Мировой кризис - хроника и комментарии
Публиковать



Новости net.finam.ru

Rambler's Top100 Rambler's Top100  
 


->

Проблема «лишних». Почему половина россиян не работает по специальности


Любопытные данные были получены ВЦИОМ в ходе всероссийского опроса в конце прошлой недели. Как выясняется, почти половина жителей России не работают по специальности, которой обучались. В качестве основных причин этого неприятного явления респондентами чаще всего называются отсутствие возможности трудоустройства и низкая зарплата

На мой взгляд, это не совсем так.

Точнее, низкая зарплата «по основной профессии», как и недостаток профильных рабочих мест — это все-таки следствие, а не причина. Причина же кроется в том, что рекламируемый всеми профильными ведомствами «рынок образовательных услуг» даже рынком-то так по-настоящему и не стал. Да еще и пребывает в совершенно жутчайшем дисбалансе с рынком труда. И все реформы образования в своем нынешнем виде с точки зрения воспроизводства трудовых ресурсов вообще никак с этим самым рынком труда не связаны.

И это очень тревожный сигнал как для российской экономики, так и для общества в целом (большого секрета тут нет): человек, не востребованный по основной специальности, как правило, экзистенциально не удовлетворен своей жизнью, что, в общем-то, неудивительно. И, как следствие, зачастую социально неспокоен. Иной раз представляя собой настоящий «горючий материал» для тех социальных процессов, которые нашему обществу совершенно не нужны.

И это, увы, характерно не только для нашей страны: вспомним, с чего начиналась печально знаменитая «арабская весна», движущей силой «протестующей улицы» в которой стала достаточно образованная, но не востребованная работодателями молодежь.

Впрочем, давайте по порядку.

Согласно данным опроса, 51% респондентов работают по специальности, из них 58% — люди с высшим образованием. Еще 47% наших соотечественников по специальности не работают (из них 55% — со средним специальным образованием). Но еще интереснее другое: почти треть (28%, если быть совсем точными) респондентов не работали по приобретенной профессии вообще никогда.

При этом ссылаться на «мобильность рынков труда в условиях постиндустриальной экономики» неуместно. Просто хотя бы потому, что для того, чтобы получить минимально устраивающую их работу, 37% граждан проходили курсы специальной профессиональной переподготовки.

Еще 33% обучались самостоятельно. А 29% респондентов просто заявили, что и вовсе не получали никаких новых знаний и навыков для работы в своей сфере деятельности, и у них при этом, что самое удивительное, все «достаточно хорошо». Какой смысл в таких условиях удивляться как «профессиональной невостребованности граждан», так и жесточайшему кадровому кризису, в том числе и в таких сферах, как экономика и даже государственное управление.

Причины данного явления долго искать не надо, достаточно взглянуть на его генезис.

Кадровый дефицит в одних профессиях и кадровая избыточность в других изначально образовались у нас в ходе развала советской модели экономики и государственности. Когда «новой» капиталистической формации требовались специалисты в области оптовой и розничной торговли, коммивояжеры, маркетологи, агенты, трейдеры, финансисты. А носителей прежних специальностей, условных «физиков, инженеров, врачей и учителей», торжественно объявили «не вписавшимися в рынок» и отправили на свалку истории как «невостребованный материал». Так и появились в нашей с вами стране «лишние люди в условиях рыночной экономики». И тогда же, как следствие, появилась и концепция «образования как услуги». И самое главное, светлая убежденность, что и в этой отрасли, как и во всех остальных, «невидимая рука рынка» расставит все по местам.

...Невидимую руку рынка надо для начала поймать. И заставить работать: иначе она этого делать не любит, предпочитая подбирать то, что сравнительно плохо лежит.

Если вы обратите внимание, то все наши реформы в сфере образования, хоть и объявляют своей целью «включение образования в системный рынок услуг», начинаются отчего-то не с «рыночных элементов», а с реформы базовых навыков, приобретаемых в начальной школе. Потом идут через среднюю школу к высшей и средней специальной. А уже дальше, по мысли реформаторов, специалист готов и «востребованность» его на рынках теперь зависит исключительно от него самого.

Между тем с точки зрения практической экономики такая система — это очевидный нонсенс, «перевернутая пирамида»: по идее, сначала хорошо бы понять, какие именно специалисты нужны этим самым рынкам труда. Это не так сложно, на самом деле.

По крайней мере, такой инструментарий у современных специалистов в области социальных технологий есть, нужно только уметь его применять. А с этим вот значительно хуже: кадровый дефицит проник и в те сферы, которые с ним, по идее, должны бороться и этот вопрос решать. И вот именно как раз действующие и перспективные рынки труда уже и должны давать своеобразный «заказ» высшей и средней специальной школе: условно говоря, сколько приблизительно нам нужно врачей, военных, учителей, инженеров, да хоть и экономистов с юристами, ибо и эти люди тоже рынку нужны. А уже высшая и средняя специальная школы и должны дальше диктовать средней и начальной: какого качества и с какими навыками абитуриенты ей, этой самой вышей школе, нужны.

И далее по цепочке.

В противном случае результатом «социально-образовательных технологий» является тот самый торговец фруктами с хорошим высшим образованием, самосожжение которого стало поводом для той самой «арабской весны».





>
Материалы данного сайта могут свободно копироваться при условии установки активной ссылки на первоисточник.


Change privacy settings    
©  Михаил Хазин 2002-2015
Андрей Акопянц 2002-нв.


IN_PAGE_ITEMS=ENDITEMS GENERATED_TIME=2019.06.25 03.41.23ENDTIME
Сгенерирована 06.25 03:41:23 URL=http://worldcrisis.ru/crisis/3336008/article_t?IS_BOT=1