Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 

Mp3baza.net скачать музыку бесплатно


->

Отказ от Западного меркантилизма – в поисках судьбоносного решения


Создание «монстра» – становление опостылевшего миропорядка. Тихое бессилие пост-колониального мира. Кто избавит от жестокого ига Мамоны? Похоже, опять без нас не обойтись. Побеждать так по-Суворовски: «Кто смел – тот цел!». Скажи, Человек, ты – порождение «Божьей искры» или «собака Павлова»? Надежда умирает последней. Ставка на пассионарные «биоритмы» Гумилева

«Мировой пылесос»: Думаю, ни для кого не секрет, что историю нашей многострадальной Родины трудно назвать фартовой. Тяжелые последствия монгольского влияния, не важно были ли они связаны с внешним нашествием или вызваны внутренней деспотией, как считают альтернативные историки, но итог един. В нужное время Россия оказалась не в нужном месте, то есть – вдалеке от Западной Европы, где закрутились жернова буржуазных революций, выдавая невиданные доселе темпы экономического роста и научно-технического прогресса.

Расклад глобальных сил кардинально изменился. Подобно смещению земной оси, центр Мира резко сдвинулся с Востока на Запад, сопровождаясь поистине катастрофическими последствиями, фатальными катаклизмами и страшными бедствиями для многих народов. Силовой перевес, связанный с резким технологическим рывком обеспечил Западу убедительную победу в длинной серии колониальных войн и привел к новому, еще более несправедливому всеобщему переделу, который довершили англосаксы лет 200 назад, выстроив свой беспрецедентно циничный глобальный порядок, постепенно подмяв под себя все империи старого феодального типа.

По итогам II Мировой Войны, когда все золото планеты естественным образом перетекло в американские хранилища, эта страна, неплохо заработав на разборках Старого Света, превратилась в финансовый центр планеты, окончательно подчинив себе основные потоки ресурсов и, соответственно, экономические процессы. Обладая колоссальной мощью, этот «мировой пылесос», превратился в «адскую машину», с легкостью уничтожающую остатки старого традиционного уклада. Трагичная участь Союза служит ярким тому подтверждением.

Убить дракона: Все надежды на растущую мощь Китая, как нового геополитического монстра, способного экономически задавить Штаты, выглядят все более иллюзорными. Пороха в пороховницах все меньше, а до глобального лидерства еще ой как далеко. Оставаясь производственным придатком Штатов, невозможно преодолеть гравитацию тяжелого комплекса собственной научно-технологической зависимости и второсортности. Но если даже им это вдруг и удастся, что, собственно, изменится? Вместо одного «пылесоса» появится другой. А от перемены мест слагаемых, как известно, сумма не меняется.

Ну и пусть, что плохого в однополярном мире? На первый взгляд, в нем даже есть что-то позитивное, какая-то определенность, порядок, стабильность, в конце концов. Но в этом то и главная проблема. В отсутствие геополитической конкуренции прогрессивное развитие неизбежно замирает, что мы, собственно, сегодня и наблюдаем. Такое положение вещей явно не может радовать «эгрегора» эволюционной экспоненты, заряженного на техногенное снижение энтропии. А это, похоже, очень мощный тренд, на пути у которого лучше не становиться.

Тогда придется признать, что однополярная «гармония» долго продолжаться не может. На исторической сцене должны появляться яркие амбициозные игроки, способные растрясти дряхлеющий Мир, внося свежую кровь, необходимую для новых свершений. Может, в этом и состоит разгадка удивительной и совершенно неожиданной «Русской Весны», когда вдруг ни с того ни с сего система стала демонстрировать крайне агрессивное поведение, вызывающие манеры и дерзкий апломб, причем явно ничем не подкрепленный?

Искусство побеждать: Если это так, то предстоит серьезная борьба, как говорится, не на жизнь, а на смерть за лидерство против бесспорно более мощного соперника, владеющего самыми сильными козырями и запрещенными приемами. Как победить в этой схватке, не имея ничего за душой? Возможно ли это в принципе? На чужом поле, конечно же, нет. Но если разобраться, противник не всемогущ. В его руках сконцентрированы рычаги управления денежными потоками, и в этом его сила, то есть, попросту говоря – в возможности эксплуатировать самые банальные человеческие слабости – алчность, тщеславие, меркантильность.

Манипуляционная механика очень проста. Каждый, кто жаждет заполучить больше других, неизбежно попадает в эту кабалу и вынужден подчиняться ее законам, которые совершенно бессильны против людей, равнодушных к потребительским излишествам, роскоши и сверхдоходам. Сидит такой Перельман в питерской коммуналке, как Диоген в бочке, и никакой «мировой пылесос» ему не страшен. Это две параллельные реальности, которые не пересекаются.

Так, может и не нужно пытаться обыграть, грубо говоря, «испанцев» в футбол, а подумать, в чем мы их реально сильнее, например, предложив померяться силами в хоккее. Именно в неожиданности и непредсказуемости маневра, как известно, и состоит секрет Суворовских побед. То общество, которое сможет отказаться от поклонения Золотому Тельцу (хотя бы на какое-то время), имеет шанс найти свой собственный путь развития, не зависимый от заокеанских воротил, их биржевых игр и раздутых, в результате, финансовых пузырей.

Легко сказать…, но что-то все-равно потребуется в качестве эквивалента, меры стоимости и т.д.  Где та грань, которая отделяет важнейший для экономики функционал от паразитической спекулятивной нагрузки на общество? Как оздоровить систему мирового хозяйствования, которая оказалась перевернута с ног на голову, став заложником финансового сектора? Ведь, по идее, экономика первична, а деньги должны лишь выполнять свою обслуживающую роль.

Можно, наверное, от них совсем избавиться, например, раздавая всем одинаковые потребительские пайки. Многим, конечно, это не понравится, зато народная справедливость, как говорится, восторжествует. Да, самый простой вариант – это чистая уравниловка. Но все прекрасно помнят, к чему она приводит. Это и потеря мотивации, и всеобщая инфантильность, и утрата предпринимательской инициативы, что, как считается, неизбежно приводит к тяжелому застою.

Да, выбор, прямо сказать, предлагается непростой. Как-будто зависли где-то между молотом и наковальней – толи молиться Мамоне, толи двигать обратно в Совок. По крайней мере, именно такие «перспективные» сценарии рисуются популистами с экрана телевизора. Но, неужели, человек как собака Павлова, реагирует только на вкусную «морковку», а по-другому ни на какое созидание и общественно-полезную деятельность не способен? Да, наверное, в текущих реалиях, дела обстоят, именно так, но все очень быстро меняется.

Сквозь призму институционализма: Да, сегодня роль материального стимулирования в экономике считается настолько незыблемой, что ее даже не принято ставить под сомнение. Затянувшийся всеобъемлющий кризис, который уже, очевидно, превратился в один из основных факторов сдерживания динамики прогресса, заставляет искать новые возможности роста, вплоть до пересмотра самых что ни на есть первооснов.

И начинать, похоже, придется с главного, освежая в памяти базовые вещи. Что, например, представляет собой экономика? Ни для кого не секрет, что это совокупность хозяйственных связей, которые, как принято считать, до безобразия просты и строятся исключительно на стремлении обладать максимальным количеством материальных благ. Это несколько искажает реальную картину, превращая смысл любой деятельности в циркуляцию финансовых потоков. Да, к сожалению, все уже привыкли к мысли, что человек линейно рационален, а к деятельности его побуждает исключительно непреодолимое желание заполучить как можно больше всевозможной ликвидности. На поверку же это утверждение оказалось глубоким заблуждением, что было убедительно доказано Ф. Херцбергом, который данный аспект мотиватором, вообще, не признавал, называя его лишь гигиеническим фактором.

Что же реально является причиной активности? Как ни странно – потребность в самореализации и, главным образом, социальной – в виде популярности, славы, признания, карьерного роста и т.д. Но это же совсем другая модель – более продвинутая и позитивная!  Тогда, почему продолжают жить мифы об исключительной роли материального стимулирования? Вероятно, на это есть свои причины.

В плену у Мамоны: Да, вот уже несколько столетний Мир находится под гипнозом могущества и превосходства Запада, провозгласившего в качестве высшей ценности материальное благо. Блистательный подъем капитализма, происходивший у всех на глазах, не позволяет усомниться в его совершенстве. Но так ли это долго в реальном историческом времени? На самом деле, нет. Человечество и раньше прекрасно развивалось, осваивая неблагоприятные климатические условия и делая революционные открытия – речь, письменность, колесо, которые позволили начать беспрецедентную техногенную трансформацию планеты.

Нельзя, конечно, отрицать, тот факт, что культ денег, несмотря на свой откровенно аморальный характер, подтолкнул бурное развитие Европейской цивилизации (особенно в странах победившего протестантизма). Это им позволило быстро технологически продвинуться и осуществить молниеносную разрушительную военную экспансию, используя, в действительности, сиюминутное в историческом масштабе преимущество. Но парадокс состоит в том, что эти новые ценности плохо приживаются у колонизированных народов. Сам механизм, вроде бы, худо-бедно работает, но остается осадок несправедливости и противоестественности.

И это логично. Значит, здоровые силы хоть и задавлены, но не истреблены полностью и выжидают удобного момента, чтобы вернуться к более жизнеутверждающим императивам. Нужна только рабочая модель, отвечающая запросу на разворот в сторону созидания, достоинства и самореализации. Нет сомнений, что прогресс скоро предложит обществу небывалый уровень изобилия и доступности материальных благ, понижая их мотивирующую ценность. Деньги как идея, распалив в свое время жажду обогащения, выполнили свою историческую миссию разрушения феодальных основ и постепенно уходят на второй план, исчерпав свой эволюционный потенциал.

Неприглядная подноготная: Принято считать, что капитализм – неизбежный этап развития любого общества, который должны проходить все без исключения народы. Правда, одни видят в нем венец социально-экономической эволюции, а другие – лишь ступеньку на пути дальнейшего прогресса. Но если разобраться, то на поверку данная формация явно не тянет на заявленный уровень, искусственно навязывая человеку «закон джунглей», презирающий глубинные поведенческие мотивы, которые, на самом деле, далеко не исчерпываются эгоцентрической моделью рационального человека Адама Смита, а более ориентированы на общественное признание.

Именно на противопоставлении личных интересов остальному Миру строятся рыночные отношения, превращая экономическую деятельность в бесконечную междоусобную борьбу, а само общество – в переплетение пищевых цепочек. Такая мотивационная механика противоречит жизнеутверждающей человеческой сущности,

Создание «монстра»: Что же люди слепы и не понимают, в какую чудовищную ловушку их заманили? К сожалению, привлекательный образ кредитного потребительского рая, успешно созданный современными рыночными институтами, превратил население в послушных экономических рабов, оказывая исключительно пагубное влияние на фундаментальные основы общественного устройства, особенно в разрезе этики, морали и межличностных отношений, которые оказались полностью вытеснены неприглядным порождением средневекового меркантилизма, прежде презираемого как что-то неприличное и постыдное,

Но как получилось, что безобидный и при этом очень прогрессивный принцип эквивалентности (деньги – товар – деньги), позволивший достичь узкой трудовой специализации и, соответственно, высокой производительности труда, превратился в безжалостное всепожирающее чудовище? Случайность ли это?

Во-первых, нельзя сказать, что так было всегда. Вероятно, изначально ценность товара воспринималась даже выше его искусственного заменителя, если, конечно, он сам не являлась чем-то ликвидным, например, золотом.  Затем, по мере роста производительности труда и развития банковской системы статус денег неизменно рос, пока в связи мировыми кризисами перепроизводства не произошел определенный перекос, когда обладание объективным благом утратило прежнюю привлекательность, уступив пальму первенства условному денежному знаку, стоимость изготовления которого близка к нулю.

Во-вторых, немаловажную роль в возвышении этой доктрины сыграл прорывной для своего времени проект новой государственности, реализованный на Североамериканском континенте, как говорится, с чистого листа. Реально оценив перспективы монархического Старого Света с его авторитарным устройством, которое рано или поздно наталкивается на какую-нибудь очередную неудачную персоналию, ставя под угрозу существование целых империй, они пошли на радикальный шаг, практически избавившись от человеческого фактора на вершине иерархической пирамиды путем разделения ветвей власти.

На смену абсолютизму пришел принцип сдержек и противовесов, построенный на лоббировании разнонаправленных интересов, а естественный отбор заменил старую добрую феодальную сословность. Но чтобы данная нехитрая механика заработала в режиме саморегуляции, необходимо было задать какой-то сквозной универсальный мотив, способный генерировать бешенную активность, необходимую для роста экономики и запустить новые социальный лифты, постоянно освежая управляющую элиту.

Этим новым императивом и стал культ денег, причем, в его самой крайней форме, гипертрофированной настолько, что произошел перекос в сторону сверх ценности эквивалента по сравнению с объективным благом, что и привело к преклонению перед зияющей пустотой все возрастающего количества нулей на банковских счетах, что, кстати, сильно попахивает сектантством и наводит на определенные мысли, почему меркантилизм получил свое социальное оформление как раз в лоне протестантизма, воспринимаемом тогдашней канонической церковью как страшная ересь.

Бионический подход: Хорошо, давайте откажемся от аморального монетарного культа. Но сразу возникает множество вопросов. И главный из них – что же тогда будет побуждать людей к труду? Ответ можно найти в подходе, получившего (с легкой руки Вашего покорного слуги) название «бионического». Обществу для уверенного продвижения вперед вполне достаточно естественного фона индивидуальной активности (или пассионарности, в терминах Л.Н. Гумилева), так как человеческой сущности свойственно стремиться к самореализации. Главное – этому не мешать, а лишь незаметно направлять.

Если кто-то вдруг усомнится в мощи этих спонтанных порывов коллективной энергии, то стоит вспомнить тектонические толчки исторического масштаба, часто очень разрушительные. Так что, для поддержания поступательного прогресса этой силы более чем достаточно, причем, без каких-то специальных «стимуляторов» и «допингов». Нужно просто использовать встроенную механику само-активации, которая не нуждается в помощи «невидимой руки» рынка, по своей сути противоречащей пониманию системной синергии. Зачем, вообще, раскачивать негативную энергетику алчной зависти и животного эгоизма?

Для этого, конечно, есть свои причины. Современное общество больно и придумало искусственные рамки сублимированных эквивалентов, подменяя ими реальное значение личного вклада и загоняя тем самым себя в ловушку. Качественные критерии полезности вытеснены более простыми и понятными количественными мерами успеха. Но это формальный подход, который разрушает смыслы, снижает компетенции и выхолащивает содержание, а также несет в себе серьезную опасность, так как завладеть богатством может и случайный человек, глупец, авантюрист, наконец, сумасшедший. Снижение рисков достигается на основе принципа балансов и противовесов. Это вынужденная мера, которая приводит к постоянному взаимному сдерживанию, сильно снижающему эффективность системы.

Очевидно, что перечисленные недостатки парадигмы материального стимулирования недвусмысленно указывают на необходимость ее пересмотра и устранения всевозможных искажений для перехода на новый уровень социально-экономических отношений, максимально использующий естественные поведенческие «биоритмы». Должна работать само-мотивация, а не примитивная жадность. Грубо говоря, зачем экономически вынуждать пассивного гражданина к кипучей деятельности и карьерному росту, не оставляя другой возможности достигнуть желаемого уровня жизни? Ведь делать он это будет формально, без огонька, мучая и себя, и других. Да, и в этом нет необходимости, так как природа дарит обществу достаточное количество людей, деятельных от рождения. Они не просто готовы самоотверженно трудиться, а остро в этом нуждаются.

Исторические обстоятельства: конечно, складываются очень неблагоприятным для нас образом, ставя перед нелегким выбором. Можно, конечно, продолжать попытки более выгодной интеграции в мировую эконмическую систему (если кто-то еще верит в такую возможность). Но более вероятной все-таки выглядит перспектива неравного соперничества, что вынуждает создавать какие-то новые формы социально-экономических отношений, которые бы позволили использовать скрытые козыри – бесплатные «дары природы» в виде квалифицированных экспертно-управленческих команд, состоящих из сгустков пассионарной энергии. Очень хотелось бы, в итоге, избавиться от технологической зависимости, и, соответственно, незавидной роли сырьевого придатка.

Продолжение обсуждения концептуальных аспектов и различных подходов к оценке личного вклада в общую копилку социально-экономических процессов, их влияние на развитие и эффективность общественных отношений, а также примеры и анализ существующих альтернативных проектов социального дизайна будут предложены вниманию уважаемого читателя в следующем выпуске…





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.


Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.



IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2019.09.16 08.02.08ENDTIME
Сгенерирована 09.16 08:02:08 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3272332/article_t?IS_BOT=1