло? Сталин, как и Гитлер, намеревался использовать сионистов в своих целях, причем сделал это более умно, более успешно и более честно по отношению к ним. Ради своей мечты – создания в Палестине национального государства Израиль, сионисты, словно пудель хозяйские тапочки, вытаскали для Сталина и СССР все американские ядерные секреты, причем таскали эти американские военные секреты в любой форме, как говорят «сырым и вареным». Причем, обратите особое  внимание! Сталин не стал требовать сначала стулья, а потом платить за них деньги. Он расплатился с ними еще до того, как евреями работа по краже и доставке в СССР американских ядерных секретов была закончена.

             Уже 29 ноября 1947 г. Генеральная ассамблея ООН признала право евреев создать в Палестине на арабских землях свое государство Израиль. В декабре 1947 г. начались боевые действия между арабами, живущими в Палестине и евреями, создающими там свое новое национальное государство. США на государственном уровне уклонилось от поддержки евреев. Англия заняла откровенно прорабскую позицию и крайне враждебно отнеслась к самой идее создания государства Израиль. Материальную поддержку сионисты получили только из США в виде денежных пожертвований от частных лиц. Поставки оружия они получали главным образом из Чехословакии, естественно, что чехам невозможно было это сделать без одобрения Сталина. 14 мая 1948 года английские войска покинули Иерусалим, и в тот же день было провозглашено новое государство Израиль. Уже 15 мая 1948 г. войска соседних арабских государств выступили против евреев на стороне арабского населения Палестины. Для евреев сложилась исключительно трудная ситуация, им пришлось воевать уже не палестинскими партизанами, а с регулярными войсками арабских государств. Например, тяжелым и опасным противником для них был Арабский легион из Трансиордании. И тут евреи сразу получили серьезнейшую моральную и политическую поддержку. Уже 16 мая 1948 г. Советский Союз де-юре признал государство Израиль. Кстати, США сделало это сначала только де-факто. Англия же вообще постоянно угрожала возвращением своих войск в Палестину и началом военных действий против Израиля.

            Благодаря финансовой и моральной поддержке евреев со всего мира, чехословацкому оружию и политической поддержке СССР к апрелю 1949 г. наступление арабов на Израиль было отбито и военные действия прекратились. Государство евреев Израиль состоялось, выдержало войну с арабским миром, мечта всех евреев о своем национальном государстве наконец-то сбылась. Сталин честно расплатился с евреями за украденные ими американские ядерные секреты, которые сэкономили СССР не один год драгоценного времени, позволили избежать развития ядерных исследований по неперспективным или тупиковым направлениям, и позволили нам быстро создать советское ядерное оружие. Причем расплатился заранее. Именно поэтому они и не простили это Сталину, Советскому Союзу и советскому народу. И, видимо, именно поэтому ими уничтожены: СССР, советский народ и доброе имя И.В. Сталина.

           Все вышеизложенное необычно для вашего восприятия, оно противоречит тому, что вам говорили в школе, по телевизору, дома, тому, что вы читали в книгах или газетах. Поэтому в доказательство еще один общеизвестный факт. Как известно, в самом конце Второй мировой войны 12 апреля 1945 года умер 32-й президент США Франклин Рузвельт. По воле его жены Элеоноры Рузвельт президента похоронили в закрытом гробу и несколько месяцев почетный военный караул день и ночь нес охрану его могилы. Этот факт дал возможность утверждать ревизионистам, что на самом деле президента Франклина Рузвельта убили, а похороны в закрытом гробу были проведены для того, чтобы это скрыть от общественности. А вот кто убил и кто организовал это убийство, если это действительно было убийство?

          Дуглас Рид в своей книге «Спор о Сионе» считал, Рузвельт пал жертвой мести со стороны сионистов, когда он отказался исполнить их светлую хрустальную мечту и вытребовать у Англии Палестину, что бы они могли там организовать свое новое государство Израиль. Автор, честно говоря, не очень верит в то, что сионисты решились выступили против Сообщества Тени. Ведь они очень осторожные люди. И притом «упороть такой косяк»! Нет, это не совсем в их правилах. Но все же, чего на белом свете не бывает …

          Вот допустим, представим себе следующую картину: Секретарь (президент и администрация США) смогли убедить некую еврейскую организацию (Сионистское  движение) выполнить некую очень деликатную и не совсем чистую (а если честно, то очень грязную и кровавую) работу для своего Хозяина (Сообщество Тени), пообещав им в награду за выполненную работу от имени своего Хозяина дать им возможность создать долгожданное государство Израиль. Работа сделана, Третий рейх с Гитлером явно присмерти, а награды как не было, так и нет. Наши милые евреи (сиречь Сионистское движение) встречаются с Секретарем и снова поднимают вопрос  о вознаграждении. Наш Секретарь отвечает, что Хозяин крайне прижимист и скуп (между нами говоря, тот еще жлоб), но сегодня очень удачный день, Хозяин в исключительно хорошем настроении и добром духе, так что сегодня наилучший шанс получить все обещанное. Он, Секретарь проведет их к дверям кабинета Хозяина и они при встрече с ним получат обещанное прямо из его рук. Так и происходит, Секретарь доводит их до дверей кабинета, запускает их туда, а сам под благовидным предлогом сразу же «линяет», якобы по своим делам. Наши евреи, заискивающе и униженно кланяясь, излагают Хозяину свою просьбу. Хозяин, не удостоив их даже взглядом и отставив в сторону бокал с шампанским, вызывает начальника охраны (Англию) и очень выразительно, с чувством говорит примерно следующее:  - Что это такое, я тебя спрашиваю? - Куда смотрят твои люди, и вообще, зачем я плачу тебе и твоим людям хорошие деньги? – А ну, убрать этих лаццарони, эту … отсюда!

         И очутившись на улице, наши милые евреи стоят оглушенные свалившимся на них глубоким разочарованием. Тут какой-то еврофанатик, рванув на груди рубаху, так что пуговицы летят во все стороны со скоростью осколков знаменитой гранаты Ф-1, и, ударяя себя во впалую грудь на которой синеет татуировка «Не забуду Мать Родную – Землю Обетованную» начинает вопить: - Сцуки еб..ные, волки позорные, опять нас, евреев, кинули. - Как последних лохов вокзальных, купили и кинули! - Змеи подколодные! – Ведь вынудили же наши еврейские кристально чистые души продать самому Дьяволу – этому Адольфу Гитлеру! - Ведь за это свою родную сестру (Сионистскую идею о создании государства Израиль) пришлось нам сдать в самые дешевые проститутки! – И всякие там лапали грязными руками ее чистое белое нежное тело! -  Да я - не я буду, если этого гада Секретаря не замочу!

          Возможно ли было нечто такое? Не знаю, но я бы многое отдал, чтобы увидеть подобную «картину маслом». Но если только взглянуть на историю возникновения государства Израиль, то становиться ясно, Сообщество Тени,  США и Англия совсем не спешили немедленно дать евреям возможность создать свое новое национальное государство, так что этот факт явно работает на мою теорию. Кстати, интересное наблюдение. В Америке есть славная традиция - давать имена бывших президентов США новым авианосцам и атомным подводным ракетоносцам. Даже недавно назвали новый авианосец именем Д.Буша-старшего. Есть авианосцы с именами Джона Кеннеди, Дуайта Эйзенхаура, Теодора Рузвельта, Джорджа Вашингтона, Авраама Линкольна, Гарри Трумэна (кстати, переименованного из атомного авианосца «Соединенные Штаты»). Но вот среди современных американских авианосцев, находящихся в строю американского ВМФ, сейчас почему-то нет авианосца с именем Франклина Рузвельта. Среди атомных ракетоносцев были с именами Джорджа Вашингтона и Теодора Рузвельта, даже и менее известные американские исторические деятели удостоились подобной чести. Но среди находящихся в строю атомных подводных лодок почему-то нет субмарины с именем Франклина Рузвельта. Американская еврейская политическая элита до сих пор обижается на него за то, что он когда-то посмел обидеть несчастных сионистских сироток?

Для справки:

в состав американского ВМФ в январе 1944 г. вошел ударный авианосец CV-13 «Франклин» типа «Эссекс» водоизмещением 27 тыс. тн. (назван в честь Бенджамина Франклина): после окончания Второй мировой он был выведен в резерв, затем поставлен на консервацию, разобран в 1964 г.

в октябре 1945 г. в состав американского ВМФ вошел ударный авианосец CVВ-42 «Франклин Д. Рузвельт» типа «Мидуэй» водоизмещением 45 тыс. тн.: в 1977 г. он был выведен в резерв и затем поставлен на консервацию.

         Но есть еще один факт, гораздо более интересный и тщательно скрываемый от мировой общественности. И он объясняет практически все в современной мировой политике.

         Каждый знает, все евреи одной крови и убеждений, и держатся друг за друга, и не оставляют своих в беде. Все правильно, одних убеждений и одной крови. Одной, да не совсем. На самом деле настоящими, классическими евреями времен пророка Моисея, Исуса Навина, священника Ездры, Исуса Христа, презренного Иуды, предавшего Христа, первосвященника Каиафы с этнической точки зрения являются только евреи-сефарды. Они после разрушения в 70 г. н.э. в Иерусалиме Второго храма и крушения после 135 г. н.э. Израильского государства рассеялись по Римской империи, в своем большинстве смешавшись с окружающими народами. Их примерно 600-700 тыс. Они в количестве примерно 20-30 тыс. чел. в настоящее время и составляют весь господствующий элемент в Сообществе Тени. А евреи-ашкенази – это потомки городского населения бывшего Хазарского каганата, принявшие в 740 г. н.э. иудаизм и классическими евреями в этническом смысле не являющиеся. В 808 г. н.э. иудаистская община захватила государственную власть в Хазарском каганате. К 820 г. н.э. из Хазарии были выжиты христиане и вся ее политическая, военная, экономическая элита стала по вере иудаистами. Сельское же население Хазарии к 830 г. было исламизировано (после 850 г. в Хазарии начались гонения и на ислам). Начиная со 2-й половины 10-го века (после разгрома в 965 г. н.э. Хазарского каганата войсками киевского князя Святослава), евреи-ашкенази перебираются в Польшу, Турцию, Германию. Затем они рассеялись по Европе и остальному миру. Ашкенази теперь составляют не менее 90-95% численности всех евреев в мире. Есть еще и так называемые евреи-сябры. Это те этнические евреи, которые никуда с родной земли не уходили и продолжали там жить все 2 тысячи лет так называемого рассеяния еврейского народа. Их в Израиле около 40-50 тыс.

          Но сефадры и ашкенази это совершенно разные народы. И даже язык у них разный. У евреев-сефардов – «иврит». У евреев-ашкенази – «идиш», - смесь восточно-средненемецких диалектов с добавкой криминального арго из восточнославянских языков. Вообще с народным языком у евреев всегда обстояло крайне любопытно. Так они разговаривали во времена Моисея на древнееврейском, во времена вавилонского пленения на халдейском. Во времена Исуса Христа на арамейском, в диаспоре в Александрии использовали греческий, а так же языки коренных народов в странах пребывания. Так в Испании евреи-сефарды использовали в качестве разговорного языка – «ладино», смесь испанского и древнееврейского с еврейской письменностью. Евреи-ашкенази меняли языки, страны пребывания, часто меняли даже веру, но всегда хранили верность своей древней религии – иудаизму, Талмуду, системе моральных ценностей (иначе «культурному ядру») как производной от талмудистского иудаизма.  Принимая во внимание вышеизложенное, можно догадаться, с точки зрения евреев-сефардов, наши милейшие евреи-ашкенази не более чем узурпаторы их древней родины Иудеи-Израиля, непонятно на каком основании называющие себя евреями. Правда, в сознании всех народов мира евреи-сефарды и евреи-ашкенази это единое целое, многие даже и не подозревают, что существует такое разделение в славных рядах многострадального еврейского народа.

====

           Забытый великий еврейский писатель

А. Рифеев

--

             В советской истории есть одна очень интересная и очень умная личность. Герой многочисленных анекдотов «про Василия Иваныча, Анку и Петьку». Это Фурманов. Заметили, в глупые и невероятные происшествия, в отличие от легендарной троицы он почти не попадает. Вот, к примеру, уже совсем забытый анекдот. Василий Иванович вызывает к себе Петьку и с очень озабоченным видом: «Вот что Петька, у нас в дивизии контра завелась, в туалете пальцем запятые ставит, не иначе как шифр, срочно разузнать и к вечеру доложить!» Петька уже вечером: «Вычислил контру, Василий Иванович!» Василий Иванович: «Кто?» Петька: «Фурманов!» Пораженный до глубины своей души Василий Иванович: «Не может быть, Петька!» Петька: «Еще как может, Василий Иванович! Он единственный из всей дивизии после туалета руки моет!»

          Конечно, это только один пример злобно-ироничной по отношению к герою Гражданской войны и ко всем нам, славянам, российской еврейской антисоветской пропаганды. А теперь более серьезно. Дмитрий Андреевич Фурманов как человек прожил не очень длинную жизнь, он родился в 1891-ом и умер в 1926 году, тридцати пяти лет от роду. Его жизнь писателя была и того короче, с 1921-го по 1925-й. Крупные произведения Фурманова: повесть «Красный десант», романы «Чапаев» и «Мятеж». Его романы, посвященные описанию событий Гражданской войны 1918-1922 гг., очень интересны тем, что фактически они являются документальными произведениями, написанные очень живым художественным языком. Что и не удивительно, Фурманов с 1912-го учился на юридическом факультете Московского университета, в 1915 году окончил его на историко-филологическом факультете.

          По моему скромному мнению, творчество Д.А.Фурманова обязательно и очень подробно нужно изучать в школьном курсе советской литературы.  Каким образом, ведь современная школьная программа по литературе и так перегружена, словно московский трамвай после 16 часов дня? А выкинуть из программы всех еврейских умников, вроде Б.Пастернака, А.Солженицына или О.Мандельштама, тогда освободится около двух третей времени преподавания советской и современной российской литературы, и ее можно заполнить уже действительно ценными литературными произведениями. В первую очередь - романы «Чапаев» и «Мятеж». Особенно интересен роман «Мятеж».

          Представляю, у российских еврейских либерал-демократов сейчас истерика: «эта недобитая коммунистическая ….., как он посмел лапать своими грязными руками святую русскую и советскую литературу!». Святая то она, конечно, святая … Вот только давно уже замечено, всех великих классиков великой русской литературы и  великих классиков советской литературы, они очень здорово приспособили к делу идеологического оболванивания и психологического манипулирования сознанием подрастающего молодого поколения российских граждан. Вся беда великих русских классиков в том, что кормились они главным образом от своих литературных трудов и свои сюжеты им часто приходилось выдумывать на потребу дня, то есть на ублажение вкусов российской интеллигентной публики, поэтому с реальной жизнью эти сюжеты совпадали плохо. Классики из литературного «второго эшелона», при жизни менее известные и не имевшие чести попасть в школьные программы, были людьми, для которых литература не являлась единственным источником средств к существованию. Они часто были специалистами в какой либо профессии, и свои сюжеты черпали из практических знаний реальной, а не выдуманной жизни. К примеру: К.М.Станюкович («Морские рассказы»), В.М.Гаршин («Из воспоминаний рядового Иванова», «Четыре дня» и т.д.), М.Глинка («Горизонт чист», «Начкон» и т.д.), В.В.Конецкий («За Доброй Надеждой», «Соленый лед», «Среди мифов и рифов», «Вчерашние заботы» и т.д.).  Вот их сюжеты шельмовать уже довольно сложно, так как они однозначны, и только однозначно их можно понимать. К ним относится и ныне совершенно забытый великий революционный писатель Д.А.Фурманов. Он писал откровенно, четко и ясно, без иносказаний. Вот поэтому этого писателя и надо очень внимательно изучать и  читать, что мы и сделаем с его почти неизвестным для нашей широкой публики романом «Мятеж».

          Роман «Мятеж» посвящен сейчас уже совсем забытому эпизоду Гражданской войны – восстанию частей 3-й Туркестанской стрелковой дивизии имевшему место  11 по 19 июня 1920 года в городе Верном (Алма-Ата). Краткая предыстория данного исторического факта. После вхождения в 1860-1870-х годах в состав Российской империи государств Средней Азии там было создано Семиреченское казачье войско. Во время проведения переселенческой политики председателя Совета Министров Российской империи П.А.Столыпина в Семиречье появились и многочисленные деревни переселенцев из России и Украины.  После революции и в Гражданскую войну крестьянское население Семиречья поддержало новую власть - большевиков. Находясь полностью в отрыве от центральной России, они стойко сражались с Семиреченским казачьим войском и посланными против них войсками Сибирской армии адмирала Колчака. Их даже называли Семиреченской Красной Армией. К 1920-му Сибирская, Оренбургская и Уральская армии адмирала Колчака были уже разбиты, а Семиреченское казачье войско прекратило борьбу с советской властью. Уцелевшие части белых войск отступили из Семиречья на территорию Китая. В Семиречье наступило относительное затишье. В марте 1920-го Д.Фурманов с группой работников был направлен Реввоенсоветом Туркестанского фронта в Верный (Алма-Ата), административный центр Семиречья, для партийной работы. Семиреченские красноармейцы уже были сведены в 3-ю Туркестанскую стрелковую дивизию РККА. В мае 1920 г. был получен приказ: перебросить дивизию в Фергану. Сразу стало ясно, что части дивизии с приказом не согласны и добром в Фергану не пойдут, тем более, что, опасаясь выступлений, их в Фергану посылали без оружия, оставив в среднем на стрелковый батальон не более ста винтовок. Далее цитаты из романа «Мятеж» Д.Фурманова, из-во «Правда», М 1980 г. 

     «Пока что – отправить следует два полка кавалерийских и два стрелковых. Отправлять решили побатальонно, чтобы лицом к лицу не столкнуться с целыми полками. Панфилычу на этом самом совещании (оно было всего за два дня до восстания) поручили даже выработать общий план обороны Верного. …

         Да не понадобился он. Оборонятся ведь тоже надо силой и силой надежной, а мы ею-то как раз и не располагали вовсе. Слишком неравные были силы у нас и против нас. Пулями тут ничего не поделать. А ведь оружие выбирать всегда надо по противнику. Оружие всегда надо брать по силе противника и по живой обстановке, в которой развертывается борьба». («Мятеж», стр. 157.)

«Нам теперь в Верном, перед грозой, оружие открытой борьбы – как будто тоже применять не стоит. А впрочем: партшкола, коммунисты, военные и гражданские, рота интернационалистов, силы особого отдела и трибунала … - гадали мы на кофейной гуще, веря и не веря своим итоговым цифрам, не зная, на кого можно и на кого нельзя положится в критический момент.

Тревога – тревога – тревога …   Ох, какая близкая, жуткая, ощутимая тревога … Она накапливалась, пучилась, сгущалась с каждым днем, часом, минутой, мы ею дышали, мы в ней задыхались, словно куда-то все глубже-глубже входили мы в зловонный черный, глухой тоннель, где спирает дыхание, мутит мысли и душит сердце, где без пути и наощупь в зловещей мгле так трудно идти, вот-вот грохнет по гулкой пустоте последняя катастрофа …»   («Мятеж», стр. 158.)

          Комментарий автора. А отчего такое черное отчаянье? А Дмитрий Фурманов человек очень умный, по своему служебному и этническому положению очень и очень информированный, он прекрасно знает о истинном отношении русских к евреям-большевикам, тем более в Семиречье, где русское население еще не было морально сломлено еврейским революционным террором. Вот почему и такие мрачные мысли. Знает кошка …

          «Дивизия была в движении. Первым в Верный пришел из Джаркента батальон 27-го полка. Из стрелковых полков к переброске предназначались 25-й и 26-й, из кавалерийских – 1-й и 2-й. Джаркентский батальон вливался в 26-й полк, которому так же была задача идти на Верный. 26-й, по нашим расчетам, должен был к Верному подойти числа 18 июня, когда Джаркентский батальон уже будет далеко в пути на Ташкент. Но 26-й развил такую быстроту, что 11-го был всего в 75 верстах от Верного, в выселке Илийском, - следовательно, к нам мог пожаловать 12-13-го. Он торопился сверх меры. Зачем? Откуда такое рвение? Мы дали приказ: остановиться в Илийском – и ни шагу дальше, впредь до особого распоряжения! А тем временем по этому же пути издалека подводили 4-й кавполк – «на всякий случай». (Он потом подавит восстание.  Прим.автора) Джаркентский батальон был настроен из ряда вон скандально: не исполнял никаких распоряжений, не признавал никакого начальства, то и дело митинговал, держался вызывающе …»  (стр. 158.)

          «Казалось бы, самое для нас простое и подходящее, обезоружить скандалистов, вызвать и выловить зачинщиков, махровых хулиганов, а остальных выпихнуть быстро на Ташкент, согласно приказу. Чего тут церемониться с этакой братвой? И пошла и пошла бы кутерьма: не распутаешь. Зачем – что значит отнять девяносто две винтовки? Они же все равно, эти девяносто две, не решают никакого события. Не в них главная угроза.

           А ведь здесь, в Верном, часть 25-го полка, тоже настроенного буйно, здесь караульный батальон, вполне с джанкентцами солидарный … Нет, нет, не стоит гусей дразнить. Посоветовались мы на ходу и решили пока что батальон не трогать. Это было 11 июня, часов в пять вечера».  («Мятеж», стр. 162.)

           Комментарий автора. Далее в романе ночью с 11-го на 12-е июня непокорный батальон неожиданно организованно выступил, захватил крепость и вооружился со складов. Против командования, парторганов и советской власти пока не выступал.

        «Мы знаем, что в крепости более тысячи штыков, знаем, туда красноармейцы непрестанно перебегают изо всех наших команд, что бежит туда население из соседних станиц, - оно мгновенно узнало обо всем, а может и раньше знало.

         Там, в крепости, уже давно разбиты склады, и из складов этих делят оружие приходящим. Там три орудия – у нас ни одного, там  до десяти пулеметов – у нас три.

         Вся область сочувственно откликнется мятежникам, она только и ждет, как бы прогнать этих сборщиков продразверстки. Крестьянское Семиречье будет все на стороне мятежников. Не вступится за нас город, не вступится и станица. Ташкент – шестьсот верст за горами, и все шестьсот – без железной дороги. Если бы подмогу оттуда – долго ждать. Блажевич из Сибири – когда-то подойдет. (В это самое время - дивизия из Сибири, направляемая на Туркестанский фронт. Прим.автора) Скорой помощи нет ниоткуда. Свои силы … да что ж это за силы!» («Мятеж», стр. 170-171.)

          Комментарий автора. Вполне понятное отчаянье захватчика, насильника и оккупанта у которого под ногами заполыхала земля. Но заметили, насколько у него  реалистичное и четкое мышление? И панике да иллюзиям тоже не поддается.

        «Быстро скакали мысли; один другому мы сообщили свои летучие планы. Договорились на одном, на общем:

         1.     Не нападать, а обороняться и принять удар только как неизбежность.

         2.     Помнить, что первый выстрел – это сигнал к национальной резне, он  развяжет руки, - провокация доделает свое.

         3.     Попытаться завязать переговоры.

         4.     Идти на максимальные уступки, помня, что они – временные.

         5.     Запросить тем временем Ташкент о помощи.

         6.    Подтянуть ближе к Верному более или менее надежный 4-й кавполк, стоящий почти за двести верст, но раньше времени без нужды в дело его не вводить.

         7.      Связаться немедленно со всеми частями и оповестить их вразумительно, без паники, спокойно, о некоторой части случившегося, не обо всем.

         8.      Выпустить листовку.

         9.      Локализовать мятеж на месте, удержать его в пределах только Верного, не дать переброситься на периферию.

         10.    Никому и ни в какой форме не давать чувствовать до последнего момента, что перевес сил не на нашей стороне, иначе ободренное население ускорит и увеличит помощь восставшим.

         11.    Держаться все нам вместе, сообща обдумывать свои действия.

         Так сообразили и так второпях набросали мы план своих действий.

         Надо было применить политику лавирования, надо было до последней степени напрячься силами, изощриться, испытать себя во всех ролях: и парламентером,  и дипломатом, оратором, командиром, рядовым бойцом».  («Мятеж», стр. 171.)

         «И есть другой выход: не выпускать вожжей, как бы не мчались бешено кони, верить до последнего дыхания, что утомят, собьют их кочки и рытвины, что по пути,  если вдобавок, ты еще и сколько-нибудь умело станешь дергать вожжами, в нужную минуту рвать им, коням, пенные, мыльные губы, сбивая на дорогу, которая нужна тебе, - о, поверь, и бешенные кони утомятся, останешься жив, с честью спасешь коней и себя!  («Мятеж», стр. 172.)

         Комментарий автора.  Теперь понятно, почему в России уже почти век правят одни лишь евреи? А они просто не боятся русских коней вскачь по кочкам гнать!

         Далее Д. Фурманов превосходно описывает ромашковую наивность восставших.

         «Ночью у казарм, когда только выступали, раскололись мнения: одни говорили, что надо тотчас идти на штаб дивизии, захватить его и арестовать или тут же прикончить все начальство.

        Другие урезонивали и до подхода 26-го полка не решались на этот шаг, зато крепость захватить считали весьма полезным:

         во-первых – прибрать в ней к рукам оружие;

         во-вторых – укрепиться, приготовиться к встрече;

         в-третьих – подогреть на выступления остальные части;

         наконец – разбудить деревню, привлечь и вовлечь в дело массу крестьянства.

         Со своей точки, правы были, конечно, первые. В интересах восставших надо было действовать решительно, уже с первого момента. Что-нибудь одно: или у штадива есть силы – и тогда от сил этих не укроешься в крепости, ожидая 26-й полк, или у штадива нет достаточных сил – и тогда зачем ждать подхода новых сил, когда управишься легко и теми, что есть налицо? Правы были первые: быстрым ударом надо было грохнуть на штадив, нас всех арестовать, а может быть, и расстрелять. Власть захватить немедля и полностью, произвести массовые аресты, заявить о единой собственной власти, - словом, всем и во всем показать, что за тобой победа!

         А мятежники – так они сделали? Ничего подобного: они только наполовину заявили о своей победе, а дальше – открыли с нами целую серию переговоров и совещаний, как в тину, затянули себя в споры и обсуждения, в этой тине сами и увязли. Мы их в эту тину усиленно тащили, ибо при данных обстоятельствах только здесь было наше спасение, спасение нашего дела. Мятежники выступили с грозными словами, но грозных дел совершить не сумели. Их сбивало с толку предположение, что в особом, у нас и в трибунале – много сил: недаром после того как вооружились они награбленным из транспорта оружием и готовы были идти из казарм в крепость, выслали сначала сильные дозоры к особому и трибуналу – ждать оттуда удара.

         Но удара не было. Тихо, без криков, без песен походных, чуть позванивая оружием - проходили они в густом мраке ночи, рота за ротой, в крепость. Там разбили склады, растащили из них оружие. Стража крепостная и не подумала сопротивляться – посторонилась, дала дорогу, а потом и сама присоединилась в восставшим».   («Мятеж», стр. 184-185.)

        Комментарий автора.  Исходя из цитируемого текста можно понять, окажись на месте восставших Д.А.Фурманов, то ситуация развивалась бы совсем по другому … Впрочем, она и развивалась в соответствии с дельными замечаниями Фурманова, но только развивалась в целом по России, когда мятеж против народов страны подняла российская еврейская диаспора, как в 1917 и в 1991 гг.

        Но и как же обойтись при всем при этом без родименькой …

        «В инженерную часть дивизии везли из Талгара четыре бочки спирту. Крепостники это добро перехватили и угнали подводы за собой, а там, в крепости, на манер вольницы запорожской окружили виночерпиев и требовали по чарке «зелена вина», приспособив на роль этой чарки … грязную консервную банку.  И часть уже успела недурно налакаться.

         Но тут вмещались вожаки и остановили пьянство: опасаясь, что наши «10 пулеметов и 800 штыков» их, перепившихся, положат на месте. Понапугали толпу, пригрозили опасностями – переломили охоту: страх смерти был выше жажды полакать из консервной банки». («Мятеж», стр. 183.)

         Комментарий автора.  Между прочим, подобное мнение о русских продолжает сохраняться в среде современной российской еврейской диаспоры. Неплохо бы его нам поменять, как думаете?

         Далее восставшие начали увязать в тине переговоров с «еврокоммисарами».

         «Совещание … открылось ровно в четыре часа. Обе стороны пришли вовремя – дорога была каждая минута. … Мы набились в комнату все разом, и разом стало там душно и тесно. … Исподлобья оглядываем друг друга, хотим проникнуть взором туда в мысли, в сердце, узнать: с чем кто пришел?

         Будут слова, будут обещания, а вот на самом-то деле – чего они ждут от этого совещанья? И кто у них главный? Может, вот этот же самый Печонкин? Или этот, как его – вон, что вертится и вьется ужимками, какое у него, однако, нехорошее лицо: подобострастно-рабское, корыстное, жестокое.  Это кто? Вилецкий. Он шумит больше всех. Видно из вожаков.

         А вот – этот, небольшого роста, с застенчивым лицом – этот как будто другого склада … У него и манеры такие непосредственные и в словах ни вызывающего нахальства, ни заносчивой самоуверенности. Это Фоменко.

         А тот, что сидит на окне со скрещенными руками, оглядывает бесстрастно всех немигающим, спокойным взором? И руки так у него положены крепко одна на другую, словно и не думает он их вовсе разнимать. По лицу – безмятежно пассивен. Опасность не здесь. Это Проценко.

         Тот, что рядом стоит у окна и пристально нас рассматривает, - серьезен, уверен в себе, неглуп: он что-то заговорил, как вошел сюда, и речь была простая, верно построенная, свидетельствующая о том, что знает человек, что ему надо делать. Такой может быть и опасен. Даже – куда опаснее гаденького Вилецкого. Это Невротов. За ним надо приглядывать и слова его взвешивать прочнее.

          А другие? В общем, право, похожи друг на друга. («Мятеж», стр. 193-194.)

          Комментарий автора.  Холодный волевой и изощренный еврейский разум в действии. Самый яркий пример так называемого «управляемого кризиса». Все и вся под неусыпным моральным и интеллектуальным еврейским контролем.

          «Открывая заседание, пришлось агитнуть в том смысле, что: … интересы и цели у нас, собравшихся, само собой разумеется, одни и те же. Надо только кой о чем договориться в мелочах … Мы же борцы … революционеры … Мало ли какие могут быть и у нас разногласия в своей среде. Но мы всегда договоримся, так как лозунг у нас общий: «вся власть трудящимся» и т.д. и т.д.

          В этом роде была построена короткая речь. Цель у нее единственная: ослабить их подозрительность; наиболее слабых – психологически, хоть в малой доле, привлечь на свою сторону; заявить сразу и определенно, что не смотрим на них, как на врагов, и пытаемся договориться …»   («Мятеж», стр. 194-195.)

         Комментарий автора. Это типичная еврейская традиция: думай одно, говори – совсем другое, а поступай только по-своему. Далее - бодяга евродемократии.

         «Пункты огласили. Голоснули: все были согласны обсуждать. Мы своего ничего не предлагали, не все ли равно: под этими вопросами провести можно все что угодно.

         Открылось заседание, пошла галиматья: с едкими вопросами, взгоряченными протестами, злобными выкриками, угрозами, дрожащим негодованием, с буйным громом по столу кулачищами …

          Буря длилась четыре часа. Мы старались утихомирить страсти, сгладить колючие углы вопросов: в такой обстановке заострять их было совсем не выгодно. И шли на уступки, то и дело шли на уступки, когда увидишь, что на рожон переть все равно нельзя. Но многое взяли с бою. Собственно говоря, ни одно постановление не было вынесено в том виде, как предлагали его мятежники, - все постановления перекроены под нашим напором. Лишь только предлагалась какая-нибудь сногсшибательная формулировка, как мы в свою очередь, один за другим, брали ее под перекрестный огонь, безвыходно прижимали крепостников к стенке и как-нибудь так повертывали дело, что им приходилось отвечать на вопрос:

          - Революционеры вы или нет?

          - Конечно, да.

          - За власть вы трудовую или нет?

          - О, конечно, да …

          - Ну, так значит …

          И мы опутывали вопрос тонкой сетью своих доводов. Из этой сети мятежникам трудно было выбраться, и волей-неволей они соглашались предложение свое изменить в духе наших требований, так как они же … «революционеры … борются за право народа … за трудовую власть … за власть Совецкую…» («Мятеж», стр. 196.) 

            Комментарий автора.  Фурманов откровенно издевается над людьми, так и не понявшими разницу между «проблемой выбора» и «проблемой выбора решения», а так же не желающими признаться себе, что любой договор с евреями – это сделка с дьяволом, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

          «Им надо было нас давным-давно посадить в тюрьму, - это было бы, с их точки зрения, - дело. А тут завязали переговоры-разговоры. Да еще на «легальной», советской платформе. Это была наполовину их гибель, ибо удержаться тут в равновесии было никак невозможно: или – или.  Или ты признаешь Советскую власть – и тогда сажай ее защитников, расстреливай, свергай; или, раз признал ее, хоть и на словах, - никак не отвертишься от убийственной логики, которую нам в нашем положении «советчиков» так просто развивать». («Мятеж», стр. 196-197.) 

               Комментарий автора.  Манипуляция сознанием, что тут комментировать. Далее по тексту романа следует перечень рассматриваемых вопросов, резолюций, руководящих распоряжений,  переговоры штаба дивизии и боесовета восставших с командованием Туркестанского фронта. Эти переговоры командованием фронта с восставшими велись с целью максимально поддержать у восставших иллюзию, что все случившееся в Верном командование фронта рассматривает как досадное и случайное недоразумение. В шифротелеграммах фронта к штабу дивизии и обратно, все очень откровенно, там все называется своими именами.

         Далее у Фурманова и евротоварищей  серьезнейшее испытание – выступление в крепости, где любое неосторожно слово могло оказаться для них роковым.  Это одно из самых интереснейших мест в романе, здесь весь смысл, сердце спрута, и ответ на вопрос: как евреи смогли завоевали всю Россию и как у них хватило смелости и ума.

         «Вот она, многотысячная вооруженная толпа, - сбилась, гудит, ремя-ревет, словно стадо голодных зверей. Тут «недовольных»  .. сто процентов! У каждого свой зуб против Советской власти: кто за то, что от дома против воли на фронт отлучают, кто за разверстку, кто отомстить трибуналу охотится или особому, кого не обули вовремя, кому помешали хапнуть, кому сам строй не люб новый, - словом всяк сверлит свое.   Ну-ка, сунься в этакое пекло!

          Собрались вожаки, обступили телегу. Влез Бухин, зычно объявил: «Собрание открывается. Сегодня здесь будем обсуждать вопросы, про которые говорил Ташкент … командующий там и члены ревсовета …Слово даем председателю военного совета дивизии …

          Он назвал мою фамилию. Поднялся я, встал в рост, окинул взором взволнованную рябь голов, проскочил по ближним лицам, - чужие они, злые, зловещие …

          Как ее взять в руки, мятежную толпу? Как из этого официального доклада построить агитационную речь, которая нам сослужила бы службу?

          Прежде всего  - перед лицом мятежного собрания надо выйти, как сильному: и думать, мол, не думайте, что к вам сюда пришли несчастные и одинокие, покинутые, кругом побитые, беспомощные представители жалкого военсовета, - пришли с повинной головой, оробевшие … Может быть, и не прочь они толкнуться к вам за милостью, за прощением? О нет. К вам пришли делегаты от высшей власти областной, от военсовета, у которого за спиной – сила, который вовсе не дрогнул и пришел сюда к вам не как слуга или проситель, а как учитель, как власть имеющий. Он вам открыто заявит свою волю, непоколебимую волю военсовета.

          Словом - выступать надо твердо, уверенно, как сильному, и без малейших уступок, колебаний. Это первое: твердо и не сдаваясь в основном.

          А второе – не выпускать ни на одно мгновение из-под пытливого взора всю толпу, разом ее наблюдая со всех сторон и во всех проявлениях: говорить – говори, но и слушай чутко разные выкрики, возгласы, одобрения или недовольства, моментально учти отражают ли они мнение большинства или только беспомощные  попытки одиночек. Если большинства  - туго натягивай вожжи, если одиночки – парализуй их вначале, спрысни ядовитой желчью, выклюй им глаза, вырви язык, обезвредь, ослепи, обезглавь, разберись в этот миг и, поняв новое состояние толпы, живо равняйся по этому состоянию – то ли грозовеющему, то ли опавшему, смягченному, теряющему – чем дальше, тем больше – первоначальную свою остроту. А как только учтешь, поймешь – будь в действии гибок, как пантера, чуток как мышь.

        Если нарастает, вот она, близится гроза, чуешь ее ты жаркое близкое дыхание, - зажми крепко сердце, жаром мысли прокладывай путь – не по широкой дороге битвы, а окольными чуть приметными тропками мелких схваток, ловких поворотов, неожиданных скачков, глубоких, острых повреждений, иди – как над ревущими волнами ходят по зыбкому, дрожащему мостику, остерегайся, озирайся,  стремись видеть враз кругом: пусть видит голова, пусть видит сердце, весь организм пусть видит и понимает, потому что кратки эти переходные мгновения и в краткости  - смертельно опасны. Кто их не понимает, кто в них не владыка – тот гибнет неизбежно. Когда же минуешь страшную полосу, когда чуть задумаются бешенные волны нарастающего гнева толпы, задумаются, приостановятся и глухо гудящей, тяжкой зыбью попятятся назад, - смело уходи с потаенных защитных троп, выходи на широкую, на большую дорогу. Но – ни гу-гу. Чтоб никто не приметил, - ни в голосе твоем, ни в слове, ни по лицу твоему взволнованному, - как по тайным тропкам минуту назад скрывался ты от грозно ревевшей, близкой катастрофы. Кроме тебя одного, этого никто не должен видеть и знать. Разомкнулись тучи, миновала черная беда, нет больше опасности мгновенного взрыва, толпа постепенно остывает, нехотя и медленно отступает сама под напором твоих убеждающих, крепнущих слов. Не прозевай этого кризисного, чуткого момента, не упусти. Все туже, все туже навинчивай на крепкую ладонь эту тонкую невидимку-узду, на которую взял уверенно обезволенную, намагниченную толпу. Возьми ее, плененную тобой, возьми и веди, куда надо. Веди и будь лицом к толпе, и смотри, смотри по-прежнему пристально и неотрывно ей прямо в мутные глаза. Ни на миг не отрывайся от охмелелых, свинцовых глаз толпы, что там уже совершилось, ушло невозвратно, что теперь совершается в глубине и что совершиться должно  через минуты. Просмотришь – будет беда. Твой верный твердый шаг должен командой отдаваться в сердце намагниченной толпы, твое нужное острое слово должно просверлить толстую кору мозгов  и сделать там свою работу. Так надо разом: будь в этих грозных испытаниях и непоколебимо крепок, подобно граниту, и гибок, и мягок, и тих, как котенок.   Это запомни – во-вторых.

       В-третьих, вот что: знай, чем живет толпа, самые насущные знай у ней интересы. И о них говори. Всегда надо понимать того, с кем имеешь дело. И горе тебе будет, если, - выйдя перед лицом мятежной, в страстях взволнованной толпы, ты на пламенные протесты станешь говорить о чужом, для них не нужном, не о главном, не о том, что взволновало. Говори о чем хочешь, обо всем, что считаешь важным, но так построй свои мысли, чтобы связаны были они с интересам и толпы, чтобы внедрялись они в то насущное, чем клокочет она, чем бушует. Ты не на празднике, ты на поле брани, - и будь, как воин, вооружен до зубов. Знай хорошо противника. Знай у толпы не одни застарелые нужды, -нет, узнай и то, чем жила она, толпа, за минуты до страстного взрыва, и пойми ее неумолчный рокот, вылови четкие коренные звуки, в них вслушайся, вдумайся, на них сосредоточься. Мало того, чтобы зорким взором смотреть толпе в хмельные глаза и видеть, как играют они, отражают в игре своей внутреннюю бурю. Надо еще понимать, отчего разыгралась она, какие силы вызвали ее на волю, какие силы заставят утихнуть. И какой бы ты ни был мастер – никогда не возьмешь на узду толпу чужими ей делами, интересами, нуждами. Можно взять и чужими, но докажи ей сначала, убеди, что не чужие это, а собственные интересы. Тогда поймет.

         Потом в-четвертых. Глянь на лица, всем в глаза, улови нужные слова, учуй по движениям, пойми непременно и то, как передать, как сказать этой толпе слова свои  и мысли, - чтобы дошли они к ней, проникли в сердцевину, как в мозг кинжал.

         Если в тон не попал – пропало дело: слова в пространство умчаться, как птицы. В каждую толпу только те вонзай слова, которые она ждет, которые поймет, которые единственны, незаменимы. Других не надо. Другие – для другого времени и места, для другой толпы.

         А вот тебе пятый совет, вовсе неожиданный: польсти, здесь это надо!

         Не забывай того, что волнуется перед тобой не рабочая масса, которой можно и надо прямо в глаза сказать серьезную, суровую правду, - там ее поймут. И пусть будет сто крат от того тяжелей, но им враз нельзя не сказать эту горькую правду. Крепостная толпа - не такая. Эту сразу правдой суровой не возьмешь.

         Ты скажешь эту правду, скажешь всю, но не сразу – потом. Скажешь тогда, когда их мысли и сердца будут обмаслены медом лести, когда гладко может войти к ним правда – жесткая, сухая, колючая. Они ее смогут принять только незаметно для себя, как больной – лекарство в пилюле. Для такого конца, для своей цели – примени и это средство: нужную долю лести. И оно пойдет на пользу, искупится, окупится. Само по себе ни одно средство ни хорошо, ни плохо, оно оценивается только по достигнутым результатам. Не слюнявь, иди к цели. Ты скажи мятежникам такое, что они любят слушать, от чего тают их сердца, от чего опадает их гнев, расползается-ширится доверчивость, пропадает подозрительность, настороженность, недоверие к тебе и к твоему делу.  А тогда - бери голыми руками. Знаешь - как следователь: он сначала вопросами пятого порядка отвлечет и усыпит твою бдительность и недоверчивость, а потом, когда распояшешься и обмякнешь, - сам скажешь начистоту, если сам ты не кремневый. А какая же толпа – кремневая? Буйство – это не сила, буйство только разгул страстей.  Вот тебе все советы.

         В последних, так сказать, на разлуку только два слова: когда не помогают никакие меры и средства, все испытано, все отведано и все – безуспешно, - сойди с трибуны, с бочки, с ящика, все равно с чего, сойди также смело, как взошел сюда. Если быть концу – значит, надо его взять таким, как лучше нельзя. Погибая под кулаками и прикладами, помирай агитационно!  Так умри, чтобы и от смерти твоей была польза.   Умереть по-собачьи, с визгом, трепетом и мольбами - вредно.

        Умирай хорошо. Наберись сил, все выверни из нутра своего, все мобилизуй у себя – и в мозгах и в сердце, не жалей, что много растратишь энергии, - это твоя последняя мобилизация!  Умри хорошо …  Больше нечего сказать. Все».  («Мятеж» стр. 229-233.)  Комментарий автора.  Ну, так как, имел ли шансы русский народ в борьбе с такими вот убежденными, жесткими, умными и волевыми еврейскими революционерами в годы Гражданской войны? Никаких шансов и никогда! А ведь это только заря существования НЛП (нейролингвистического программирования). Тогда еврейский пропагандист-агитатор мог рассчитывать только на силу оратора и  свой интеллект. Теперь к его услугам тысячи и тысячи специалистов-психологов,  электронные СМИ и безграничный, неисчерпаемый ресурс человеческой глупости.

         Далее Фурманов до конца тянул волынку «революционной демократии», когда же оставаться в Верном стало опасно – выехал в 4-й кавполк. Кавалерийский полк состоял в подавляющем числе из интернационалистов и был верен командованию и власти. Полк срочно выдвинулся в город и к 10 часам вечера 19 июня 1920 года восстание в  Верном было подавлено без единого выстрела и жертв. Руководителям восстания для спасения собственных жизней это обстоятельство нисколько не помогло. Российские евреи-революционеры на такую дешевку из «общечеловеческих ценностей» не покупались ни тогда, ни сейчас. Скажете, времена и люди тогда были совсем другие? Тогда  откройте интересную книгу: А.Бушков «Хроника Мутного Времени». Прил. N 3. «РR-компания Мавроди» стр.424-502.   Александр Рифеев





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2019.06.26 20.32.59ENDTIME
Сгенерирована 06.26 20:32:59 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3251404/article_t?IS_BOT=1