Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 


->

Для чего в классическом марксизме постулируется диктатура пролетарского класса?

Очень часто знакомые с марксистской теорией люди за совершенно необходимую классовую диктатуру пролетариата в ней принимают абсолютно не нужную пролетарскому классу чисто партийную диктатуру самозваного «авангарда», «элиты», «верхнего слоя профессиональных революционеров». Мол, без партии в этом деле - никуда. На это можно ответить только следующим образом (памятуя, конечно, о лозунге "Советы без коммунистов!"). Своя партия пролетариату архинужна! Но – не как диктатор. Особенно она нужна, как верный товарищ в деле, «сегодня», при власти буржуазии. Но после пролетарского переворота - который вполне мирно и должна организовывать «уже сегодня» именно пролетарская партия - она, партия, создав обязательно после победы диктатуру класса (через замену, как мы писали в другой статье, буржуазного парламента пролетарски организованным парламентом), должна вполне добровольно "уйти в тень". Т.е. после переворота пролетарская партия должна быть всего лишь «серым кардиналом» поставленного ею теперь у руля государства пролетариата. При диктатуре пролетариата партия пролетариата должна стать мощным резервом кадров организаторов, интеллигентных помощников для САМОуправляющегося класса «кухарок». При том, что работающих помощников себе будет подбирать - а иначе, что же это за самоуправление! - всё-таки сам пролетарский класс, а не «идеологический и орготдел ЦК», подчиняющийся жёсткой партийной дисциплине и поэтому руководствующийся лишь одним критерием: «верность родной партии и её ЦК во главе с политбюро и лично генсеком товарищем имярек». Помощники правящего пролетариата – партийные или даже беспартийные кандидатуры специалистов –  должны лишь предлагаться классу партией. На его вполне самостоятельный выбор. Без "партийных" обид, если кандидатура "не прошла". Но - с немедленным открытым, прямым, честным и максимально конкретным указанием на ошибки самоуправляющегося пролетариата в выборе себе помощников. При памяти о том, разумеется, что у класса есть "чутьё", а партия - "не бог", что и она при всей своей интеллигентской образованности и освоении "всех достижений человечества" вполне может ошибаться...

*  *  *

Многие из тех, кто считает себя марксистами, на вопрос заголовка статьи, для чего постулируется диктатура класса, отвечают "вполне однозначно": диктатура пролетариата необходима «нам» для полного уничтожения «капиталистов и буржуазии». Но эти люди почему-то практически не задумываются над тем, что у них выходит в результате их "полной однозначности". Особенно сие касается сталинистов в той или другой степени. В частности тех из них, у которых до сих пор происходит «обострение классовой борьбы при социализме» и уничтожение буржуазии «поэтому» исключительно физиологическое… Это беспощадное уничтожение у них и "сегодня" должно совершаться до того благодатного момента, когда какой-нибудь будущий «товарищ Сталин» (в образе какой-нибудь Виктории Ивановой; ведь матриархат же вместо патриархата наступит, пока у сталинистов осуществится приближение к коммунизму) во всеуслышание наконец-то объявит: сестры и братья! Всё!! Война... Ой, переходный период, о котором мы так долго вам твердили, мы завершили!!! Буржуазия уничтожена под корень, её теперича у нас «ёк»! И вам, сестры и братья, мы разрешаем поэтому думать и говорить друг другу и иностранцам, что вы живёте (теперича) не при переходном периоде, а при коммунизме!!!!

Ссылаются же обычно желающие быть марксистами на следующее утверждение Маркса, весьма революционно "доказывающее" им их "уничтожение буржуазии":

«Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период,[1] и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата» (Соч., изд. 2, т.19, с.27; выделено Марксом).

При этом, заметим, "революционные марксисты" почему-то не обращают никакого внимания, что пишет революционер и диалектик Маркс чуть ранее, на предыдущей странице - обозначив там свою отнюдь не менее революционную позицию ещё и по поводу «свободного народного государства». А между тем, Маркс ассоциирует такое государство пролетариата если и не совсем уж с тиранией, как доходчиво объяснил впоследствии Энгельс, то с деспотическим правлением точно (см. об этом там же, т.19, с.26, а затем с.5). И получается у "однозначников", что они хотят диктатуры пролетариата как деспотии!

Так что, совсем не всё с вопросом диктатуры пролетариата столь однозначно, как считают многие интерпретаторы классического марксизма в виде тех же  сталинистов и прочих "троцкистов".

Нет, кривить душою мы не станем конечно: буржуазию – а особенно абсолютно не послушную пролетарскому законодательству, воинствующую, затевающую горячую гражданскую войну буржуазию – диктатуре пролетариата уничтожать, и даже физиологически, будет абсолютно необходимо. По крайней мере – длительно изолировать её от общества в «гулаге». Поскольку в противном случае она, эта воинствующая буржуазия, обязательно выполнит свои собственные обещания-угрозы и непременно развесит «всех хамов, покушающихся на нашу власть», на всех столбах и деревьях, «аки клюкву». Но вот уничтожать ту буржуазию, которая так или иначе, но готова к "холодно-военному" мирному сотрудничеству (сосуществованию) с победившим её пролетарским классом…

Опять же, и здесь не будем кривить своей марксистской диалектической душой! И эта буржуазия должна быть уничтожена!! Но законопослушная буржуазия должна быть уничтожена диктатурой пролетариата – как это, может быть, не покажется кому-то странным – ВМЕСТЕ С САМИМ ГОСПОДСТВУЮЩИМ ПРОЛЕТАРИАТОМ! Странно?.. Но такова материалистическая диалектика, которой, как известно, всегда руководствовались классики (в теории, конечно в теории), и вследствие которой именно эту мысль они записали ещё в «Манифест коммунистической партии» «аж» 170  с лишним лет назад в следующей форме:

«Когда в ходе развития исчезнут классовые различия и всё производство сосредоточится в руках ассоциации индивидов, тогда публичная власть потеряет свой политический характер. Политическая власть в собственном смысле слова – это организованное насилие одного класса для подавления другого. Если пролетариат в борьбе против буржуазии непременно объединяется в класс, если путём революции он превращает себя в господствующий класс и в качестве господствующего класса силой упраздняет старые производственные отношения, то вместе с этими (пролетарско-капиталистическими, уточним. – АСМ) производственными отношениями он уничтожает условия существования классовой противоположности, уничтожает классы вообще, а тем самым и своё собственное господство как класса» (т.4, с.447; выделено мной).

Пролетариат уничтожает классы и, значит, и себя. Но что это, спрашивается, за всё ещё довольно странно выглядящий диалектический процесс – с помощью диктатуры пролетариата, установившейся после отстранения буржуазии от государственного руля, уничтожение не только буржуазии, но и самого господствующего пролетариата? Как он может происходить конкретно, этот "странный" процесс самоуничтожения: уничтожения власти субъектом власти и, наоборот, уничтожение субъекта власти его собственной властью?!

Мы не поймём никогда этот процесс до логического конца – по сути, процесс эмансипации, освобождения пролетариата от пролетаризма, от наёмничества не только к "частнику", но и к "родному" государству, – если не введём в наше «диалектически ангажированное» размышление понятие «коммуна». И если не разберёмся далее в достаточной степени "прозрачности", что должна обозначать в реальной жизни пролетарского общества и государства эта первоначальная, ещё не развитая в достаточной степени марксистская (не бакунинско-кропоткинская, не анархическая; хотя по существу - ан-архическая, анти-государственная, т.к. напрочь отрицает необходимость государства в себе) коммуна? Ведь в теории классического марксизма его коммуна более или менее чётко обозначена только как «руки ассоциации индивидов», в которых в конце концов должно «сосредоточиться всё производство», или, как в «Принципах коммунизма» у Энгельса, «общественное хозяйство», в котором только и уничтожена пока частная собственность во всех её «эманациях» (см. т.4, с.332; Парижская Коммуна тут не совсем "при делах", потому что это была главным образом коммуна военно-коммунистическая, в известной степени "казарменная",   организовавшаяся при осаде города; больше пользы пониманию принесёт, как представляется, обращение к достаточно мирно существующим еврейским коммунам-кибуцам).

В первую очередь после введения в рассуждение понятия «коммуна» нам необходимо понять, что относительно уже развитая  марксова «ассоциация индивидов» из "Критики Готской программы" совсем не обязательно должна существовать «в одном месте». Т.е. коммуна совсем не обязательно должна быть сосредоточена в одном «коммунальном доме», в одном «колхозе», в одной и той же, скажем так, географической точке. Но – даже и первоначальная коммуна, вне всякого сомнения, должна представлять собой, как выражался в своё время Владимир Ильич, единую фабрику с единым планированием и марксистским (не сталинистским, не СССРовским!) вознаграждением «по труду» свободного, ненаёмного труда "квитанциями Маркса". При том, грубо говоря, что одно подразделение коммуны может находиться, к примеру, в Тамбове, а другое – во Владивостоке… Или «даже» ещё и в Киеве… А то и «также» в Нью-Йорке с Колорадо… Интернет ведь вполне это позволяет! – Связать «разрозненные» части коммуны «одной цепью»… Сброшенной пролетариями и превращённой из своих оков в свою же свободу!

Но самая-самая первая коммуна должна быть организована всё-таки в одном месте (вот ведь что диалектика делает; и туда крутит, и вновь сюда). Например, это может быть обыкновенная городская пекарня, производящая хлебо-булочные изделия - пекарня как часть государственно-капиталистического хлебозавода, принадлежащего диктатуре пролетариата… Или - это может быть один из цехов пролетарской государственно-капиталистической обувной фабрики…[2] Хотя это может быть, конечно, и расположенная в одной деревне, среди фермеров-капиталистов (возможно, «даже кулаков») сельская, но в любом случае (хоть в городском, хоть в сельском), думается, для начала обязательно производящая материальный продукт коммуна. Подразделения, производящие так называемые услуги (работы), должны появиться в коммуне "попозжее".

Но что здесь особенно важно! Нынешние чрезвычайно атомизированные, распылённые "в пух" длящимся уж очень долго буржуазным образом жизни городские люди – в отличие от тех же «крестьян» предоктябрьской 1917 года поры, ещё недавно живших в общине (в тогдашнем кибуце, если говорить «по-еврейски») – эти современные городские люди очень неважно сегодня уживаются между собой В ГОРОДСКОМ БЫТУ. Чаще всего не знают и знать не хотят, кто у них в соседях… Относятся друг к другу не совсем как друг – к другу… А это значит, что не следует марксистам-коммунистам из будущей диктатуры пролетариата при организации первоначальной коммуны в первую очередь стремиться к созданию «дома коммунистического быта», насильно организовывать людям «всеобщую коммуналку». Где живут «сегодня» будущие работники коммуны, там пусть они поначалу и живут привычным им бытом. До той благословенной поры живут, пока у них самих, В РЕЗУЛЬТАТЕ РАБОТЫ В КОММУНЕ, т.е. в результате их изменившегося частично бытия, совершенно самостоятельно и вполне «добровольно» не появится "в мозгу" ПОТРЕБНОСТЬ построить для сложившегося коммунистически коллектива «большой дом коммунистического быта» (и это уже будет подлинный, а не выдуманный каким-нибудь гениальным генсеком или другим каким правящим «партайгеноссе» коммунистический быт). Для начала практического коммунизма будет вполне достаточно и того только, что коммунары будут «в одном месте» НА СВОЁМ ОБЩЕМ ПРЕДПРИЯТИИ, при исполнении ОБЩЕЙ СВОЕЙ работы там. Также и при взаимовыручке, разумеется, и взаимной поддержке в труде. Ну и, конечно же, при «социалистическом» соревновании между собой, диалектически сопровождающем эти коммунистические взаимовыручку и поддержку.

Т.е. для начала достаточно будет и того, что люди-работники коммуны станут практиковать признанные ими вполне добровольно и сознательно общими коммунистические низшей фазы ОТНОШЕНИЯ общего воспроизводства на предприятии, но пока ещё не отношения общего воспроизводства в быту. Опять же: при общем «столовании» во время обеда на предприятии, но при общем «столовании» в быту – пока в основном лишь во время походов в гости друг к другу.

А на производстве это будут отношения, предполагающие, в частности, наличие внутри коммуны самоуправления вместо управления государственного, «диктаторского». Практически, не должно быть, принципиально, никакого вмешательства со стороны диктатуры пролетариата во внутренние производственные дела коммуны.  Административное вмешательство государства вполне возможно; но – только по просьбе соответствующего СТК (Совета Трудового Коллектива) коммуны; например, для расследования внешнего покушения на производительную собственность коммунаров (своровали, например, мешок муки в пекарне, требуется уголовное расследование и наказание вора). А самое главное, на производстве это будут отношения, предполагающие отсутствие внутри коммуны НАЙМА и, следовательно, это будут антитоварно-антиденежные отношения.

Разумеется, в коммуне не должно быть какой бы то ни было частной собственности. И даже – личной. Личная собственность – это в быту, но не на коммунистическом производстве. Впрочем, на этом можно пожалуй и закончить знакомство с внутренним устройством коммуны. Тем более что основная тема у нас сейчас – зачем марксизмом постулируется необходимость диктатуры пролетариата и постулируется, как выяснилось из цитаты по поводу критики Готской программы Марксом, «до самого коммунизма», т.е. до того момента, если вспомнить ещё и «Манифест» с «Принципами коммунизма», когда «всё производство сосредоточится в руках ассоциации индивидов», в руках коммунаров из уже коммунистического, хотя и только первой фазы, «общественного хозяйства».

Так вот. Если мы примем первоначальную коммуну за только-только народившуюся жизнь, за некий живой плод, появившийся и прижившийся в утробе своей матери, то из этого нашего «принятия» обязательно выйдет следующая ЕСТЕСТВЕННАЯ (МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКАЯ) ДИАЛЕКТИКА, ДИАЛЕКТИКА «ПРИРОДЫ»: диктатура пролетариата является здесь нам по своей сути той самой материнской утробой! Которая заботливо – нет, не кормит едой в буквальном смысле! ибо коммуна должна «окормлять» себя полностью САМА и, причём, с самого начала, но – которая, во-первых, ОХРАНЯЕТ И СОХРАНЯЕТ плод-коммуну от буржуазных И ПРОЛЕТАРСКИХ «варваров» извне и которая, во-вторых, совершенно без сомнения передаёт в коммуну из пролетарского государственно-капиталистического сектора – в качестве социальной подпитки – вполне созревших для практики коммунизма работников (созревших в школе коммунизма). А вместе с этими работниками, в-третьих, «материнская утроба», диктатура пролетариата подпитывает плод-коммуну – причём, совершенно безвозмездно – и средствами производства, которые ранее эксплуатировались работниками, изъявившими теперь желание стать коммунарами. Впрочем, пролетарское государство передаёт средства производства государственных предприятий в коммуну по большей части совершенно «относительно»! В том смысле, что если, например, бригада в цехе государственного предприятия решила абсолютным большинством перейти в коммуну, то коммуна и организуется на месте, в данном цехе данного государственно-капиталистического предприятия. И новоявленные коммунары продолжают работать «на своём месте», по госкапиталистическому плану цеха, не особенно «заморачиваясь» тем, что такого нужно им производить, чтобы потом ещё это произведённое и реализовать на капиталистическом рынке! Однако – переданные коммуне производительные силы, т.е. средства производства и работники при них, продолжают работу в цехе госкаппредприятия уже как подразделение существующей коммуны: с распределением (вознаграждением) "квитанциями Маркса"! Даже если коммуна существует также и "в Тамбове и Нью-Йорке с Монтевидео". Впрочем, это уже гораздо более поздние и более сложные процессы диалектической коммунизации пролетарского государственного капитализма – коммунизации под управлением диктатуры И ДЕМОКРАТИИ (мы не должны ни в коем случае забывать о ней!) пролетариата крупных частей госкапиталистической собственности пролетариев.

В общем, теперь, думается, многим марксистам стало понятней, для чего необходима (постулируется) в марксизме диктатура с демократией пролетариата (подскажу тем, кто ещё до конца так и не понял: для эмансипации пролетариата через специально организуемый диктатурой пролетариата первоначальный марксистский коммунизм в коммуне). Понятно многим, думается, стало и то, как диалектически в «старом», т.е. в капитализме, но под управлением диктатуры и демократии пролетариата, запросто, так сказать, "без труда" зарождается и спокойно себе развивается до соответствующего масштаба «новое». Да-да, "новое" в виде относительно небольшой поначалу коммуны с вполне адекватным первоначальным (низшим) коммунизмом внутри неё.

При разрастании и развитии этой коммуны, т.е. при привлечении ею к себе на совершенно добровольных и осознанных началах наёмных работников из государственного и нэпманского секторов ПРИМЕРОМ ПОДЛИННО КОММУНИСТИЧЕСКОГО ОБРАЗА ЖИЗНИ, НЕНАЁМНОГО ТРУДА, ВОЗНАГРАЖДАЕМОГО "ПО ТРУДУ", и осуществляется далее постепенно-революционное уничтожение – но не физиологическое, как в горячей фазе гражданской войны или с "обострением классовой борьбы при социализме", а чисто социальное уничтожение – законопослушной буржуазии. Ведь от неё (в виде нэпманов-капиталистов, в частности) будет буквально сбегать – в госсектор пролетариата или сразу в коммуну – наёмный работник-пролетарий. В связи с чем нэпманы вполне естественным путём лишатся возможности регулярного получения прибавочной стоимости и перестанут поэтому постепенно и мирно быть буржуа-капиталистами. ЕЩЁ ПРИ ДИКТАТУРЕ ПРОЛЕТАРИАТА. Они будут уничтожены; но при этом они останутся в живых. Хотя, возможно, кто-то чересчур впечатлительный из них и повесится, выбросится из окна 33-го этажа, не пережив потерю своей буржуазности в связи с банкротством и не захотев ни нормального пролетарского, ни столь же нормального коммунистического образа жизни.

При разрастании и развитии марксистской коммуны также социально уничтожается – ЧЕРЕЗ ДОБРОВОЛЬНЫЙ И ОСОЗНАННЫЙ ПЕРЕХОД В КОММУНУ – и пролетариат государственно-капиталистического сектора народного хозяйства пролетарского общества. – Общества С ПРОКОММУНИСТИЧЕСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬЮ.

Кстати сказать (в заключение), через изложенную выше "диалектически ангажированную" теорию трансформации пролетарского госкапитализма в коммунизм низшей фазы решается и ещё один очень важный теоретический вопрос, обозначенный Марксом в «Критике Готской программы» перед выводом о необходимости «до самого коммунизма» диктатуры пролетариата. Вот он:

«Возникает вопрос: какому превращению подвергнется государственность в коммунистическом обществе? Другими словами: какие общественные функции останутся тогда, аналогичные теперешним (диктаторски и демократически буржуазным. – АСМ) государственным функциям? На этот вопрос можно ответить только научно; и сколько бы тысяч раз ни сочетать слово «народ» со словом «государство», это ни капельки не продвинет его разрешения» (т.19, с.27).

В этом диалектическом «абзаце из Маркса» запутался даже марксист-диалектик Ленин, когда писал свою работу «Государство и революция».[3] Как, воскликнул он, прочитав «такое» у «антигосударственника» и коммуниста Маркса, даже и при коммунизме будет государственность?! А не ошибся ли здесь Маркс?! (См. об этом ПСС, изд. 5-е, т.33, «Марксизм о государстве», подготовительные материалы к «Государству и революции».)

Маркс не ошибся (Ленин, правда, пришёл к иному выводу в своём ответе, почему он не ошибся). Но если рассуждать строго в связи с не совсем строгим выражением Маркса  «государственность В коммунистическом обществе», то можно ведь вполне понять, что государство должно присутствовать и при внутреннем ан-архизме коммуны. - Как, собственно, ошибочно и понял Ленин Маркса, устроивши затем "коммунизм" во время "военного коммунизма" ГОСУДАРСТВОМ! Что было правильным отчасти! Поскольку ПЕРВОНАЧАЛЬНУЮ, ЗАЧАТОЧНУЮ коммуну дествительно ДОЛЖНО И МОЖЕТ организовать именно и только пролетарское государство или, точнее, действительные, практические (не лишь "теоретики") коммунисты из диктатуры пролетариата в виде парламента. Но большевики не организовали нужную единственную марксистскую коммуну (это не упрёк; неправильно поняли теорию, диалектику) - они захотели коммунизировать сразу всё и, стало быть, и всё "крестьянство", хотя оно в массе своей давно уже было по сознанию, определяемому бытием, антиобщинным (антикоммунистическим), мелко-, средне- и крупнобуржуазным. А в результате большевики-ленинцы получили мятежи и выдвижение даже рабочими лозунга "Власть без коммунистов!"...

В связи с данной ошибкой Ленина в его недиалектической интерпретации Маркса более точным представляется выражение (подправим чуток и Маркса) "государственность в ПРОкоммунистическом ещё пролетарском обществе" или, иначе, "государственность в ангажированном коммунизмом пролетарском обществе". Это общество УЖЕ С КОММУНОЙ (а потому оно у Маркса и "коммунистическое"!), но оно ни в коем случае не с "общенародным" государством вне коммуны! Ибо это может быть - по науке, подчёркивает Маркс - только общество с действующей прокоммунистически КЛАССОВОЙ пролетарской диктатурой и демократией. И это должно быть действительно ПРОкоммунистическое общество, поскольку оно обязано уничтожать постепенно САМО СЕБЯ через коммуну.  А раз это так, то мы имеем здесь дело с диктатурой пролетариата, специально ПОЭТОМУ вполне добровольно и осознанно передающей коммуне пролетарские   ГОСКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЕ  производительные силы - для постепенного уничтожения самой себя и, одновременно, пролетарской капиталистической формации.

Иного диалектического здесь у Маркса просто нет. Иное, недиалектическое любого рода (диктатура "при коммунизме" есть - диктатуры "при коммунизме" нету; ЕСТЬ! но вопрос весь в том, где она и как действует!)  приводит лишь к теоретической (антидиалектической) путанице, к постоянному теоретическому раздраю между различными антидиалектическими интерпретаторами классиков. А в конечном счёте – если не к полной гибели, то к еле теплящемуся уже «многие лета» коммунистическому движению, не отличимому от болотного застоя.


[1] Сталинисты и другие мРаксисты (от слова «мрак»; в голове, конечно), совершенно не владеющие диалектикой, считают, что «революционное превращение первого во второе», переход от капитализма к жизнеспособному, автаркическому, не нуждающемуся ни в каком «рынке» (даже в «социалистическом»!) коммунизму, что этот переходный период у Маркса являет собой якобы и не капитализм «в целом», и не коммунизм «в целом», а некий «артельный» – «отчасти» коммунистический и «отчасти» капиталистический – гермафродит имени товарища Сталина. Несколько иной, но столь же эклектичный вариант «перехода к коммунизму» представляет собой «капиталистический социализм» Тито в Югославии. «Научный» вариант этого «перехода как топтания на месте» представляет собой «взаимно-проникающий», также существующий «в одном стакане» и поэтому «конвергентный» одновременно «капитализм и социализм» имени академика Сахарова. Всё это – не более чем идеалистические разновидности антидиалектической в своей основе «теории» пока бессмертного, как известный дракон, Евгения Дюринга. Несколько особняком здесь стоит концепция маоистских коммун. Если бы они были организованы маоистской диктатурой «по-еврейски», как кибуцы (лучше – как один единственный «кибуц»), а не по смеси «китайского со сталинизмом», особенно ярко проявившейся у Полпота, то от маоизма можно было бы ожидать в дальнейшем некоторый действительно коммунистический толк. Но, увы, в современном нэповско-капиталистическом Китае боятся слова «коммуна» практически точно так же, как в нэповском и затем сталинистском СССР боялись слов «военный коммунизм».

[2] Городской производящей коммуне посвящён не доработанный мной до конца из-за очень большого объёма работы интернет-портал, с которым можно познакомиться здесь: https://alsermich.wixsite.com/kommuna Если кому-то понравится и захочется потрудиться над окончанием, если появятся вопросы, деловые предложения, пишите.

[3] Почему, думается, Ленин и делал чересчур сильный акцент на диктатуре пролетариата, постоянно уводя теоретически в тень далёкого будущего демократию пролетариата. За этой ленинской теоретической позицией слепо следовал и генсек Сталин, и многие репрессированные им с помощью партийной «диктатуры пролетариата» большевики; перед смертью кричавшие «да здравствует товарищ Сталин»! Подавляющее большинство этих большевиков верило, что партийная диктатура, осуществляемая генсеком, это и есть утверждённая классическим марксизмом диктатура КЛАССА пролетариев. За неё, мол, необходимую, и пострадать, и даже жизнь свою отдать можно. Особенно, если и организованный «родной» партией «рабочий народ» криком кричит «смерть врагам!»… товарища Сталина…. Даже такой непримиримый оппонент Сталина, как Троцкий, считал СССР всего лишь бюрократически извращённой, но всё равно диктатурой именно пролетариата в виде рабочего класса. Так и не понял человек, что правящий класс и правящая «родная партия» (которую, по Троцкому, всего лишь неумело возглавляет «не тот человек») совсем не одно и то же.





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.


Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2019.07.19 05.31.45ENDTIME
Сгенерирована 07.19 05:31:45 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3285642/article_t?IS_BOT=1