Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать
Санкт-Петербург(Курортный район), 30 апреля - 05 мая

Все мероприятия >>



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 


->

Антипартия власти. Как Кремль разрушает политическую инфраструктуру в регионах


Из-за падения рейтингов «Единой России» президентская администрация и региональные власти уходят от партийности на выборах. Больше чем в трети субъектов, где в этом году пройдут губернаторские кампании, возвращают возможность самовыдвижения. Больше чем в трети регионов, где будут избирать депутатов заксобраний, увеличили долю одномандатников, которые опять-таки могут пойти самовыдвиженцами.

Власть пытается решить проблему падающей популярности тактическими методами, уничтожая собственную политическую инфраструктуру и вредя прежде всего своей же партии. Политику переводят в личную плоскость и на локальную проблематику, перенаправляя основные вопросы и недовольство населения на самый верх.

Из маргиналий в норму

В 6 из 16 регионов, где в сентябре этого года пройдут губернаторские выборы, кандидатам можно будет баллотироваться не от партий, а самостоятельно. Соответствующие поправки уже приняли в Санкт-Петербурге, Астраханской, Сахалинской и Курганской областях, а в Забайкальском крае и Липецкой области их внесли на рассмотрение в заксобрания. Делается это под действующих врио губернаторов, которые заявили, что на выборах предпочитают обойтись без посредничества партий. 

«Я хочу, чтобы за меня голосовали и единороссы, и коммунисты, и элдэпээровцы, а в большей степени простые люди, беспартийные, которые любят свой край. Я не хочу делать выборы политизированными. Я хочу, чтобы голос отдавали конкретным людям», – объяснял желание баллотироваться самовыдвиженцем Валерий Лимаренко, врио главы Сахалинской области. Похожие аргументы приводили и другие врио губернаторов в регионах, где сейчас меняют избирательное законодательство.

До недавнего времени самовыдвижение на губернаторских выборах было редким исключением и разрешалось только особым кандидатам. Например, в Кировской области в свое время самовыдвигался Никита Белых: бывший лидер СПС не хотел идти от единороссов, а Кремль был не готов пустить его от какой-нибудь оппозиционной либеральной партии. В Тульской области в 2016 году самовыдвигался бывший сотрудник ФСО и охранник Владимира Путина Алексей Дюмин – ему надо было продемонстрировать свой особый статус и поддержку широких масс. Сергей Собянин предпочел не ассоциировать себя с «Единой Россией» в потенциально протестной Москве на выборах и в 2013, и в 2018 году.

Однако привилегия самовыдвигаться давалась именно конкретным политикам, а не регионам. Ту же Кировскую область после ареста Никиты Белых возглавил экс-руководитель Росреестра Игорь Васильев. И он шел на губернаторские выборы от «Единой России».

Самовыдвижение считалось отклонением от нормы не просто так. Обязательное партийное выдвижение на губернаторских выборах страховало власть от того, что кандидатами могут стать сильные и независимые фигуры – крупные бизнесмены, бывшие чиновники. Такие люди могли преодолеть муниципальный фильтр за счет старых связей, поэтому их останавливали с помощью партий, их выдвинувших. Так, «Гражданская сила» в 2015 году сняла с выборов экс-премьера Башкирии Раиля Сарбаева. В том же году ЛДПР в Оренбургской области отозвала своего сильного кандидата, депутата Госдумы Сергея Катасонова. Выдвижение врио глав от «Единой России» было вполне логичным – это партия власти, от кого же еще баллотироваться кремлевским кандидатам?

Сейчас ситуация изменилась – после непопулярных мер, особенно пенсионной реформы, рейтинг власти и ее партии упал, причем рейтинг единороссов пострадал сильнее всего. На повторных выборах главы Приморья Олег Кожемяко шел уже в качестве самовыдвиженца, соответствующие изменения оперативно внесли в региональное законодательство. Кожемяко выиграл, получив, по официальным данным, 62% голосов. Опыт признали удачным и начали тиражировать. Партийность явно покидает губернаторские выборы.

Мельче, да лучше

Уходит партийность и с выборов в заксобрания – из-за того же падения рейтинга единороссов. Готовясь к сентябрьскому голосованию, региональные депутаты меняют соотношение парламентариев, избранных по партспискам, и одномандатников. Классические 50 на 50 заменяют на альтернативные схемы – увеличивают долю одномандатников до двух третей и даже трех четвертей.

Смысл нововведений понятен. Во-первых, победа в округе достается только одному кандидату, даже если он попал на первое место с минимальным отрывом от соперников. Такую победу куда проще обеспечить с помощью административного ресурса. Во-вторых, большинство кандидатов от власти пойдут на выборы как одномандатники-самовыдвиженцы, а не как единороссы – значит, проблема упавшего рейтинга партии власти вроде бы снимается.

Такие «непартийные» представители округов давно помогают «Единой России» формировать уверенное большинство в заксобраниях, даже если результаты по спискам оказываются неблестящими. И чем ниже рейтинги, тем больше потребность в самовыдвиженцах, которые потом пополнят фракцию «Единой России».

В Москве гордуму перевели на чисто мажоритарную схему еще в 2014 году, после напряженных мэрских выборов 2013 года, когда Алексей Навальный чуть не вывел Сергея Собянина во второй тур. Никто не собирается от нее отказываться и в этом сентябре. Поменяли соотношение мест в пользу одномандатников в Тульской области и Марий-Эл; в Волгоградской области и Республике Алтай законопроекты о новых схемах избрания депутатов уже внесены в заксобрания. В Хабаровском крае единороссы обсуждают такие изменения. В сумме получается, что этой осенью в 6 из 13 регионов будут выбирать заксобрания с преобладанием одномандатников.

Антипартийная тактика

Тактически новшества помогут власти провести больше своих кандидатов на региональных выборах (особенно в заксобрания), но даже в относительно близкой перспективе минимизация партийной составляющей создаст немало проблем и «Единой России», и вертикали в целом.

Самый сильный удар тут приходится по партии власти. Статусные кандидаты в заксобрания теперь еще активнее стараются отстраниться от нее как от токсичного актива. Из уст глав регионов начинают звучать потрясающие признания. Руководитель Республики Алтай Александр Бердников заявил, что от «ЕР» «шарахаются как черт от ладана», поэтому он понимает кандидатов, которые идут самовыдвиженцами.

В случае с кандидатами в губернаторы проблема множится на два – если врио главы региона отказывается от услуг единороссов, что же это тогда за партия власти? Кремль и администрации регионов, отрекаясь от «ЕР» лишают ее главного – статуса и признают, что ассоциация с единороссами вредна. Если партия власти не нужна самой власти, то зачем она нужна избирателям? Тем более что четкой идеологии у единороссов нет.

При этом другой несущей конструкции в публичной политике у власти просто нет – ситуативно отрекаясь от «ЕР», Кремль еще больше раскачивает политическую конструкцию в регионах.

Интересы региональных властей и «Единой России» начинают расходиться. Губернатору в первую очередь нужно лояльное ему большинство в заксобрании, единороссам – своя большая фракция. Когда-то это было одно и то же, но теперь – нет. С помощью «ЕР» лояльное большинство провести трудно, из-за чего одномандатники-самовыдвиженцы могут стать новой антипартией власти региональных администраций.

Другие системные партии тоже страдают. Раньше они могли привлекать спонсоров проходными местами в партсписке, теперь таких возможностей в полтора-два раза меньше. Кандидатам проще пройти в округе самовыдвиженцем – тогда не надо ассоциироваться с коммунистами, жириновцами и брать на себя их антирейтинг. Под вопросом оказывается смысл существования региональных отделений партий.

Минимизация структуры

Существующая партийная система была создана еще в те времена, когда внутреннюю политику курировал Владислав Сурков. Ярких федеральных и региональных политиков загоняли в партийные структуры – уменьшали долю одномандатников, увеличивали долю списков. Все это делалось для повышения управляемости: вместо множества фигур и региональных центров принятия решений выстраивалась единая вертикальная схема. Единороссы собирали голоса путинского большинства, системная оппозиция канализировала протест.

Когда-то такая структура гарантировала Кремлю отличные результаты на выборах, но с сегодняшними проблемами она явно не справляется. Однако центр не строит вместо нее ничего нового, а лишь трясет старую конструкцию. Место партийного порядка занимает хаотичная масса деидеологизированных и беспартийных кандидатов-одиночек.

Такие действия опасны для сохранения вертикали по нескольким причинам. Недовольные граждане задают власти глобальные вопросы: зачем повышать пенсионный возраст? Почему цены и тарифы растут, а зарплаты нет? Стоят ли Сирия, Венесуэла, гонка вооружений таких затрат? Самовыдвиженцу (хоть в губернаторы, хоть в депутаты) легко ответить на них: «Это тема федерального центра, я за нее не отвечаю. Локальные проблемы попробую решить». В результате претензии автоматически переадресуются в Кремль.

При этом беспартийная тактика вряд ли сильно поможет даже в краткосрочной перспективе. Кандидат от власти даже без бренда «Единой России» все равно воспринимается прежде всего как кандидат от власти. Решая проблему непопулярности «Единой России», власть получает множество более мелких проблем на выборах в заксобрания. Теперь администрации президента придется следить за множеством окружных кампаний, где местные влиятельные группы, политики, крупные бизнесмены начнут вести свою игру. Даже изначально провластные кандидаты станут чувствовать себя намного более независимыми, а сами выборы без партийного контроля станут куда более оживленными и непредсказуемыми.

Есть ли у администрации президента другой выход? Скорее всего, нет. Выборы губернаторов начали выигрывать технические кандидаты-спойлеры – в таких условиях имеют значение даже несколько процентов бонуса за отказ выдвигаться от партии власти. А главного заказчика – президента Путина перевод стрелок на «Единую Россию» только успокоит: в целом все в порядке, с партией некоторые проблемы, но их исправим, а пока вот так. 

Заодно победы беспартийных самовыдвиженцев избавят от излишней самоуверенности системные оппозиционные партии, которые взбодрились после своих неожиданных побед в прошлом году и могут потребовать большей роли в системе.

Старые декорации политической инфраструктуры действительно повисли в воздухе и мешают решать тактические задачи – при реальном недовольстве граждан и запросе на публичную политику они и правда не нужны. Президентская администрация отодвигает их за сцену политической борьбы, на их место приходит точечное управление и хаос, который в центре, видимо, считают управляемым и предсказуемым. Но пока эта предсказуемость проявляется главным образом в том, что каждый следующий тактический шаг создает новые проблемы для власти.





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.

Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2019.03.26 08.27.27ENDTIME
Сгенерирована 03.26 08:27:27 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3310972/article_t?IS_BOT=1